Главный инженер 6 (СИ) - Карелин Сергей Витальевич - Страница 7

Я взял телефон левой рукой. Экран был забит уведомлениями. Рита отправила сводку за ночь, Степаныч написал, что заявки распределены. Слава сообщил о дополнительном датчике на двери архива. Митяй прислал:

«Кирилла не трогал. Пока».

Михалыч отправил список документов для следствия и несколько длинных голосовых сообщений. Прослушивать его при сотрясении было опаснее, чем смотреть в экран.

Я открыл чат с Ритой и начал спрашивать о квартире, потом стёр текст. Дюбель оставался там один со вчерашнего утра. Автоматическую кормушку я не покупал, потому что кот вскрывал такие устройства быстрее, чем я успевал разобраться с инструкцией. Вода и корм у него были, но на несколько дней этого не хватило бы.

В квартире оставались документы Смирнова, деньги и копии материалов по ТСЖ. Несколько флешек из сейфа Орлова я тоже держал дома. Для случайного вора тайники были надёжными, но люди Артура или Виктора разобрали бы мебель быстрее грузчиков при переезде.

Я написал Рите:

«Дюп один. Нужно забрать его и корм. Пока никуда не езжай, сначала обсудим».

Ответ пришёл сразу:

«Мы уже едем».

Я нахмурился. Люди опять принимали решения без меня. Потом вспомнил, что вчера все вокруг именно этого от них и требовали.

Через двадцать минут дверь открылась, и первой в палату вошла Соня. На ней была кофта с лисой, и Рита собрала ей волосы в два хвоста. Девочка держала лист бумаги обеими руками и шла так серьёзно, будто несла заключение комиссии.

Рита вошла следом с пакетом фруктов. Перед входом она явно провела инструктаж, потому что Соня остановилась в двух шагах от кровати и заговорила шёпотом:

— Дядя Максим, вам можно показывать рисунки или от этого тоже может заболеть голова?

— Если там нет сложной схемы отопления, думаю, переживу.

Соня протянула лист. На рисунке был серый кот в жёлтой каске. Он стоял на крыше и держал в лапе предмет, похожий на рацию. Сверху неровными буквами было написано:

«ГЛАВНЫЙ ОХРАННИК».

— Это Дюбель, — объяснила Соня, следя за моей реакцией. — Он всех спасает и проверяет, чтобы потолки больше не падали.

— Должность подходящая. Только каска ему велика.

— Она начальственная, — серьёзно возразила девочка. — Обычная ему не подойдёт.

Я взял рисунок левой рукой. У кота было разное количество усов, зато выражение морды Соня передала точно. Дюбель смотрел на людей так, будто здание принадлежало ему, а остальные временно допущены внутрь.

— Повесим в офисе возле камер, — сказал я. — Пусть сотрудники видят, кто у нас отвечает за безопасность.

Соня кивнула и сразу перешла к делу:

— Мы хотим забрать его к нам. Коту одному нельзя, он будет грустить и командовать пустой квартирой.

Рита подошла к кровати и поставила пакет на стул.

— Я сказала, что сначала нужно спросить у тебя. Если ты не против, Дюбель поживёт у нас. Заберём переноску, миски и корм. Ничего другого трогать не будем.

Первым желанием было отказаться. Кот не любил чужие квартиры, а я не любил отдавать ключи от своей. Даже тем, кому доверял. Но сейчас я не мог самостоятельно дойти до двери. Упрямство в таком положении уже не выглядело силой характера.

— Ключи лежат в сумке, которую привезли с базы. Она в шкафу, — сказал я. — Но одна ты не поедешь.

— Я и не собиралась. Слава ждёт внизу. Его не пустили, потому что он назвался электриком и предложил проверить розетки в палате.

— Охрана сработала, а Славка молодец.

— Он обиделся, — Рита чуть улыбнулась. — Сказал, что у них щит собран подозрительно.

— Теперь его точно не пустят.

Она достала сумку и нашла связку ключей. Когда ключи звякнули в её руке, я снова подумал о пустой квартире. За ней уже следили, дверь вскрывали, а нападение на Сиплого доказало, что адрес известен не только соседям.

И всё же немедленного визита я не ждал. После обрушения рядом со мной крутились полиция и люди Умярова. Разумный противник сейчас наблюдал бы со стороны. Не все мои враги были умными, и большинство хотело жить.

— Запиши, как действовать, — сказал я.

Рита достала телефон без вопросов. За время работы в «Основе» она привыкла, что даже поездка за котом могла превратиться в операцию.

— Едете со Славой. Сначала смотрите двор и подъезд. Если заметите незнакомую машину, которая долго стоит с людьми внутри, не подходите. Звоните участковому. В квартиру заходите вместе, забираете Дюбеля, переноску и корм. Ещё возьмите плед с кресла, он на нём спит. Остальное не трогайте.

— Максим, я не собиралась проверять твои шкафы, — сказала Рита, поджав губы.

— Дело не в тебе. Если что-то окажется открыто или сдвинуто, мне нужно понимать, что это сделал посторонний.

Она посмотрела внимательнее, явно понимая, что у меня может храниться нечто личное, но спрашивать не стала.

— Потом найдите Жанну Сергеевну, она обычно сидит у подъезда. Пусть сообщит тебе или Петренко, если возле подъезда появятся чужие люди. Только попроси её не устраивать слежку из кустов.

— Она сама решит, откуда ей следить, — заметила Рита. — Но я попробую договориться.

— Валере скажите отдельно, чтобы никого не ловил. Увидит человека у моей двери, пусть звонит в полицию и сидит у себя.

— Думаешь, послушает?

— Я очень на это надеюсь.

Соня всё это время внимательно следила за разговором. Потом подняла руку, как на занятии.

— А если Дюбель не захочет залезать в переноску?

— Тогда открываете влажный корм, ставите банку внутрь и делаете вид, что кот вам совсем не нужен.

— Он поймёт, что это обман.

— Поймёт, но аппетит победит.

— Дюбель не жадный, — Соня нахмурилась. — Он запасливый.

— Это правильное слово для начальника, — согласился я с усмешкой.

Рита убрала телефон.

— Всё сделаем. Я пришлю фотографии замка и комнат.

Перед уходом Соня попросила поставить рисунок на тумбочку. Я прислонил лист к бутылке воды. Кот в каске теперь смотрел на палату и явно был недоволен качеством ремонта.

— А вы слушайтесь врачей, — сказала Соня, уже у двери. — Мама говорит, что вы не умеете отдыхать и всё время куда-то лезете.

— Мама преувеличивает.

— Нет, — одновременно ответили они.

Когда они ушли, медсестра почти сразу забрала телефон. Я успел предупредить Петренко и получил короткий ответ:

«Принял. Патруль будет знать, но цирк у подъезда не устраиваем».

Такой вариант меня устраивал. Толпа полицейских только показала бы наблюдателям, что квартира важна.

Следующие часы тянулись медленно. Врач проверил координацию, снова запретил вставать без помощи и сообщил, что костыли мне дадут не раньше завтра. Я попытался выторговать трость, но он объяснил, что с повреждённым плечом она будет нужна только для красоты. Потом меня отвезли на обследование.

Около полудня телефон вернули на несколько минут. Рита прислала фотографии. Замок был цел, возле двери следов взлома не оказалось. На снимке из прихожей Слава стоял с переноской и держал толстое полотенце. Выглядел он так, будто готовился обезвреживать хищника.

На следующей фотографии Дюбель лежал под диваном и смотрел на людей с ненавистью. Потом кот уже сидел в переноске, а Слава рассматривал царапину на руке.

«Объект сопротивлялся эвакуации», написала Рита.

Я ответил:

«Пострадавшего оформить по акту».

Через полчаса пришёл ещё один снимок. Соня сидела на полу в красной игрушечной каске. Дюбель вышел из переноски, занял её плед и оставил ребёнку самый край. В камеру он смотрел как директор, которого силой вывезли из главного офиса, а он уже начал захватывать филиал.