Искра Свободы 6 (СИ) - Нова Александр - Страница 20

Я кивнул, вышел из кабинета и направился в алхимическую лавку. Нужно пополнить отрядную аптечку: зелий в ней не осталось вовсе.

Взял, как обычно, два флакона «Среднего Исцеления (Е)» и два флакона «Беспробудного Сна (F)». Так же купил 100 ОР. У меня осталось всего 9 ОР, а активация «Наследия Героя» стоила 50 ОР. Лучше иметь запас. Оставалось выплатить доли товарищам, и с текучкой будет покончено.

Лис и Амели ждали во дворе на скамье под стеной. Лис после сна выглядел довольным, а Амели — как всегда: будто собиралась с кем-то поругаться, но ещё не решила, с кем.

Я выложил на скамью между ними два кошеля. Оба тяжелых, но один почти в два раза крупнее другого. Больший пододвинул к Лису.

— Твоя доля. 400 лоренов.

Лис заглянул в кошель и присвистнул:

— Золото, — довольно произнёс охотник и, не пересчитывая, завязал кошель и сунул в карман.

Я улыбнулся в ответ и указал Амели на второй кошель:

— На Кукловода ты с нами не ходила, в поиске кольца с рубином и убийстве Мерцалки по заказу «фениксов» не участвовала, поэтому твоя доля меньше и составляет 180 лоренов.

Амели кошель даже не тронула. Она смотрела на меня.

— Сколько?

— Ну, я же сказал: 180 лоренов.

— Сто восемьдесят, — повторила она медленно. — Не восемнадцать?

— Технически там 9 золотых соляров. Но один соляр — это 20 серебряных лоренов. Простым умножением получаем 180. Можешь пересчитать.

Она пересчитала. Прямо на скамье, шевеля губами. Потом сгребла монеты обратно, затянула шнурок, снова посмотрела на меня — и на её лице впервые за всё время нашего знакомства проступило что-то, отдалённо похожее на растерянность. Похоже, она собиралась ещё раз уточнить, не ошибка ли это, но Лис глянул на неё с укоризной.

— Если у вас всегда так платят, то я бы, пожалуй, хотела задержаться в вашей команде, — произнесла девушка и накрыла кошель ладонью, как наседка яйцо.

Мы с Лисом усмехнулись. Ещё две недели назад Амели бралась за любую работу ради серебра. А сейчас на её коленях лежала сумма, которой хватило бы на дом в Монтлионе. Не самый лучший и не в центре, но все же дом в графском городе. Люди в таком состоянии редко бывают рассудительными. Их необходимо чем-то занять, чтобы они не наломали дров.

— Можешь задержаться. Но такую щедрую оплату каждый раз я не обещаю, — честно предупредил я.

Амели лишь отмахнулась, мол, всё равно согласна. Я пожал плечами и продолжил:

— Вот тебе поручение. Найди судно для торговли с теми, кто за рекой. Грузоподъёмностью минимум четыре тонны. В идеале — семь.

Растерянность с лица Амели слетела мгновенно. Вернулась привычная, колючая деловитость.

— Такая махина до их причала не дойдёт.

— Почему?

— Ты сам по этой реке ходил, — она мотнула головой в сторону пристаней. — Выше Сен-Бернара русло сужается, и дальше идут четыре или пять крутых колен подряд. Крупное судно пройдёт там только бечевой. Команда по берегу, канаты на плечи, посудина на воде. Шагом. Дней пять на участок, который лодка проходит за день. И берег такой, что ноги переломаешь.

Амели говорила быстро, как человек, который это видел. Или не раз всерьёз над этим думал.

— И что делать?

— Оборудовать точку на километр выше Сен-Бернара. Там река ещё широкая, дно нормальное. Большое судно туда доходит, груз перекладываем в лодки, лодки идут дальше.

Идея разумная. И именно поэтому мне не нравилась.

Километр выше Сен-Бернара. То есть в баронстве. Место, где любой перегруз с борта на лодки увидит первый же рыбак и доложит куда нужно. Перегружать там товар на десять тысяч ОР в месяц — всё равно что сразу прийти в Орден с повинной и вязанкой дров.

Похоже, список требований к официальному обоснованию, почему я туда плаваю с товаром, только что пополнился ещё одним пунктом.

— Ладно, — сказал я. — Для начала присмотри корабль. Я хочу знать цифры.

— Хорошо, — ответила Амели, поднялась и сунула кошель за пазуху. — Лис, идёшь?

Лис посмотрел на меня. Я кивнул. Задач для охотника у меня не было, пусть пройдётся с Амели, присмотрит, чтобы ошалевшая от свалившегося на голову богатства девица не натворила дел.

Соратники ушли, а я так и остался во дворе. Сидел на скамейке, смотрел на фонтан и ни о чём не думал. Это было даже приятно.

После полудня меня нашёл послушник и сообщил, что доспех починили и он уже в моих покоях. Заниматься делами не хотелось, но было необходимо. С тяжёлым вздохом я встал и пошёл проверять свои латы.

Кузнецы при соборе поработал на совесть. Даже краску новую нанесли. А наруч и вовсе сделали заново. Я не уверен, что 10%, затребованных Этьеном, покрывают стоимость такого ремонта и моё пребывание в соборе. Похоже, нелегальные ОР для епископа настолько важны, что он готов вкладываться в моё дело.

Я успел пообедать, когда в дверь покоев постучали. Всё тот же послушник, что сообщил о доспехе — похоже, его приставили ко мне в качестве ординарца, — протянул конверт. Плотная бумага без печати и адресата. Только две буквы в углу, выведенные аккуратным, почти чертёжным почерком: «С. Б.».

— Передали через привратника, — сказал послушник. — Кто — не назвался.

Я поблагодарил послушника, закрыл дверь и на этот раз всё-таки набросил крючок.

Кто такой «С. Б.», я понял сразу. Северин Брен. И, похоже, он что-то нарыл в архивах Ордена на «фениксов». Я сел к окну и развернул бумагу.

Внутри — только факты, разбитые на короткие абзацы, как рапорт. Северин остался тем, кем был. Только сменил того, кому докладывать.

Рота «Стальной Феникс» насчитывала сто пятьдесят лет истории. Основана при графе, чьё имя мне ничего не говорило, через год после окончания Войны Трёх Святых. За полтора века она ни разу не распускалась, не переходила из рук в руки и ни разу не оставалась без контракта дольше, чем на сезон. Для наёмников это либо феноменальная удача, либо феноменальные связи.

Что примечательно, списка контрактов «фениксов» в архиве Северин не нашёл. По его мнению, на них стоит гриф повышенной секретности, а доступа к бумагам такого уровня у дознавателя нет.

Дальше шло ещё интереснее. Капитан и владелец роты — разные люди. Владельцем в реестрах числился некий Орельен де Совтер. Местопребывание — неизвестно. Возраст — неизвестен. Внешность — не описана. И в самом досье на владельца, в архиве Ордена, стояла пометка, сделанная чьей-то рукой много лет назад: «Не искать».

Я перечитал строчку дважды. Орден, который ищет всех: еретиков, беглых, искажённых, случайных свидетелей, — сто лет назад получил распоряжение не искать конкретного человека. И выполняет распоряжение до сих пор. В этом мире такое указание могло дать только одно существо.

Капитаны, напротив, менялись регулярно. Каждые двадцать лет, почти день в день. Старый капитан уходил на покой, продавал долю, уезжал — и больше никогда не появлялся ни в одном списке. Новый занимал его место. Северин перечислил семерых, начиная с основания. Джулиано де Ренн значился восьмым.

При этом достоверно установлено, что все капитаны — разные люди. После «выхода на пенсию» они обычно перебирались куда-нибудь поближе к морю и некоторое время жили там.

Финансирование. Рота получала деньги через механизм анонимных даров. Схема старая, законная и совершенно непрозрачная. Я тут же вспомнил, что покойный барон Гильём получил свой «подарок» на 3000 ОР от «покровителя» по той же самой схеме.

Брен приложил зарисовку печати на платёжном документе. И она полностью совпадала с тем, что описывал Гильём. Значит, «покровитель» Гильёма и владелец «фениксов» — одно и то же лицо.

Последний абзац Северин выделил отдельно. Отличительная особенность капитанов роты, отмеченная в трёх независимых источниках за полтора века: все они носили «Кольцо Сопряжение (Е)» поверх перчаток. При разной погоде и в разных местах. В записке Северин делал упор на «кольцо», я же отметил «перчатки».