"Зарубежный детектив 2026-27". Компиляция. Книги 1-11 (СИ) - Йонсруд Ингар - Страница 18

Она начала бить левой рукой. Она со всей силой била кулаками по лицу и груди противника. Сначала удары были медленными, четкими, неизбежными. Их темп постепенно увеличивался, а сами они стали более неуправляемыми, яростными.

Тщетно просить о милости. Это не спортзал, и тут никто не сжалится.

Соленый пот тек в глаза Белоснежки, и их начало щипать. Она пыталась вытереть пот, но в конце концов ей пришлось крепко зажмуриться. Да ей не надо видеть. Она знает лицо врага слишком хорошо.

In your face. In your face[28].

Ты. Больше. Никогда. Не. Поднимешься.

— Шикарно! А теперь так же влево. Вы уже владеете этими приемами. А теперь сначала.

Белоснежка сделала два дополнительных шага до полотенца и быстро вытерла глаза и лоб. Стучащая музыка комбата вновь наполнила зал, в котором сорок девушек, пара женщин среднего возраста и трое мужчин начали двигаться по знакомой схеме шагов и ударов, как слаженные детали машины.

Глядя в зеркало, Белоснежка убедилась, что движется достаточно низко и выставляет защиту достаточно высоко, прямо перед лицом, красным от напряжения. Стоящая по диагонали от нее девушка с косичками в зеленой футболке поглядывала искоса на то, как она двигается. Пусть смотрит. Белоснежка знала, что бесспорно является одной из лучших в зале. Она двигалась в полную силу и до конца. Она владеет техникой.

Аэробика. Это все-таки аэробика. Серия движений, производимых в такт ударам, в которых можно обнаружить смесь разных боевых направлений. Достаточно простая хореография, которой занимаются, представляя себе воображаемую битву с противником, а инструктор выкрикивает слова команд и поддержки. Всего лишь на пару градусов агрессивнее чистой аэробики.

Белоснежке нравился комбат. Там выходит достаточно пота, мышцы грамотно устают и легко прийти в нужное настроение. Она не хотела заниматься боевыми искусствами или боксом. Она знала, что такое, когда кулаки втыкаются в живот противнику. Она знала, что такое нос, залитый кровью, и как необычно и тепло ощущается это на коже. Как наполовину замороженное варенье. Ее не интересовал реальный живот как объект удара. Она слишком хорошо помнила, что такое бить живого человека, хотя прошло уже больше двух лет. Синие сумерки на школьном дворе оживили ее воспоминания. Когда они засияли в памяти, она почувствовала кислый вкус во рту и сладкий запах духов в носу. Роза, ваниль и отдушка сандалового дерева.

Let it rain over me[29].

Белоснежке не нужен был дождь, чтобы промочить черную майку. Она и так слишком мокрая от пота.

Через час Белоснежка сидела в раздевалке, пытаясь продышаться, и разматывала специальные повязки на руках. Они накручиваются для того, чтобы уберечь запястья и ладони, и впитать пот. Но прежде всего это часть игры, реквизит, атрибут неистового бойца, которым наверняка представляют себя сентиментальные девушки перед началом занятий. Как и Белоснежка. Некоторые называют их подвязками — кто-то в шутку, кто-то нет.

— Эта новая программа — высший класс. Сильнее, чем предыдущая.

Белоснежка уставилась в сторону говорящего. По ее оценке, девушка была на пару лет старше. Она сидела на другом конце скамейки, разматывала свои подвязки и обращалась именно к Белоснежке. Высокий хвост из длинных рыжих волос. Лицо и руки усыпаны веснушками. Черные обтягивающие штаны, тугой топ — точно такая же форма для комбата, как у Белоснежки. Она видела много раз раньше эту девушку на занятиях и в зале. И знала, что та тоже ее видела. Белоснежка чувствовала на себе взгляд, следящий за ее движениями. Не только за движениями, но за изгибами тела и формой мышц. Она догадывалась, что девушка с ней когда-нибудь заговорит.

— Точно! — ответила Белоснежка.

Рыжеволосая девушка естественным, непринужденным движением подсела к Белоснежке. Из-под запаха пота выбивались аромат  Calvin Klein Oneи грейпфрутового геля для душа. Тугой бицепс округлялся, когда она продолжала разматывать повязку. Кроме бицепса, на ее коже было семь веснушек, которые образовывали знак созвездия Близнецов.

Воспоминания ворвались в душу Белоснежки. Кое-кто тоже пользовался  Calvin Klein One. У кое-кого на затылке тоже были вытатуированы близнецы. Интересно, каково это — приложить губы к затылку и пройтись легкими поцелуями по звездам? Задержать губы на звезде Кастор? Можно догадаться, что в районе Поллукса носитель татуировки не сможет не повернуться, ни обнять Белоснежку, ни поцеловать в губы.

Это действительно было прошлым летом? Как будто сто лет прошло.

Белоснежка приложилась к бутылке с водой и долго пила маленькими глотками. Девушка терпеливо ждала, когда та скажет что-нибудь, даст знак понять, что она не зря села поближе. Проявит маленькую инициативу. Белоснежка хорошо понимала, к чему все идет. К новой теме беседы, улыбке, осторожному приглашению сходить в кафе.

Это не зависит ни от тебя, ни от меня.

Ни сейчас, ни потом и, наверное, никогда.

Просто останемся друзьями.

И оба знают, что это значит — стараться изо всех сил избегать друг друга.

Белоснежка никогда не сможет сказать: «Мы здесь только потому, что твой аромат напоминает мне о другом. И по этой причине мы не можем продолжать». Она не может быть честной. Она вынуждена лгать с самого начала, и это ведет к неловкости, равнодушию, печали, тупому раздражению.

Бессмысленно. Белоснежка решила сохранить время их обеих, а также девушкины чувства, и молча продолжила пить воду. Миг тишины мучительно затянулся. Девушка беспокойно задвигалась, слегка дотронулась волос и сказала:

— Эээ… увидимся!

Белоснежка подняла руку в знак прощания. Девушка схватила спортивную сумку и ушла в другую часть раздевалки, чтобы они не видели друг друга. Белоснежка тихо выдохнула. Состояние эйфории после комбата улетучилось. Влажная одежда прилипала к коже и казалась холодной.

I surrender[30]. Последняя мелодия из комбата мучительно играла в голове. В некоторых вещах она предпочитает уступать, чем пытаться. Иногда это лучше всего.

В сауне Белоснежка смогла посидеть в одиночестве. Она не плеснула воды на камни, а дала теплу вернуться в кожу, чтобы проступили капельки пота, стекли с затылка по спине. Вместе с потом проступили воспоминания о лете и осени, хотя она пыталась сказать им, что они не вовремя. Грусть и тоска всегда не вовремя. Они вцепились в нее, жали на низ живота, болели в изгибе спины. Голубые глаза, смотрящие прямо ей в глаза. Потом — быстро в сторону. Куда-то.

— Это даже лучше, что мы больше не увидимся.

— Никогда?

— По крайней мере, какое-то время. Ты же понимаешь, что я хочу пройти через это в одиночестве. Я не могу быть с тобой сейчас. И тебе будет лучше, когда не придется терпеть меня.

Белоснежке хотелось закричать, что все наоборот. Какое право есть у другого человека отмерять границы чужого терпения или принимать свои решения, чтоей будет лучше, а что нет? Белоснежка могла сама за себя все решить. Ее бесило то, как легко ее выгнали из чужой жизни и проблем. Как будто она маленькая, миленькая девочка, которую надо беречь. Белоснежке захотелось прошипеть, что она может пройти и через более страшное и что не надо ее баловать.

Однако она понимала, что крик не поможет. Решение уже принято. И в соответствии с ее ролью она должна была согласиться. Так было для нее написано в пьесе.

— Что значит «какое-то время»? Я же могу звонить тебе?

Белоснежке были противны высокие умоляющие нотки своего голоса. Она чувствовала, как в ее горле рос комок плача. Она знала, что не сможет выплакать все это, выплеснуть наружу. Прошли годы, прежде чем у нее пропало желание плакать. Прошлым летом она думала, что сможет все вернуть, но во время того диалога понимала, что ей придется все равно жить с этим комком, проглотить его и надеяться, что тот когда-нибудь исчезнет сам собой.