Его почти сбежавшая жена (СИ) - Кутукова Елена - Страница 1

Затхлый запах пыли и каких-то горьких трав щекотал ноздри. Сознание возвращалось неохотно, словно продираясь сквозь вязкую, тёмную патоку.

— С этой девчонкой столько проблем! Ох, вот что за нелёгкая её туда понесла?! —услышала я женский скрипучий голос — Ещё и посреди ночи. Чудо, что стражники нашли.

Голова раскалывалась, будто по ней методично били молотом, отмеряя каждый удар пульсирующей болью в висках. Открывать глаза не хотелось. Тело ощущалось чужим, избитым, словно я неудачно упала с большой высоты.

Стражники? Слово прозвучало так неуместно, будто из какого-то исторического романа. Или мне всё это снится? Вполне возможно, учитывая состояние, похожее на тяжёлое сотрясение.

— Живая хоть? — спросила женщина кого-то.

 — Мистрис Коль, всё в порядке. Жизненные показатели стабильны.

Мистрис? Что за странное обращение? Или это имя? Может, я попала в частную клинику для иностранцев? Или по иронии судьбы в больницу, где работаю я сама?!

— Она была очень близка к смерти, — раздался рядом низкий мужской голос. Бархатистый, глубокий, но с едва уловимыми нотками стали. – Можно сказать, заново вернулась к жизни.

— Тебе бы отдохнуть, сын. Выглядишь неважно.

 — Я хочу узнать, что случилось, - с раздражением и злостью произнес незнакомец

О, а как я-то хочу узнать!

Собрав остатки сил, я уже собиралась приоткрыть веки, как мне под нос сунули что-то едкое. Запах аммиака и резких трав ударил в ноздри, заставив лёгкие гореть. Я громко чихнула и распахнула глаза. Слёзы застилали взгляд, превращая мир в размытое акварельное пятно.

Когда фокус наконец навёлся, я замерла.

Это был не больничный потолок.

Надо мной возвышался свод, расписанный фресками с изображением крылатых ящеров и звёзд. Стены были затянуты тяжёлыми гобеленами, а воздух освещали не лампы, а живой огонь в кованых канделябрах. Вокруг кровати, на которой я лежала, стояли трое.

Полная дама в тёмно-зелёном платье с тугим корсетом, который, казалось, вот-вот треснет. Рядом с ней — бледная девушка в строгом сером платье и белом чепце, явно та самая уставшая целительница.

И он.

Мужчина в богато расшитой чёрной мантии. Высокий, темноволосый, с лицом, словно высеченным из мрамора: острые скулы, волевой подбородок, аристократическая бледность. Только глаза… тёмные, как омуты, и в них плескалась буря.

— И как ты это объяснишь, моя дорогая жена? — спросил он, и от этого слова у меня по спине пробежал холодок.

Жена?

Мой бывший муж всего пару дней назад на суде кричал, что я старая дева и уж точно никогда больше замуж не выйду. Я даже успела отпраздновать свободу в кафе с подружками. А тут не прошло и недели — и я снова замужем? За этим готическим красавцем? Что за жестокая шутка Вселенной?

— Что? — воскликнула я, поморщившись.

Голова болела настолько, что собственный голос показался чужим.

— Она нас так напугала, а ещё спрашивает, — вздохнула женщина в зелёном.

— Кайра, я видел от тебя множество выходок, но эта…

Мужчина сделал паузу — казалось, ему потребовалась секунда, чтобы успокоиться, прежде чем продолжить. Я же пыталась понять: кто такая Кайра? И почему он так обращается ко мне?! Какие еще выходки?

— Я хочу знать, почему ты вдруг решила посреди ночи выбраться из своей комнаты через окно и спуститься вниз с помощью верёвки из простыней?

А вот это сюрприз. И ещё какой. Это же самый настоящий побег! Судя по тому, как у меня болит голова и остальные части тела, попытка скрыться была неудачной. Я бы еще добавила, что идиотской. Нельзя что ли было выбрать способ побезопаснее?! Зачем так рисковать?!

— И как ты уже догадалась, твой глупый поступок привёл к не самым приятным последствиям, — закончил мужчина.

Он явно ждал от меня ответа. Но я могла лишь молча рассматривать свои руки — в лёгком шоке. Хотя, наверное, шок был не такой уж лёгкий.

Они… не были моими. Пальцы — непривычно длинные и тонкие, кожа — нежная, без единой мозоли от работы. Ногти покрыты идеальным кроваво-красным лаком, который у нас в ординаторской был строжайше запрещён. На пальцах сверкали тяжёлые кольца с тёмными камнями.

Этого не может быть. Я перевернула ладонь. На моей правой руке, у основания большого пальца, должен был быть старый шрам от разбитой в детстве банки. Сейчас его не было. Кожа была безупречно гладкой — совсем не похожей на мою собственную.

 Похоже, насчет голоса мне не показалось.

— Ещё и драгоценности с собой захватила! — возмутилась женщина, ткнув пальцем в массивное колье у меня на шее. Камни были холодными, как лёд. - И другие вещи.

Похоже, Кайра действительно планировала побег, готовилась. Вот только теперь мне разгребать последствия ее действий.

— Мама! — рявкнул мужчина. Голос его не был громким, но в нём прозвучала такая властность, что женщина мгновенно замолчала, поджав губы.

Получается, это свекровь Кайры. Точнее, теперь уже и моя.

А я только с Татьяной Алексеевной попрощалась, и теперь у меня новая родственница.

А ещё новое тело, муж и жизнь. И, конечно, проблемы.

— Я хотел бы знать причины твоего поведения, дражайшая супруга.

А я… Ох, как же я хотела бы их знать.

Три пары глаз буравили меня, ожидая ответа.

Воздух в комнате сгустился до такой степени, что, казалось, его можно было резать ножом. Тишина давила.

Что ж, пора было что-то сказать. И инстинкт самосохранения, отточенный годами работы в экстренной медицине, вопил, что «Я не Кайра» — худший из возможных вариантов. Меня не просто упекут в сумасшедший дом, здешний аналог, вероятно, будет куда страшнее — с цепями и ледяной водой.

Но так же не бывает?! — кричал мой разум. — Нельзя просто взять и очнуться в чужом теле! Переселение душ, реинкарнация — всё это было уделом эзотерических пабликов и передач, а не реальностью для врача, который каждый день видел, как хрупкая грань между жизнью и смертью стирается навсегда.

А эти наряды…

 Я скользнула взглядом по плотному бархату мужской мантии, по жёсткому корсету дамы, по простому льну целительницы. Это не походило ни на одну историческую эпоху, которую я знала. 

 — Может быть, стоит дать леди немного отдохнуть? — вмешалась целительница. — Всё-таки она практически с того света вернулась.

Ощущения у меня были именно такие. Я была мысленно благодарна девушке, хотя нутром чуяла, что её слова продиктованы не столько состраданием, сколько простой усталостью.

Меня всё ещё продолжали сверлить взглядами. В такой ситуации, когда любая ложь может стать фатальной, оставалось лишь одно. Сказать правду, завёрнутую в удобную для них обёртку.

— Я… я не помню, — прошептала я, и голос прозвучал слабо и надтреснуто.

— Как это «не помнишь»?! — взвилась моя новоявленная свекровь её лицо начало приобретать цвет перезрелой сливы. Но она тут же умолкла, стоило её сыну медленно поднять руку. Жест был едва заметным, но обладал силой удара хлыста.

— Я действительно не помню, — я набралась смелости и посмотрела прямо в тёмные глаза мужчины. — Ничего. Ни как я упала… ни кто вы… ни кто я.

Это было самое трудное признание в моей жизни.

 Я, которая всегда гордилась своим интеллектом и памятью, вынуждена была изображать чистый лист. Но это был единственный шанс понять, в какую ситуацию я попала.

— Быть этого не может! — возмутилась женщина, но уже тише.

 — После такого падения это вполне возможно, — ровным тоном заметил мужчина. И мне не показалось — напряжение в его плечах слегка ослабло, а в голосе проскользнуло… облегчение?

Ой, не нравится мне это. Совсем не нравится.

— Да, милорд, вы совершенно правы, — тут же поддакнула целительница, явно радуясь, что нашла медицинское обоснование моему состоянию. — Потеря памяти — частое последствие травмы головы.