Системный Рыбак 17 (СИ) - "Ленивая Панда" - Страница 7

— Открывайте вольеры! — сорванным голосом закричал он, пятясь вверх по парадной лестнице. — Выпускайте всех зверей! Живо!

Служители судорожно рванули рычаги. Массивные решётки вольеров вдоль западной стены поползли вверх, и во двор с яростным рёвом хлынул боевой зверинец Клейнов. Свора гончих с ледяной кровью веером метнулась по флангам. Следом, в щепы разнося поилки и перегородки, тяжело ринулись панцирные вепри — каждый размером с гружёную телегу. Последней из дальнего загона выбралась личная виверна патриарха. Она с яростным шипением разодрала когтями створку, с силой оттолкнулась от камней и с хриплым клёкотом взмыла в воздух, расправив кожистые крылья.

Адриан успел с тоской подумать, что вот теперь им точно конец.

Рид стрелой метнулся прямо в свору гончих. Три хвоста тигра развернулись веером, и серповидные лезвия концентрированной энергии мгновенно срезали передний ряд тварей. В остальных зверь врезался всей своей многопудовой массой, пуская в ход сокрушительные лапы и клыки. Дина разогналась, до предела втянула голову и тяжёлым тараном врезалась в строй растерявшихся гвардейцев. Копья бессильно скользили по гладкому перламутру, несколько древков с треском переломились, а бойцов Клейна разбросало по брусчатке, словно кегли.

В то же мгновение сверху молча спикировали орлы.

Первый мощными когтями выдернул из свалки ледяную гончую и с размаху впечатал её в каменную стену. Второй располосовал загривок вепрю и сбил бронированного гиганта на спину. Виверна успела набрать высоту и ядовито плюнуть кислотной струёй, но сбоку из темноты бесшумно ударил Визирь. Двадцатиметровый размах крыльев накрыл тварь целиком. Гигантский орёл железной хваткой перехватил виверну поперёк хребта, взмыл выше печных труб и безжалостно разжал когти прямо над скоплением гвардейцев у казарм.

Бойцы с криками бросились врассыпную, и многопудовая туша с глухим ударом разнесла крыльцо казармы.

Люди Винтерская с боевым кличем ринулись вперёд. Артельщики и бойцы с метками теснили охрану и молодых практиков дома к парадному входу. Длинные багры ловко стаскивали щитоносцев на камни, и гвардейцев быстро вязали и прижимали к земле.

Ив шёл через разгромленный двор, непрерывно анализируя обстановку.

Клейны беспорядочно отступали, исход схватки во дворе был предрешён. Поэтому Ив методично подмечал другие детали. Челядь из западного крыла спешно перетаскивала сундуки в глубь дома, а двое доверенных слуг скрылись с ларцами в противоположном направлении — к южной стене сада. Значит, там расположен тайный выход. Окна первого этажа по всему фасаду были забраны массивными решётками, а на западном торце стояли двойные решётки, и стена над ними поднималась совершенно глухой, без единого проёма. У фундамента того же крыла из земли выступали толстые медные воздуховоды. Эту деталь Ив тоже хладнокровно зафиксировал в памяти.

О жемчужине Ив своим людям благоразумно не говорил. Полторы сотни человек пришли взыскать с Клейнов справедливый долг за сожжённый дом Дайлов, и они получат причитающееся сполна. А сам Ив попутно заберёт из тайника жемчужину, как только вскроет хранилище.

Внезапно особняк глухо загудел.

Вибрация поднималась из самых недр земли, из-под массивного фундамента. Каменные плиты под ногами мелко затряслись. В следующую секунду парадные дубовые двери с грохотом вынесло наружу. Чудовищная ударная волна разметала по двору людей Винтерская, гвардейцев и оставшихся зверей. Адриана с размаху впечатало в телегу, Дина со скрежетом проехала на панцире до самой ограды. Ив удержался на ногах лишь потому, что мгновенно вогнал духовный хлыст глубоко в брусчатку и натянул его, гася инерцию.

На верхнюю террасу особняка неспешно ступил сам патриарх Клейн.

Ив отлично помнил его по аукциону: грузный надменный старик с гербовым перстнем, ленивым движением пальца скупавший редчайшие артефакты за баснословные миллионы. Но сейчас перед ним стоял совсем другой человек. Патриарх был облачён в тяжёлый боевой доспех под распахнутым шёлковым халатом. Плотный жар его ауры зримо искажал пространство вокруг брони. Старик легко шагнул с края террасы и завис прямо в воздухе.

Третья ступень. Формирование Ядра.

Патриарх расправил ауру во всю мощь. Колоссальное духовное давление придавило весь двор, заставив крики мгновенно смолкнуть. Уцелевшие гончие жалобно заскулили и поползли под стены. Люди с обеих сторон без сил оседали на колени и четвереньки. Даже высокое пламя пожара вокруг ограды прижалось к земле.

— Щенок, — от раскатистого голоса патриарха завибрировали рёбра. — Я полгода рассчитывал, как устранить тебя без лишнего шума под видом несчастного случая, чтобы Секта Феникса не ввязалась в кровную месть. Но ты сам избавил меня от забот. Ночью ты притащил вооружённую толпу к моему порогу и первым объявил родовую войну. По общему кодексу сект ученический знак не защищает того, кто напал на чужой родовой дом. Даже старейшинам Фениксов придётся это проглотить. Теперь закон целиком на моей стороне, а твоя побрякушка обратилась в пустой мусор.

Он властно приподнял ладонь, ещё сильнее сгущая ауру. У бойцов внизу носом пошла кровь.

— Повторять не стану. На колени, Винтерскай. Тогда твои люди отправятся на каторжные рудники и протянут там ещё лет тридцать. Для твоих зверей тоже найдутся клетки на арене. А тебя я казню лично и быстро — без долгих пыток. Считай, что сегодня я проявил редкое милосердие. Через минуту я передумаю.

Ив стоял посреди развороченного двора и снизу вверх спокойно разглядывал парящего старика. Пульс был ровным, мысли текли кристально ясно. Перед ним завис практик третьей ступени, сулящий скорую смерть, а Ив уже хладнокровно рассчитывал точную дистанцию до террасы и углы атаки.

— Я выслушал ваши условия, — негромко, но предельно отчётливо произнёс Ив, и его голос разнёсся по затихшему двору. — А теперь примите мой счёт. Дом Дайлов, сожжённый вами дотла: раз. Тяжёлые ожоги старика-мастера, выносившего из огня семейную реликвию: два. Скупленные вами долговые расписки, перекупленные возчики и подлое письмо запуганной девочке за десять часов до бала: три. Двое моих погибших людей, подло убитых этой ночью из-под вашего щита: четыре. — Он чуть приподнял подбородок. — Вы первыми пришли к нам с огнём — и мы вернули вам огонь с процентами. Остальное — ваш собственный выбор. Око за око, зуб за зуб. Каждый в вашем роду, кто приложил к этому руку, выплатит свою долю сполна. Я всё сказал, патриарх.

На мгновение во дворе повисла оглушительная тишина.

У патриарха от бешенства мелко затряслись пальцы. Гербовый перстень на его руке ослепительно вспыхнул, а сам старик взревел так, что с карнизов особняка осыпалась вековая штукатурка:

— Старшие! Передать мне духовные силы! Всем родом!

На балконах, крышах и галереях особняка поднялись старшие практики дома Клейн. У каждого на груди сиял фамильный герб. Один за другим они сложили печати, и от каждого к парящему патриарху протянулась ослепительная струна духовного света. Сначала десять, затем двадцать…

Над поместьем начала стремительно закручиваться гигантская воронка.

С каждым новым подключённым каналом она разрасталась, с пугающей скоростью вращаясь в ночном небе. Внутри бурлила концентрированная бело-голубая стихийная мощь, чьё давление вбивало пламя пожара прямо в камни. Совокупная сила патриарха и двух десятков старейшин собиралась прямо над его раскрытой ладонью. Старик целился точно в Ива.

— Шеф!.. — истошно заорал Адриан из-под телеги. — Уходи-и-и!..

Ив не сдвинулся с места.

Он снизу вверх холодно оценивал радиус воронки и плотность вихря, плавно разворачивая корпус и уводя правую ладонь за спину, готовя встречный удар…

Воронка над поместьем вышла на полный оборот. Совокупная мощь двадцати старших гудела в ночном небе, как исполинский жёрнов, и от этого гула ныли зубы. Брусчатку затянуло инеем, хотя по краям двора всё ещё догорали сараи.