Искра Свободы 5 (СИ) - Нова Александр - Страница 30

— Скорее не понимают, почему Бог не убил тебя на месте за «попросил». А лезть в божественный промысел никто не хочет, — Этьен пригубил вино. — И что вдвойне хорошо, Лорана ты не убил. Так что и с этой стороны претензий тебе выставить не получится.

У Этьена даже вмешательство бога в судебный поединок мгновенно превращалось в политический актив. В каком-то смысле это вызывало уважение.

— Кстати, об этом. Лоран признал мой долг в 1000 лоренов перед собором своим. Это тебя устраивает? Если да — я хотел бы получить документ с подтверждением.

Этьен слегка улыбнулся. Я понял, что этот долг он сможет использовать по полной. Возможно, завербует Лорана. Или стребует с него какую-то услугу за рассрочку. В любом случае, бретёр с крючка его преосвященства уже не слезет.

— Разумеется.

Этьен взял со стола колокольчик и позвонил. Через минуту появился писарь с бумагой, чернильницей и пером. Пока тот писал, в дверь тихо постучали. Служка проскользнул внутрь и передал Этьену увесистый кожаный мешочек.

Епископ протянул мешочек мне.

— Твой выигрыш на ставке. Сто соляров.

Я развязал шнурок. Внутри мягко звякнули монеты. Сто золотых соляров. Две тысячи серебряных лоренов. Целое состояние — на него можно купить крупную мельницу и до конца дней не знать нужды. Спокойная жизнь, обеспеченное будущее. Отсутствие людей, пытающихся меня убить. Почти то, о чём мы мечтали с Селеной. В теории звучало неплохо. Только Селена из моей жизни уже ушла, а окупаемость таких инвестиций около 10 лет. Значит, жить придется на 20 лоренов в месяц. Естественно, меня это не устраивало и я поднял глаза на Этьена.

— Хочу выкупить доспех и шпаги. А также кинжал. Не артефактный.

Выражение лица епископа не изменилось, словно именно этого он и ожидал.

— Запрошенное обойдётся тебе в 60 соляров.

Я мысленно взвесил. Дороговато. С другой стороны — где ещё я найду такие вещи? Уникальные. Привычные. Уже ставшие частью меня.

Отсчитал 60 золотых и положил их на стол. Писарь, не поднимая глаз, тут же взял новый лист и начал писать вторую бумагу.

— Оружие служка принесёт прямо сейчас. Доспех сможешь забрать завтра. После того, как его отремонтируют, — произнёс Этьен, глядя, как я затягиваю шнурок на существенно полегчавшем мешочке. Сорок соляров всё ещё оставались состоянием. Но мешочек уже не производил такого сильного впечатления.

Писарь закончил, забрал монеты и вышел. Епископ продолжил:

— Теперь по нашим прошлым договорённостям, «Искра (E+)» ранга. С тебя сняли все обвинения, так что я могу официально наградить тебя за помощь Церкви в установлении истины. «Кровь Господня» будет готова через три дня. Пока предлагаю погостить в соборе.

Несмотря на все выверты судьбы, Этьен выполнял наши договорённости чётко и без напоминаний. Как человек он, конечно, говно, но как деловой партнёр меня более чем устраивал.

— С радостью останусь в соборе.

Этьен некоторое время молчал, рассматривая вино в бокале, будто взвешивал что-то. Потом медленно поднялся, поправил фиолетовую мантию и указал в сторону дальней стены.

— Пойдём со мной. Хочу показать тебе кое-что… важное.

Пауза перед последним словом мне не понравилась. От Этьена вообще лучше не слышать загадочных интонаций. Епископ подошёл к резной панели, и стена бесшумно отъехала в сторону, открывая узкий проход. По каменным ступеням мы спустились ещё глубже под землю, воздух стал суше и холоднее.

Комната — небольшой квадрат со стороной около пяти метров. Источник света — «Осветитель (F)», который включился при нашем приближении. А на дальней стене — портрет в простой раме, но явно нарисованный знатоком своего дела.

Я остановился.

Чёрно-золотой доспех. Точно как тот, что я только что что я снял с себя в арсенале. На поясе — магнитные захваты. В них покоятся Астра и Тенебра. Даже угол наклона клинков знаком до дрожи.

Шлема на голове Его Величества Илларда Ферона не было. И я узнал лицо в первую секунду, даже не всматриваясь.

Потому что это было моё лицо.

Лицо. То самое, которое смотрело на меня из зеркала на Земле все пятьдесят лет моей жизни там. Молодое, выглядит лет на тридцать. Если внимательно присматриваться, то можно различить мелкие отличия. Но передо мной портрет, а не фотография, так что неизвестно, существовали ли эти различия в реальности. Конечно, сейчас, благодаря эликсиру «Великого Исцеления (D+)», я выглядел совершенно по-другому. Но забыть собственное лицо невозможно.

Входная дверь бесшумно закрылась. То ли автоматически, то ли по мысленному приказу Этьена.

— Де Монфоры — одни из героев Войны Трёх Святых, — спокойно произнёс епископ. — Те, что стали под знамёна Владыки и уничтожили Первую Республику. Так мы стали баронами и получили большой кусок земли в Северной Марке. А ещё — военные трофеи. Которые положено было сдавать только созданной Инквизиции… но часть мы оставили себе.

Последние слова прозвучали всё тем же ровным тоном, словно речь шла не о преступлении против Ордена и Владыки, а о паре бутылок вина, забытых после семейного ужина.

Я повернулся.

В одной руке Этьен держал какую-то трубку длиной около сорока сантиметров, направленную прямо на меня. Она подозрительно напоминала магический жезл, только крайне утилитарный. Без украшений и позолоты.

— Прежде чем мы продолжим, я должен задать тебе несколько вопросов, — сказал епископ. — Положи руку на этот артефакт. Это Шар Правды. Лгать не рекомендую — я сразу об этом узнаю.

Я покосился на шар, который Этьен держал в другой руке.

— Что именно продолжим? И зачем это мне?

Этьен слегка наклонил голову.

— Хм. А чего ты хочешь на самом деле, Эллади?

— Свободы. Чтобы от меня все отстали и позволили жить спокойно.

Только произнеся эти слова, я понял, насколько они смешно прозвучали. Особенно здесь, в тайной комнате епископа, под портретом человека с моим лицом.

— После того, как ты явился в образе Его Величества Илларда Ферона на судебный поединок и смог победить, это невозможно, — ответил Этьен без улыбки. — Ты теперь нужен всем. Владыке. Инквизиции. Избранным. И Кругу Неизбранных. И так уж вышло, что ты теперь знаешь тайну, в сохранности которой я должен убедиться. Ты можешь отказаться… но тогда…

Этьен сделал выразительно движение жезлом.

Я быстро прикинул шансы. Активные способности ещё в откате. Оружия с собой нет. Успеть справиться с епископом… сомнительно. Да и неясно, нет ли здесь ещё каких-нибудь артефактов, работающих на его стороне.

Я пожал плечами и положил руку на Шар Правды. Поверхность оказалась прохладной. Никаких необычных ощущение, что, пожалуй, даже немного разочаровало. Только скучное системное окно:

Подключиться к артефакту «Шар правды (E)»?

Судя по замершему на лице епископа ожиданию, отказ не предусматривался.

— Ну, если вы так настаиваете, ваше преосвященство, — с улыбкой ответил я и дал согласие.

— Расскажи, что именно пытался сделать Владыка.

Я не стал юлить. Лгать при таком артефакте было глупо, да и желания скрывать что-либо на эту тему отсутствовало.

— Он залез мне в голову. Сначала хотел подарить победу Лорану. Потом требовал оставить бретёра в живых. А напоследок убеждал помолиться на Алтаре.

Епископ слушал внимательно, не перебивая. Когда я закончил, он слегка пошевелил жезлом. Совсем чуть-чуть. Но мой взгляд это движение всё равно поймал. Сложно игнорировать ствол, направленный тебе в грудь.

— Если Владыка предложит награду за Круг Неизбранных… продашь ли ты всех нас? Награда будет существенная. Например, должность епископа. Или тысяча золотых соляров единоразово.

Вот теперь вопрос стал интереснее. И, что характерно, Этьен не спросил, способен ли я на предательство. Он сразу перешёл к цене. Практичный человек.

Я задумался. С одной стороны, все эти люди мне никто. Чужие. С другой, я вспомнил отца Амбросия. Как он накормил меня и отправил письма друзьям. Вспомнил отца Марко, который помог с дезинформацией и экипировкой. И даже самого Этьена, который всё это профинансировал. Да, каждый из них действовал в своих интересах. Но если продавать деловых партнёров, то дела вести будет не с кем.