Я - Рин Шварцер (СИ) - "Yirtimd2" - Страница 27

Розина немного помолчала, глядя в потолок.

— А я вот думаю стать врачом. Надеюсь, я смогу этому научиться.

— Думаю, раз у вас есть такое желание, то и старание появится. Двигайтесь к своей цели и не парьтесь.

Она посмотрела на меня с тёплой благодарностью.

— Спасибо…

После этого Розина постепенно уснула.

Я ещё долго лежал, глядя то в потолок, то на тёмные окна, то на соседнюю койку, где под пледом спокойно спала красивая девушка, ну и усиленно пытался не думать лишнего, потому что голова и без того болела, а моя жизнь в академии с каждым днём становилась всё более подозрительной.

Спать в лазарете оказалось тем ещё испытанием. Пространство большое, сквозняки хорошо слышны, из-за двери изредка доносились какие-то шорохи, а рядом сопела девушка, причём весьма красивая и с довольно-таки большими…

В общем, ладно!

Главное поспать, а с утра уже будет чем заняться…

Утром меня ещё раз осмотрели, посветили в глаза, заставили проследить взглядом за пальцем, задали несколько вопросов, на которые я ответил достаточно внятно, чтобы Беатрикс наконец-то махнула рукой и отпустила меня на занятия с таким видом, будто она всё равно ждёт моего возвращения ближе к вечеру.

После этого я потопал в аудиторию, чувствуя себя тем самым челиком, которого академия Тор уже успела пожевать и выплюнуть.

Первым уроком у нас была история.

Преподаватель оказался шатеном в очках и звали его Томас Лисандер. Он выглядел нормально, даже приятно, говорил спокойно и очень вежливо, но уже через несколько минут стало понятно, что его лекции могут быть опаснее меча Лауры, потому что от них мозг начинал медленно закипать прямо в черепушке.

— Как вы знаете, — начал он, стоя у доски с указкой в руке, — Эребонийская Империя двести пятьдесят лет назад оказалась на грани гибели во время так называемой "Войны Львов", то есть гражданской войны между самыми влиятельными наследниками престарелого императора. В тот период нанятые наёмники начали грабить города и деревни, хотя, надо признать, рыцари так называемых благородных домов тоже часто вели себя ничуть не лучше и в результате многие земли оказались разорены.

Он прошёл вдоль доски, на которой уже висела карта старой Эребонии, испещрённая стрелками, гербами, датами и какими-то линиями походов.

— Многие современники считали, что империи пришёл конец, однако именно в этот тёмный час для нашего великого государства появился человек, который сумел изменить судьбу всей страны. Это был один из младших принцев, странствовавший по окраинам империи. Его звали Драйкельс Райзе Арнор, позднее он стал семьдесят третьим императором Эребонии Драйкельсом Первым и вошёл в историю как Отец Ренессанса, основавший нашу славную академию.

Я сидел за партой и пытался выглядеть умным, хотя внутри меня уже вспыхнуло совсем другое.

"Капец… семьдесят третий император. Это сколько же этой империи лет? Она видимо устойчивее Китая, не говоря уже про всякие там Римы, которые туда-сюда падали, делились, переименовывались и устраивали себе восстания через поколение".

Томас тем временем продолжал:

— Изначально у Драйкельса была лишь небольшая группа сторонников, однако именно он сумел собрать союзников, привлечь на свою сторону всё больше влиятельных людей и простой народ, уставший от грабежей, разорения и бесконечной войны, а потому они также начали вставать под его знамёна. Местом, где он решил собрать свою армию и откуда начал поход по спасению империи, был…

Он вдруг повернулся ко мне.

— Рин Шварцер!

Я же вздрогнул всем телом.

— А?

— Где император Драйкельс решил собрать своих сторонников?

— А-а-а… ну…

В голове стало пусто.

Я лихорадочно попытался вспомнить, что мы вчера делали в домашней работе вместе с Розиной, какие там были даты, земли, имена, какие-то нагорья, какие-то кочевники, но вместо этого в памяти неожиданно всплыло, как она сидела рядом в лазарете и читала мне текст, а я смотрел на её, э-э-э, очень большие и красивые глаза.

Да-а-а…

Глаза…

"Что же там было-то?!"

И тут нейроны каким-то чудом всё-таки активировались. Я вспомнил её тихий голос:

"Император собрал своих сторонников в…"

Я резко поднялся.

— Император Драйкельс Первый собрал своих сторонников в Нордских Нагорьях, земле кочевников и древних традиций!

Томас довольно кивнул.

— Всё верно. Вижу, что вы даже несмотря на попадание в лазарет ответственно относитесь к учёбе.

Он одобрительно посмотрел на меня, а я сел обратно и только тут заметил, что Алиса, сидевшая рядом, успела написать на листе бумаги огромными буквами:

"Нордские Нагорья".

Наши взгляды встретились.

Алиса тут же покраснела, спрятала листок и резко отвернулась.

"Она что… переживает за меня?"

Когда уроки закончились, перед нами появилась Сара. Она прислонилась к преподавательскому столу, окинула класс взглядом и хлопнула ладонью по журналу.

— Ладно, ребятки, я вот что хочу сказать. Поскольку вы тут творите не пойми что, то знайте — после занятий вы можете делать всё что угодно, но в определённых рамках, хорошо? Рин, я это тебе говорю, если что!

— Э-э-э?! А я-то тут при чём?!

— Конечно, я всё понимаю, ты у нас такой ловелас, что девушки из-за тебя уже готовы тебя при всём честном народе пинать и на руках таскать, но ты как-то уж сдерживайся, что ли. Если из-за тебя вся академия передерётся на любовной почве, то я даже не знаю, что буду делать.

— Ладно…

Лаура и Алиса одновременно покраснели и отвернулись, парни поджали губы, явно стараясь не рассмеяться, Эмма поправила очки, а Фи вдруг с совершенно спокойным лицом медленно поднесла указательный палец к носу.

Мы все посмотрели на неё.

Фи задумчиво поковыряла в носу, достала козявку и вытерла её об стол.

В классе на несколько мгновений наступила мёртвая тишина.

У Макиаса, кажется, снова треснули очки. Он затрясся всем телом, вскинул руки к потолку и выглядел так, будто прямо сейчас готов был воззвать ко всем мёртвым императорам вместе взятым.

Юсис закрыл лицо ладонью и начал массировать виски.

Гайус смотрел на всех с искренним недоумением, словно пытался понять, что именно такого страшного произошло.

Эллиот зажмурился и ещё сильнее поджал губы, видимо уже жалея, что не остался дома и не учился где-нибудь в нормальном месте, где люди хотя бы не устраивают такие вещи прямо в аудитории.

Алиса раскрыла рот и у неё начал дёргаться глаз.

Лаура оскалилась, явно собираясь что-то сказать или сделать, но Сара посмотрела на неё с таким предупреждением, что Лаура тут же стерла ухмылку с лица и понурила голову.

Эмма тихо произнесла:

— Понятно…

И лучше тут было даже не сказать.

Сара выдержала паузу, потом продолжила так, будто ничего особенного не случилось:

— Короче! Через две недели будут практические экзамены, так что будьте готовы. Там будут важны ваши боевые навыки, поэтому тренируйтесь, но слишком с ума не сходите. Ладно, староста!

Макиас резко поднялся.

— Встать! Поклон! — мы встали и поклонились, ну а после окончания занятий все начали расходиться.

Я повернулся к Эллиоту:

— Ну что, Эллиот, в какой клуб вступишь?

— Не знаю, — ответил он, собирая тетради. — Наверное, в музыкальный.

— А ты, Гайус?

— В художественный, наверное. Порисую малость.

Мы с Эллиотом переглянулись.

— Серьёзно?!

Гайус спокойно кивнул.

— Ну да, а что?

— Просто мы думали, ты ещё чем-нибудь будешь заниматься.

— Меня всегда интересовало искусство, — сказал он. — В моих родных ебенях с этим было туго, так что вот.