Градусы гнева (СИ) - Северский Андрей - Страница 30

Энергошторм заканчивается, осматриваемся. Видим лежащих на грунте людей, во время энергошторма бывших вне укрытия.

— Вы что делаете? — набросился инструктор, оставшийся за рулём в машине. — Машина — это укрытие, внутри гораздо меньше вероятность поражения, чем на открытом воздухе!

— Извините, не подумал, нам проще было переждать под щитом, — винюсь я. — Здесь есть медики?

— Да, конечно, но и мы должны помочь.

Авария, как думали вначале — позже выяснилось, что это был всё-таки запланированный теракт, унесла жизни шестнадцати человек. Причём не только тех, кто был вне машин, но и двух водителей грузовиков, бывших ближе всего к порталу.

— И что теперь с обратным переходом? — спрашиваю у Николая.

— Не знаю, уточню у коменданта базы.

— Не совсем утешительные новости, врата выведены из строя на неопределённое время. Слава случаю, лишь на отправку в сторону Земли, подкрепления и припасы приходить смогут, — следующим утром сообщает Коля. — Без этого нас бы смяли в считанные дни.

— Какие-нибудь другие врата?

— Теракт масштабный, повреждены все. Нам ещё повезло, что делалось по одной схеме, и возможность открытия перехода с той стороны сохранена.

— То есть, получается, мы тут застряли?

— Не только вы, все. До момента починки.

— И что же нам делать?

— Воспользоваться возможностью, и развивать свой дар. Но придётся переехать на другую базу, эта используется в оперативных целях, проходит много пополнения.

— Ясно.

В тот же день нас перевезли километров на сто, на неугрожаемое направление и сдали коменданту.

— Взять на довольствие и не препятствовать, — прочитал тот приказ в отношении нас.

Оглядел оценивающим взглядом:

— Неужто маги?

— Есть немного.

— Почему ко мне?

— Развивать дар. И вообще, приказы не обсуждаются, — намекаю ему.

— Это понятно. Ладно, Воскобойников проводит, вас как селить? Всех поодиночке?

— Желательно нас вдвоём, — указываю на Милену, — а нашего товарища неподалёку.

— Хорошо, сделаем.

Так и началась наша жизнь на базе в ожидании починки врат.

— Что, провал? — старший организации вызвал на ковёр младшего.

— Не буду отрицать, провал. Но не полный. С «щитом» не доработали, она не должна была иметь своего мнения, держась за «Зверем».

— Однако что-то пошло не так… — съёрничал старший.

— Ничего, им всё равно придётся принять участие в бою.

— Якобы сломал врата, чтобы их задержать на планете, а что придумал, чтобы они начали сражаться?

— Неожиданный прорыв врага к базе, где они сейчас обитают.

— Сто километров от врат, не сильно рискованно?

— Прорыв будет купирован отрядами магов с полным уничтожением всех вошедших, так что это даже выгодно для нас. Другой вопрос, что больше они в подобную западню попадать не захотят. Но и это хорошо: станут думать про западню в тех местах, где у нас мало сил. Сомневаться, высылать разведку, терять время, а мы успеем подтянуть резервы к возможному месту прорыва фронта.

— Что ж, взыскание пока отменяется, действуй.

— Слушаюсь, — улыбнулся младший.

Пара дней прошли чинно и размеренно, наше время было занято теми тренировками, каким нас обучили на Земле — в основном пытались увеличить резерв, в местных условиях «повышенного магического фона» это выглядело наиболее продуктивно. Хотя… что там сделаешь за неделю — другую, что нам из-за теракта с вратами перехода придётся торчать на этой планете? Но мы пытались!

А потом…

Сигнал сирены бьёт по ушам ранним утром, когда мы ещё в кровати.

— Что случилось? — Милена поднимает с подушки взлохмаченную голову — вчерашним поздним вечером мы немножко помиловались.

— Как-будто тревога, — отвечаю ей.

Звонок проводного телефона, поднимаю трубку:

— Зверь, — называю свой позывной для опознания.

— Тревога! Прорыв фронта! Враг уже неподалёку! — тараторит дежурный. — Подъём, прибыть в штаб, быть готовыми к отражению атаки! Конец связи, — в трубке раздаются короткие гудки, даже не удосужился получить подтверждение о принятии телефонограммы. Видать, многих надо обзвонить, время в обрез.

— Красавица, давай-ка подниматься, желательно в темпе. Что-то мне не нравится эта хрень…! — где-то в глубине «души» зароились плохие предчувствия. А к ним лучше прислушаться. Проверено всей моей жизнью.

— Хорошо, сейчас. Пять минут и буду готова, — что нравится в моей нынешней возлюбленной — когда я что-то «приказываю», она не спорит, не пытается показать свою важность, а просто следует за мной, признавая за мной одновременно право решать и ответственность за принятые решения.

«С Ириной было по другому… Часто не соглашалась и спорила, отстаивая свою точку зрения…» — пришла посторонняя мысль.

И что меня реальноподбешивало: даже после понимания ошибочности своих мыслей и рассуждений делала вид, что всё было правильно, и я просто переубедил её. И не дай бог попытаешься указать на ошибку — обижульки минимум на день гарантированы. Быть может, она так манипулировала мной?

«Прогоняю» из головы прошлое и прошлую, что никак не вернётся, и начинаю одеваться «в темпе вальса». Заканчиваю, естественно, раньше девушки, щеголяющей в трусиках и бюстгальтере, и пытающейся навести хотя бы минимальный порядок на голове.

— Я гляну, что снаружи, дождись меня.

— Хорошо, Игорь, — она полностью доверяет моим действиям, и это… здорово повышает самооценку, знаете ли.

На базе шухер и беготня, надо реально идти в штаб, выяснять, что произошло и что делать? Единственно, встретил Сашу, который предпочёл сначала найти нас, а уже после выполнять указания дежурного. Настоящий «второй номер» и друг, что не бросит в беде.

— Милен, закончишь — выходи, ждём тебя, — кричу внутрь домика.

— Хорошо, дорогой, — отвечает девушка. — Я уже скоро.

Её слова не расходятся с делом, и через две — две с половиной минуты она появляется на выходе из домика. Как за столь короткое время ей удалось справиться с волосами — загадка загадок.

— Идёмте! — веду группу за собой.

В штабе не то чтобы паника, но что-то близкое. А у меня внутри уже твёрдое убеждение, что «песец на пороге», но мы пока его просто не видим, ровнокак того суслика в поле из мема.

До нас никому нет дела, все заняты чрезвычайно важными делами: пытаются связаться хоть с кем-нибудь вовне и организовать оборону базы.

Кое-как мне удалось добиться от коменданта базы короткого объяснения ситуации: прошлым вечером случился прорыв фронта, но оповещения на базу об этом не поступило, так как враги научились подавлять радиоэфир, а проводная связь и до того была под ударами диверсионных групп, так что её пропажа даже не насторожила вояк, им это уже давно привычно. В общем, обыкновенный бардак и разгильдяйство, что у людей неисправимо даже в условиях военного времени.

«Как читал в какой-то книге, войны выигрываются вовсе не той стороной, где выше мужество воинов или их подготовка, а той, где в руководстве сидит меньше долбоёбов. И глядя на СВО и происходящее на этой планете, склонен согласиться с мыслью забытого автора…»

— И что намерены предпринять? — спрашиваю у командира.

— Готовимся к круговой обороне, разрешения покидать базу у нас нет, — этим он говорит, что если сюда выйдут значительные силы противника, гарнизон фактически обречён. — Кроме того, по всем дорогам выслана разведка на броневиках, а в тыл отправлены связные с донесениями.

— Что насчёт нас? Мы можем эвакуироваться?

— Думаю, можете, ведь по факту вы — гражданские. Как только разведка подтвердит, что пути отхода безопасны, выделю транспорт. А теперь прошу больше не отвлекать, на мне ответственность за жизни подчинённых.

— Что будем делать? — спрашивает меня Александр, когда втроём вышли из здания штаба на улицу — не мешаться под ногами.