Фэрэндор. Наследие Оригнтис - Лэй Алина - Страница 1

Annotation

Для Ксантии, студентки выпускного курса Академии «Арканум», последний год обучения должен был стать подготовкой к новой жизни. Но вместо этого он стал началом конца. Древнее пророчество требует воссоединения трех королевств, а цена грядущего мира – ее свобода.

Теперь Ксантии предстоит подчинить огонь Тартара, пережить смертельные испытания Пяти Рек и выяснить, почему самый могущественный дракон признал именно ее. Вот только ответы могут оказаться страшнее любой лжи.

И пока вокруг нее затягивается петля чужих тайн, сердце тоже отказывается повиноваться разуму. Джейден обещает ей будущее и корону. Деймос приносит лишь ярость, опасность и чувство, которому она не смеет дать имя.

Но древняя магия не прощает слабости.

Особенно если слабостью становится любовь.

Алина Лэй

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Конец ознакомительного фрагмента.

Алина Лэй

Фэрэндор. Наследие Оригнтис

Глава 1

Проскальзывая мимо торопящихся студентов и вдоль холодных стен коридора общежития, я неслась в административное здание Академии Арканум. По пути я наспех застегивала пуговицы темно-серого пиджака академической формы, а длинные угольно-черные волосы то и дело прилипали к взмокшему от пота лицу.

Я опаздывала. В последний первый день учебы в Академии.

Внутри бушевали эмоции. Совсем скоро мы выпустимся и отправимся покорять этот мир вместе с моим самым лучшим другом, который наверняка проклинает меня за опоздание.

Вваливаясь в соединяющие два здания через длинный коридор двери, меня встретил редкий аромат свежих цветов и натертого до блеска мраморного пола каким-то лимонным раствором. В обычные учебные дни коридоры пахли железом, по́том и отчаянием.

Главный холл Академии окутал меня ворохом голосов и красотой редких украшений. По периметру всего холла располагались громадные колонны, уходящие ввысь потолков, но помимо существующих резных узоров, теперь – они были укутаны ветвями серебристых лилий, черных до оникса роз с шипами и темно-фиолетовыми фиалками. Возле каждой колонны стояли огромные черные вазоны, обрамленные серебристой окантовкой с похожими цветами, изображая искусные композиции местных флористов. Вдоль стен располагались хрустальные лампы с волшебными огоньками, которые бросали тени с большого герба нашей академии. То ли вырисовывая данный узор, то ли оживляя тени по углам, создавая видимость еще большей толпы.

Я огляделась по сторонам.

Улыбки и волнение студентов было заразным, потому что сердце мое стало колотиться с невероятной скоростью, стуча об ребра.

Вдалеке у входа я заметила бледную макушку и улыбнулась. А затем увидела и вторую, и улыбки как не бывало. Забавно, что брат моего лучшего друга, которого я любила больше всех на свете – выглядел точно так же за исключением длины волос. Вот только с ним у нас было взаимное чувство отвращения. Надменный всезнайка с чувством превосходства над любым другим нормальным человеком.

Я быстро пошагала между студентами, убирая с глаз выпавшую темно-фиолетовую прядь. Я всегда старалась прятать ее. Боги явно решили поиздеваться надо мной, сделав уродцем. Мало мне грязной крови, так еще и цвет волос выделял меня из всех остальных.

Глаза моего друга вспыхнули алым цветом, как только он меня увидел. Затем они вернулись обратно в светло-карие, и он парой шагов своих длинных ног пересек оставшееся расстояние и ухватил меня в крепкие объятия.

– Кса-а-ан, – протянул он мое имя, пока я не могла даже вдохнуть. Казалось, ребра вот-вот треснут от таких обнимашек, но по-другому с ним никак.

– Фо́бос... Дышать... – прохрипела я, чувствуя, как ребра стали «скрипеть».

Он аккуратно поставил меня на твердый пол и выпустил из объятий.

С ним мы не виделись всего пару недель от летних каникул, так как он решил вернуться сюда раньше. Но даже этих двух недель хватило, чтобы заскучать по нем. Мы с Фобосом были не разлей вода. Всегда вместе против всего мира мы росли бок о бок пятнадцать лет, так как в пятилетнем возрасте я попала в их семью, не имея за спиной своей.

– Э́нио дала в дорогу твои любимые плюшки, – обрадовала я друга, потому что его взгляд сразу же загорелся. – Ты ведь смылся так и не дождавшись ее.

– Дио́на приехала раньше, чем планировала, так что я не виноват, – подмигнул Фобос, а я наморщила нос.

Представляю, чем они занимались тут две недели.

– И я предупреждал отца.

– Да кстати, Ар тоже недоволен, что ты не попрощался.

Его брат – Де́ймос, облокотившийся о стену, насмешливо фыркнул, смотря на брата. Как обычно закатанные рукава рубашки, расстегнутый пиджак, что сидели на нем впритык, облепляя крепкие мускулы рук, плеч и груди. Затем перевел взгляд ко мне и его глаза казались ледяным замком, в который меня заперли абсолютно без воздуха.

В груди сдавило и я нахмурилась. Всегда одно выражение лица стоило ему на меня посмотреть: холод, тьма и порой раздражение, которое он тщательно пытался скрыть.

– Привет, – сухо бросил он мне и отвернулся в сторону огромного двухстворчатого входа в главный зал.

– Привет? – Фобос вскинул брови. – Ты не видел нашу сестренку, – он потрепал меня по плечу, – почти четыре месяца и это твое «привет»?

– Она нам не сестра, – уже более строго отрезал Деймос.

И был прав. Хоть мы и росли вместе столько лет – я им не сестра.

Оказавшись у них на пороге в пятилетнем возрасте – я мало, что помню. Помню лишь то, что Фобос первым подружился со мной в тот же день, а Деймос сверлил меня недоверчивым взглядом семилетнего мальчишки. К счастью Энио – была родной сестрой моей мамы, так что совсем без родственников я не осталась. А вот парням матерью кровной она не была. Вышла замуж за их отца, когда они были совсем крошками и только поэтому любили ее как родную мать.

– Грубиян, – Фобос наигранно изобразил обиду, положив ладонь себе на грудь.

Я смахнула холодное приветствие Деймоса, как залежавшуюся пыль. Ничего необычного или нового. Это уже давно перестало меня обижать.

– А где Диона? – спросила я, пробегая взглядом по студентам.

– Она внутри, с Да́лией, – ответил Фобос, и мы двинулись к дверям.

Мы вошли внутрь большого парадного зала, в котором по обыкновению проходила приветственная речь ректора академии. Большие окна, ступеньки из светлого гранита, что вели к возвышенной сцене, за которой красовалась стена с огромным витражом в синих и фиолетовых оттенках, изображая древние символы Орио́нтиса.

Диона, увидев меня пошла навстречу.

Затерявшись среди толпы студентов, мы встретились примерно посередине зала и крепко обнялись. Ее я не видела все лето, так как она отправилась в Кса́нтос – золотой город чистокровных, откуда и была родом. Понять, что ты из самого Ксантоса – просто. У каждого рожденного там была идеально шелковая кожа, которая слегка поблескивала позолотой. Янтарно-светло-карие глаза, а у некоторых и вовсе идеально желто-золотого свечения. Глаза Дионы были светло-карие с янтарной окантовкой, а волосы были идеального светло-русого оттенка.

Она была влюблена в Фобоса наверно лет с пятнадцати, но заметил он ее лишь три года назад, когда она вернулась после каникул достаточно повзрослевшей. Осиная талия, которую она любила подчеркивать тщательно обтягивающей одеждой и обольстительная улыбка, в которой порой даже я теряла взгляд. Но главное – это чистая душа, благодаря которой я была рада, что Фобос наконец-таки закончил свою разгульную жизнь и остановился на ней.

Хоть кто-то смог пробиться в его недоверчивое сердце. В любовном плане, конечно же.

И порой я ей завидовала.

Не ее красоте, а чистоте крови, как и у братьев. Они чистые, а я… Жалкая полукровка, к которым просто привыкли, потому что еще сотню лет назад таких как я – истребляли. И вовсе не потому, что мы опасны или наоборот – слабы, а потому что устои нашего королевства были старомодными: люди, носящие кровь Ширина́ри (или просто черненную) считались предателями, раз связались с вражеским королевством – Нокса́рия.