Худшая адептка, или посмотрим, кто кого, дракон! (СИ) - Космос Эйрена - Страница 2

Я отлично помню тот роковое лето. Я как раз окончила лицей, и мы с семьей отправились в поселение некромантов, где я впервые и встретила Мора.

Высок, красив, горяч, статен. А какая у него была улыбка, какой взгляд — выстрел в девичье сердце не иначе. Неудивительно, что его обожали… всё! А он почему-то приметил меня.

Поладили мы далеко не сразу, я была кем-то вроде шкодника в юбке, а он обожал изображать из себя старшего разумного брата и защитника. Только вот сам же в итоге и причинил настоящую боль.

Помню, как после вечера Новой Луны, когда я вела себя, как леди. Когда пришла в изысканном лиловом наряде, чтобы ему понравится, а он… Он смотрел на меня совсем другими глазами. Впервые за тот вечер не болтал без умолку. Молчал. Не сводил взгляда. А мое сердце почти не билось рядом с ним.

Влюбилась. Еще бы. Вы бы только видели, как я парила от счастья, когда он позвал меня, чтобы показать сюрприз, предназначенный только для меня. И мысли не было, что это западня.

Он же мой защитник! Столько раз себя проявил! А он… запер меня в склепе, оживив разом всех мертвяков, хотя знал, что я до смерти боюсь подобные вещи. Я даже в наш домашний склеп никогда толком не заходила, а тут…

Тогда сильная и смелая Линда впервые в жизни кричала от беспомощности. Я захлебывалась страхом и слезами отчаяния. Я молила, невзирая на собственную гордость, выпустить меня. Сдирала кожу с пальцев, тарабаня в запертую дверь, точнее в плиту, которой завалили выход.

Мой голос заглушал смех тех, кто за этим наблюдал. Мор тоже смеялся, я слышала.

Не помню, как я выбралась оттуда. Все было как в тумане. Кажется, то был рассвет. Кто-то отодвинул плиту, позволяя бледным лучам солнца растелиться по пыльному полу. Мертвяки вернулись в могилы, а я еще долго не могла выбраться из того угла, в котором забилась, как мышь.

Не знаю, куда делась моя обувь. Может, я ей отбивалась — не помню. Помню, что шла босая по лесу в дом тетушки, не думая ни о чем, кроме мести. И я отомстила…

Хотя полноценной местью это сложно назвать. Однако каплю морального удовлетворения я все же получила.

В то утро, утирая слезы и с трудом сдерживая дрожь в пальцах после пережитого ужаса, я собирала узлы. Тетушка, у которой меня оставили родители до конца лета в этой злосчастной некромантской деревне, отговаривала уезжать в спешке. Спрашивала, что случилось, но не в моих правилах ябедничать и быть жалкой. Тем более она даже не заметила, что меня не было целую ночь.

Я спрятала всю боль, которая рвала душу и сердце на ошметки, и солгала, что мне просто нужно готовиться к поступлению, что по дому очень соскучилась.

— Не провожай, я уже договорилась с извозчиком, — обняв тетушку, я попрощалась, вышла на улицу.

Солнце было уже в зените, а местная молодежь поджидала меня, подперев своими плечами и спинами заборы соседних домов. И ведь не скажешь ничего, мы жили в центре, а они вроде как имели право тут гулять.

Это мне объяснила одна из местных дев, Сольва Шарэд, когда я возмутилась в первый раз. Мне было непонятно, чего они все на меня косились. Не при старших, конечно, а когда я где-нибудь бывала одна. Будто извести меня пытались. Непонятно зачем.

Хотя, одна догадка у меня все была. Им не нравилось, что я не призна́ю свою природную сущность и хочу быть, как другие обычные магички. Они все тут были немного фанатиками, потому я не особо говорила о своих планах, но они как-то прознали. А потом в моей жизни появился Мор, за внимание которого местные готовы были драться насмерть.

Выходит, он все это время просто притворялся, чтобы провернуть свой гнусный план. Ведь в том склепе вчера были все, кто сейчас стоит на этой деревенской улочке. Они смеялись, когда меня пожирал ужас и страх вместе с Мором! А вот и он сам.

Я застыла на секунду, когда увидела у экипажа того, кого понапрасну считала другом и вообще лучшим из всех.

Я не особо любила общество некромантов, их мрачность или чрезмерное самолюбие, но Мор казался мне другим. Но он будто светился изнутри. А уж чего стоили его янтарные, будто подсвеченные изнутри глаза, контрастирующие с черными волосами. И сложен он был так, что всем парням на зависть: широкие плечи, длинные крепкие ноги, рост ого-го!

“Может, потому что дракон”, — в первое время думала я. А потом решила, что дело в душе. В душе, которой не оказалось в итоге!

Он стоял у повозки, которая должна была довезти меня до пригорода Ашдарха, и пронзал меня леденящим душу взглядом.

Что? Вчерашнего было мало? Хотел насладиться моим позорным побегом? Или думал, что я брошусь ему в ноги после всего? Хотя… Сольва так бы и поступила.

— Уезжаешь? Так быстро? — спросил Эргард с насмешкой, и одни боги знают, чего мне стоило тогда взять себя в руки и вскинуть подбородок и взглянуть так, будто Мор — это пыль под ногами.

— Здесь стало скучно.

— Скучно? — выхватил он. Ах да, вчера мы ведь повеселились.

— Ты же не думал, что раз позовешь на свидание, то я клюну на тебя, как и другие? — намеренно сказала громко, чтобы слышал не только он, но и другие зеваки, наблюдающие за нами.

Я уйду отсюда невозмутимой победительницей, а не опозоренной трусихой, над которой посмеялась местная шайка подростков элиты. Пусть сердце разрывается от боли, этого никто не увидит!

— Я в тебе разочаровалась, впрочем… и ожидания на твой счет были небольшими. Ладно, некогда тут болтать. Я опаздываю на помолвку, — одни боги знают, чего мне стоило тогда, выдавить из себя ухмылку.

Казалось, я вот-вот сорвусь и зареву, потому, не говоря больше ни слова, пошла к повозке. Чувствовала спиной, как на меня глазеют шокированная молодёжь, но на них было плевать.

И на Мора должно быть плевать после того, что он сделал. Но сердце продолжало болеть. Очень!

Мне понадобились все три года, чтобы забыть этого мерзавца и научиться жить заново, поверить в людей, и вот — он объявился, оказавшись другом истинного Амалии, а потом притащил меня сюда. “Приказ короля, все некроманты… “ бла-бла…

Как же я его ненавижу! Или ненавижу себя, потому что, глядя в его слишком красивое лицо, вспоминаю, какой дурой была!

Жаль, что хладокрыл его даже за попу не цапнул! Ох, жаль!

Мор будто считывает все мои мысли по взгляду. Да я и не скрываю. Ненавижу его ну что тут поделать?

Отворачивается, становится будто бы еще злеет, и кидает в профессора Найтона такой взгляд, что мужичок, который горазд был меня по стенке размазывать, аж вздрогнул.

— Что тут происходит?

— Адептка Вилар намеренно оживила не того, кого требовалось. Существо разнесло полсклепа, напугало наших адептов. А Розалнда Вилар отказывается признаваться в своих пакостях и слушать старших, огрызается и хамит, потому я отправил ее к ректору! — отчитывается Найтон.

И как ему только дыхалки хватило выпалить все это так быстро? Вот же наглый лжец… Я хотела ему нахамить, очень хотела, но не стала ведь!

— Ясно, профессор. Адепты, отправляйтесь на занятия, — выдает гад Мор, хотя в стенах этой академии его стоит называть куратором.

Он вроде проверяющего. Не преподает, как другие, зато берет по желанию к себе в подопечные группки учеников, именуемый тут командами.

— Я сам это улажу, — добавляет Мор, едва зал пустеет.

“Погодите! Что значит “я сам улажу”?” — хочу спросить, но Найтон опережает.

— Как же? Зачем вам заниматься подобными мелочами? — суетится профессор, а я в этот самый момент замечаю, как Киса, то есть хладокрыл, который до этого сидел смирно на каменном полу, подкрадывается к Мору.

Точнее, уже подкрался, а теперь кидает в меня лукавый взгляд алых огненных глаз. Что он задумал? Погодите, как вообще скелет способен так смотреть?

Ну не знаю как на счет смотреть, а вот на диверсию точно способен. Хладокрыл подползает к Мору, увлеченному беседой с профессором, и начинает жевать его штанину. Благо слюней нет, скелет же, как никак.