Брак с гарантией (СИ) - Рам Янка "Янка-Ra" - Страница 27

— Придется целоваться в кредит, - смеюсь над ней. - Будешь мне должна... всякие пошлости.

— Как-то... я смотрела порно... - шепотом признается она. - Один раз! Из любопытства.

— Очень внимательно слушаю, - облизываю ее грудь. - Что же там было увлекательного?

— Ай... - выгибается, уворачиваясь от моих губ. - Я, честно говоря, не помню. Ослепла от шока. Но... вот это ощущение... оно меня преследовало очень долго.

— Вот это? - уточняю я, поглаживая ее между бедер.

— Мхм...

— Значит, отличное было порно.

— О, нет-нет! Они трахались, как две собачки... - пьяненько сообщает мне, округляя возмущенно глаза.

— Хм...

Подхватывая за талию, разворачиваю к себе спиной. Вжимаюсь в нее сзади.

— Север! - панически.

— Я просто хотел уточнить... - усмехаюсь. - Вот так?

— Ага...

— Тихо, - не позволяю сменить позу, удерживая за бедра.

Касаюсь ее раскаленным от желания членом.

— Нет!

— Почему?

— Это очень "сомнительное приключение"! Это некрасиво!

Посмеиваясь над моей сладкой Идиотиной, мну ее классную попку.

— Это - красиво! - развожу откровеннее ягодицы.

Рывком выпрямляется, вжимаясь спиной мне в грудь.

— Охуенно красиво. Пошленько, вкусно и горячо, - шепчу ей в ухо. - Но вот так тоже супер.

Натягиваю поспешно резинку непослушными руками.

Кусая за нежную шею, вхожу с усилием в ее скользкую тесноту, слушая ее нервное дыхание.

— Мм... можно немного поуправлять твоей вау какой шикарной тачкой? - хриплю я.

— Что мне делать? - шепчет, неровно выдыхая.

— Расслабиться и чувствовать.

За шею укладываю ее в низкую "Догги". Разворачиваю лицо, чтобы видеть.

— Самая... охуенная... поза... - на каждый толчок сообщаю ей. - Ааа...

С шипением вдавливаюсь глубже, замирая.

— Открой рот, детка... дыши...

Разгоняясь, выбиваю из нее ахи... стоны... вопли! И роскошный закат глаз на оргазме. Тело крупно дрожит в моих руках. Вау... какая!

Самому отрывает голову следом.

Падаю рядом.

— Такая была порнушка? - задыхаюсь я. - Поза реабилитирована?

Облизываю пересохшие губы.

Что-то невнятно мяукнув, закрывает глаза.

Улыбаясь, вжимаюсь губами в плечо. Ладно, поспи немного, детка.

Утром продолжим.

Но утром я просыпаюсь вообще не от стояка, как планировал. А от звонка. Телефон вибрирует.

Саша?!

Выхожу на кухню.

— Слушаю.

— Север...

Сначала мне кажется, что она рыдает. Или даже что уревелась так, что едва говорит. А потом понимаю, пьяная в дровину.

— Ненавижу тебя! Ненавижу! Как ты мог меня... бросить! Все разрушить!

— Алиска где?!

— Я хочу к тебе... - реально начинает рыдать.

В грудной клетке все сжимается от противоречивых чувств.

— Саша! Где дочь?

— Пошёл ты!

Скидывает.

— Ебанный в рот! - перезваниваю.

Недоступна.

Тревога подскакивает до небес.

Вот как можно жить свою жизнь, когда так?!

Трясущимися руками засовываю сигарету в рот. Звоню Алисе. А если спит? Четыре утра!

Ну пиздец.

Все равно звоню. Трубку не берет. Но в мессенджере сообщение, отправленное в час ночи.

Видео-кружок, и там заплаканная Алиса. "Папочка, забери меня отсюда!". Интерьер не нашей квартиры.

Убью всех нахуй!

Натягиваю одежду. Вызываю такси до своей тачки. Целую в висок Ириску. И... в Москву.

Вести тачку сложно. Рубит. И я несколько раз практически отъезжаю за рулём. Так нельзя...

Никому не станет легче, если я не доеду.

Терплю до восьми утра, звоню дочери.

— Папа... – сонно.

— Малыш, ты где?

— Я... дома? – неуверенно.

Сбиваюсь с мысли. Как дома?

— Мама где?

— Спит. Я не могу ее разбудить. А этот... меня прогнал!

— Куда прогнал?!

Она что, мужика привела в квартиру?! И на глазах у дочери с ним спит?

— В мою комнату.

— Куда??

— У нас сейчас новый дом, пап. Мы теперь у маминого... "бойфренда".

— Кого?!

— Ну... так его назвала тётя Алина, – шепотом. – А я не могу его имя запомнить.

— Саркис?

— Да! – с обидой в голосе.

— Я не понял, вы переехали, что ли?

— Да... Забери меня, папочка! – плачет.

— Он тебя обижал?

— Он говорит маме про меня, – начинает всхлипывать. – "Так надо... Так нельзя... девочку правильно воспитывай! Места не знает своего!" – кривляет чужую интонацию. – Заходить нельзя. Трогать нельзя. Смеяться нельзя. Просить нельзя! Я хочу к тебе-е-е... – судорожно вздыхает. – Он плохой! Я его... убью! Я ему... отравы насыплю! Пусть маму не трогает даже!

Паркуюсь на обочине.

— Я приеду скоро, малыш. Потерпи. Только мне нужен адрес. Ты знаешь адрес?

— Нет...

— Давай-ка сделаем так. Я сейчас буду говорить, что делать на телефоне, а ты делай.

Устанавливаем с ней родительский контроль. Раньше у меня не стоял, потому что Алиса нигде не оставалась без меня или Саши. А теперь...

У меня высвечивается локация. Сокольники. Ну вот. Можно и поспать час.

Ириске не звоню. Пусть выспится.

Вырубает как младенца. Просыпаюсь от острого чувства голода. Где-то по дороге покупаю хот дог и топлю дальше.

Включаю телефон. А он... сдох.

— Зарядное не взял второпях! – психую на себя.

В очередной кофейне прошу девчонок поставить на десять минут на зарядку.

Сажусь в машину, набираю Сашу.

— Алё... – недовольно.

— Ничего мне не хочешь сказать?

— А должна?

— Саша. Я же тебя по человечески попросил, не делай херни. Что с квартирой?

— Это не твое дело.

— С хера ли не моё? Я купил ее для ребёнка. Почему мой ребенок не там?

— Настучала уже? – раздражённо.

— Слышишь... Александра... Настучу я, сразу как приеду. Всем. А пока морально подготовь этого хера ко встрече со мной. И сама приготовься, – сатанею я.

— Север, ну что ты начинаешь?! Сдала я квартиру! Нам с Алисой нужны деньги. Не могу я с ней в полную силу работать. Я живу со своим... мужчиной. Или ты думал, в монастырь поеду? Или буду как мать-одиночка срок мотать? Я молодая, красивая, востребованная женщина! У меня новые отношения! Не лезь.

— Да ебитесь как хотите! Документы ребёнка мне приготовь и иди нахуй вообще, – взрывает меня.

Скидывая вызов, швыряю на соседнее сиденье телефон.

Смотри на дорогу, Дозоров. Тебя дочь ждет. И одна прекрасная барышня тоже, надеюсь, ждет.

Отдышавшись, беру телефон.

Батарейка на последнем издыхании. Пишу сообщение, выбирая слова. В последний момент нажимаю отправить, и он издыхает. Ну... ладно. В Москве куплю зарядное, позвоню.

Покружив по Москве, покупаю зарядное. Подъезжаю к нужной локации. Хороший дом, дорогой. Но не новый, и двор изолировать невозможно. Он проездной. Настраиваюсь не втягиваться в конфликт. Хотя очень хочется.

Саша ебанулась, Север, прими этот факт. Развалила отношения, творит дичь, бухает, плохо заботится об Алиске.

Забирай.

Добрыня, вон, своих пацанов один семь лет растил, справился. А ты не один. У тебя братья. И... Ириска. Она вон, даже с Василием справляется. Где-то ты их подстрахуешь, где-то они тебя. Как-то вывезешь.

Я сижу в тачке, во дворе их дома, курю и вспоминаю, как родилась дочь. И какие мы были счастливые. Как я оберегал от всего Сашу. Отпуск взял. Чтобы ей было не тяжело. Баловал. На руках носил. В задницу целовал. Неправильно делал? А как правильно? Я не умею по-другому с женщинами. Я не понимаю зачем по-другому. Зачем тогда это всё?

И я, конечно, хотел отдачи. Чтобы любила, ценила, уважала...

Алиса отправляет видео-кружок.

— Папа, ты скоро приедешь? Мама сказала одеваться...

Оборачивается на открытую дверь.

— Мама, а мы куда?

Но в дверях появляется мужик с голым торсом.

— Если старшие сочтут нужным, то сами скажут куда, – говорит ей. – Твое дело выполнять то, что тебе сказали.