Нью-Йорк (ЛП) - Андрижески Дж. С. - Страница 1

Дж. С. Андрижески

Нью-Йорк

(Мост и Меч # 0,5)

Перевод: Rosland

Редактура: Бреган Д'Эрт

Русификация обложки: Alena_Alexa

Глава 1. Интуиция

Я теряла своего парня.

Я теряла его — я чувствовала это.

Я не знала, почему. В моей голове бормотали параноидальные шепотки, которые говорили мне, что это происходит, но на самом деле не объясняли причин, по крайней мере, причин, которые я могла исправить. Я знала, что это, скорее всего, просто моё воображение работает сверхурочно, мороча мне голову, но эти тихие шепотки казались такими реальными.

Я изо всех сил старалась не воспринимать их как подлинные свидетельства.

Временами я слышала эти голоса, почти как голос комментаторов на радиостанции, которые гудели на заднем плане в моей гарнитуре — подсознательные сообщения, вплетаемые в виртуальную сеть.

Я готова поклясться, что почти ощущала его мысли вот так.

Говорят, у людей так бывает со вторыми половинками.

Они начинают заканчивать предложения друг друга, зная, о чём они думают, ещё до того, как они это скажут. Я даже слышала, что сеть может усилить подобные вещи.

Однако, что бы это ни было, это не ощущалось как хороший симбиоз.

Это больше походило на удары кинжала в голову и сердце, на озарения, которых я не хотела, которые пронзали пузырь счастливой истории, которую я сплела вокруг себя и Джейдена.

Как и у многих людей, я думаю, инстинктивным, но контр-продуктивным решением этой проблемы было крепче держаться за своего бойфренда.

Я виню во всём животную часть своего мозга. Мозг ящерицы, как любит называть его моя лучшая подруга Касс.

Мозг ящерицы устроен просто. Он также может быть чертовски глупым.

Поэтому, когда Джейден сказал мне, что у его группы намечается большой концерт в Нью-Йорке, на другом конце страны, я сказала ему, что, конечно, поеду.

Не имело значения, что я не могла позволить себе эту поездку.

Не имело значения, что я вообще не могла себе этого позволить, учитывая, что большую часть своих денег я зарабатывала на паршивой должности официантки и пыталась на это выжить в Сан-Франциско, плюс погасить долг за обучение в художественном колледже. Не имело значения, что мне не очень нравился Нью-Йорк, в котором я бывала один-единственный раз, или что я ненавидела находиться среди поклонниц Джейдена и терпеть не могла все эти перебранки и прочие неприятности, которые сопровождали тусовки с его группой.

Не имело значения, что я видела почти все его выступления, в том числе в маленьких клубах, дешёвых буррито-барах и кофейнях.

Не имело значения, что я слышала все его песни миллион раз.

Очевидно, не имело значения и то, что поездка в Нью-Йорк подразумевала, что мне придётся проходить проверку на расовую принадлежность, и, вероятно, меня в миллиардный раз отметят, потому что у меня «странная» кровь. С тех пор как был принят федеральный закон, позволяющий штатам устанавливать свои собственные нормативные стандарты для видящих, Нью-Йорк стал похож на свою собственную страну. У них даже имелось своё собственное подразделение Сдерживания Видящих — или СКАРБ, как все их называли, что означало Бюро Сдерживания и Регулирования Видящих.

Теперь во всех аэропортах Нью-Йорка для пассажиров, путешествующих внутри страны и из-за рубежа, стали обязательными пропускные пункты СКАРБа.

Это означало, что я, вероятно, проведу несколько дополнительных часов после приземления, просиживая штаны в камере предварительного заключения, пока буду отвечать на те же проклятые вопросы, на которые отвечала с детства. Если всё будет как в прошлый раз, они проведут пару сотен анализов моей крови, а затем, наконец, сверят мои медицинские данные с рекомендациями властей Западного побережья и сделают ещё одну запись в моём личном деле, которая, казалось, не принесёт мне особой пользы в следующий раз.

Путешествовать со мной всегда было весело.

Более того, мой мозг ящерицы игнорировал сигналы, которые я получала от самого Джейдена относительно моего участия в большом нью-йоркском шоу.

То есть, я понимала, что он предпочёл бы, чтобы я осталась дома.

Всё это не имело значения.

Мой мозг ящерицы цеплялся за необходимость восстановить связь, не упускать из виду существо-пару, и я едва слышала те тихие, но умные голоса на заднем плане, которые говорили мне, что это плохая идея.

Я поеду. Чёрт возьми.

Наверное, в этом смысле я немного туповата.

Думаю, как и большинство из нас.

Глава 2. Аэропорт

Толпа у здания аэропорта должна была стать для меня первым важным признаком того, что что-то не так.

В международном аэропорту Сан-Франциско, или SFO, весь тротуар, ведущий к терминалу, был заполнен кричащими людьми с плакатами в руках.

Некоторые из них колотили голыми руками по стёклам роботакси, когда мы подъехали к обочине, и кричали на нас, прежде чем оно открыло свои двери.

В то утро я не удосужилась просмотреть новостные ленты, поэтому взглянула на своего брата Джона, приподняв бровь, когда увидела, что всё больше рук стучат по такси, пока мы проезжаем мимо, а лица таращатся на нас, словно пытаясь разглядеть сквозь одностороннее стекло.

Я уговорила его и Касс поехать со мной в Нью-Йорк.

— Что всё это значит? — спросила я, когда Джон не ответил на мой взгляд. — Есть идеи?

— Что всё это значит? Ты серьёзно, Эл? — проворчал он, бросив на меня недоверчивый взгляд. — Они Третьи Миферы. Группы по защите прав видящих. Вероятно, среди них есть и фанатичные христиане… те, кто хочет отправить всех видящих на какой-нибудь необитаемый остров, чтобы они могли взорвать его. Иисусе. Ты когда-нибудь вообще смотришь новостные ленты?

— Иногда, — ответила я, немного обороняясь.

Сидевшая рядом со мной Касс рассмеялась, немного чересчур громко. Она смотрела и слушала что-то в своей гарнитуре, так что, вероятно, уловила только самую суть того, что мы говорили.

Я посмотрела на Джона.

— И что? Что случилось? Из-за чего они разозлились на этот раз?

Всё ещё хмурясь, мой брат пожал плечами, уставившись в окно. Его карие глаза бегали туда-сюда, пока он рассматривал лица и вывески, которые мы проезжали вдоль тротуара.

— Они говорят об отмене правил ввоза видящих для деловых целей, — сказал он. — Они хотят увеличить количество разрешений, выдаваемых для корпоративного владения. По сути, избавиться от всех ограничений. Аргумент заключается в том, что калифорнийские компании теряют конкурентные преимущества, ограничивая количество видящих в технологической сфере.

Челюсти моего брата напряглись, пока он продолжал смотреть в окно роботакси, и я поняла, что он тоже не одобряет изменения закона.

Джон определённо больше принадлежал к лагерю сторонников защиты прав видящих, нежели к кому-либо другому из тех, кого он перечислил, и он был диаметрально противоположен тем группам, которые хотели уничтожения видящих, или даже тем, кто хотел, чтобы им был запрещён въезд в страну.

В то же время он был не в восторге от того, что корпорации будут привлекать всё больше видящих в качестве «рабов», как он это называл, даже если это могло бы помочь экономике Калифорнии.

Я не могла спорить с ним в чём-либо, но я выматывалась, пытаясь следить за новостями в СМИ, в то время как Джон был склонен к некоторой одержимости.

Он пожал плечами, всё ещё глядя на толпу.

— Они только вчера проголосовали за снятие всех ограничений на импорт. По-видимому, за это проголосовало подавляющее большинство в законодательном собрании штата Калифорния, — добавил он, взглянув на меня. — Некоторые обвиняют их в том, что их подкупили «Чёрная Стрела» и некоторые другие крупные оборонные подрядчики. Многие из тех, кто ранее выступал за контроль, в последнюю минуту передумали. Честно говоря, это выглядело довольно сомнительно.