Психо Звери (ЛП) - Мас Жасмин - Страница 23

Единственный конфуз случился вскоре после того, как мы заснули снова: Аран спросонья обняла меня, пытаясь прижаться. Когда я попыталась ее отпихнуть, возникла короткая потасовка, в ходе которой Аран, еще пребывая во сне, взяла меня в «удушающий» одной рукой, а другой попыталась задушить подушкой. Я вслепую врезала ей в трахею, пока она не отпустила меня и не отлетела назад с воплем завизжав.

Сначала я запаниковала, что навредила ей. Затем я сообразила, что она извивается на кровати и орет из-за спины, а не из-за горла.

Я сделала то, что всегда помогало мне раньше.

Я осторожно перевернула ее так, чтобы она лежала плашмя на животе. Ее крики тут же прекратились, и Аран захрапела с улыбкой на лице, как будто только что не пыталась меня убить, а потом не визжала как резаная.

Острое лезвие страха царапнуло мой желудок от ее странной реакции.

Это до жути напоминало то, как вела себя я, когда случайно перекатывалась на спину после ночи порки.

Этого не может быть.

Дрожащими пальцами я потянулась вниз, чтобы приподнять край ее свиншота.

Просто чтобы проверить.

— Лапша, вернись сюда! — завопила Джинкс, врываясь в нашу комнату и вырывая меня из тревожных раздумий.

Часы на стене показывали четыре утра. Но Джинкс выглядела абсолютно бодрой, гоняясь за Лапшой, которому напялили на голову трусы вместо шапки.

Аран сонно бормотнула:

— Сдери шкуру с хорька, — и продолжила храпеть.

Я попыталась сделать невозмутимый вид: «мол, у моей лучшей подружки больше проблем, чем я предполагала.»

Что кстати впечатляло, учитывая, что я уже давно считала, будто нам обоим светит тяжелый курс медикаментов.

Джинкс хихикнула так, будто Аран сказала что-то смешное, продолжая преследовать хорька, который теперь, судя по всему, ел те самые трусы. Этот девчачий звук совершенно не вязался с ее обычным презрительным выражением лица.

— Да это просто трусы. Ложись обратно спать, — пробормотала я Джинкс с большим раздражением, чем обычно.

Было всего четыре утра, а я уже пережила покушение на свою жизнь.

Озабоченный хорек стал последней каплей.

— О, я не сплю, — небрежно бросила Джинкс, шлепаясь на ковер.

Я прищурила заспанные глаза.

— Все спят.

Существовала одна универсальная истина: спят все существа. Самая популярная теория гласила, что это связано с восполнением энергии.

— Только не я. — Джинкс снова сделала нырок и едва не упустила хорька, который как раз остановился, чтобы запихнуть в рот еще немного трусов.

— Ты имеешь в виду, что спишь всего пару часов? Или ты как инсомник?

Я слышала о людях, которые не могут уснуть, а потом вырубаются на несколько дней.

Джинкс бросилась на Лапшу и победно взвизгнула, схватив его извивающееся тельце руками.

Она подняла его над головой, как трофей.

Лапша выплюнул трусы и затрещал, словно их игра пришлась ему по душе.

— Нет. — Джинкс повернулась ко мне, все еще держа хорька над головой, и улыбнулась. Ее темные глаза казались слишком большими на бледном лице. — Я за всю жизнь не сомкнула глаз ни на секунду. Никогда.

После этого успокаивающего заявления она выпорхнула из нашей комнаты. Неудивительно, что после такого мой сон был беспокойным.

Я терпеть не могла драматизировать (Хотя кого я обманываю? Вообще-то я бы прекрасно освоилась в театре), но моя жизнь превращалась в один из тех ужастиков со странными клоунами, которые вечно крутили по телевизору в баре Дика.

Теперь, когда серое утро придавало комнате унылую атмосферу, я посмотрела на спящую фигуру Аран и мягко погладила ее по голубым волосам.

Было приятно иметь рядом лучшую подругу.

Конечно, она была склонна к убийствам, но кто в наши дни этим не грешит?

Мое сердце потеплело при виде ее мягких черт лица. Я не могла поверить, что когда-то считала ее парнем. Громкий стук в дверь разнесся по комнате, напоминая, что снаружи кто-то ждет.

Аран со сна что-то пробормотала и натянула подушку на глаза.

— Пошел нахер, пока я не выпустила тебе кишки.

Я бросилась открывать дверь, пока она не проснулась и не выполнила свое обещание. В наши дни нельзя было ни в чем быть уверенной.

Мое дыхание перехватило.

Ксеркс сурово смотрел на меня сверху вниз.

Его синяки по большей части зажили, а кожа излучала здоровье. Он был одет в безупречно сидящий костюм, который натягивался на его бугристых мышцах. С длинными светлыми прядями он выглядел как сказочный принц. На бедрах крепились два парных ножа, а черты лица были жесткими.

Мрачная сказка.

Я сглотнула и выскользнула в коридор, тихо прикрыв за собой дверь, пока запах коричного сахара заставлял мои слюнные железы работать на износ.

Долгую минуту никто из нас не произносил ни слова.

Напряжение висело в воздухе тяжелым грузом.

Ксеркс провел ладонями по лицу:

— Прости за… — он неловко замялся.

Я вздохнула.

— Я знаю.

— Нет, ты не знаешь, — огрызнулся он.

Мои волоски встали дыбом от его тона, и напряжение между нами переросло в нечто более зловещее.

Его фиолетовые глаза сверкнули.

— Возвращение в это королевство дается мне нелегко, но это не оправдание. Твой выбор слов стал триггером, и это вызвало плохие воспоминания. Я в ужасе от того, что так напугал тебя, и обещаю, что этого больше никогда не повторится.

Притворяясь спокойной «не» психованной девчонкой, которая определенно не обосрала его вместе с Аран посреди ночи, я спокойно кивнула.

— Я знаю. Это просто было неожиданно.

Я замолчала, пытаясь сформулировать, что задело меня больше всего.

— Я ожидала такого высокомерия от остальных мужчин. Но не от тебя.

Желвак на его челюсти дернулся.

Голос Ксеркса звучал как низкий рык.

— Как ты думаешь, за что я извиняюсь?

У него что, амнезия?

— За то, что шлепнул мою киску и вел себя так, будто можешь мной помыкать. Очевидно же.

— Прости что?

От Ксеркса исходила мощная волна напряжения, когда он расправил плечи, словно собираясь броситься в бой.

— Что? — я поджала губы.

Казалось, я снова упускаю какую-то важнейшую часть разговора.

Медовый акцент Ксеркса скатился до утробного хрипа.

— Я извиняюсь за то, что врезал в стену и напугал тебя. За все остальное я не извиняюсь.

Я не смогла сдержать смешок, сорвавшийся с губ.

Сначала агрессия меня потрясла, но когда я проснулась в два часа ночи и обсудила все с Аран, то поняла: на самом деле меня задело совсем другое.

Суть проблемы заключалась в том, что другой мужик прижал меня к стене и заявил, что владеет мной. Конечно, большая часть меня считала это горячим.

Но, как красноречиво выразилась Аран:

«Знаешь, что горячее? Уважение».

Цитатка для футболки.

Ксеркс положил руку на рукоять ножа. Очевидная угроза. Враждебность подскочила до предела. Не желая уступать, я закусила нижнюю губу так сильно, что капля крови скатилась по подбородку. Мы оба были готовы к драке. Его пальцы крепче сжали рукоять.

Я определенно не думала о том, как те же самые пальцы ласкали мой клитор пару часов назад. Определенно не замечала сеть вен, вздувшихся на его руках и предплечьях.

Я шагнула вперед, вторгаясь в его личное пространство.

Мой голос звучал тихо и угрожающе.

— Не пойми меня неправильно: вздумаешь еще хоть раз поднять на меня руку или проявить агрессию — я заражу тебя своей кровью и сделаю своим ебучим слугой. Но если ты думаешь, что я позволю тебе проявлять неуважение и пытаться подавить меня в сексуальном плане, то хер тебе угадал.

Желвак на его челюсти снова дернулся, и я не удержалась от сарказма:

— Доходит, о чем я?

Ксеркс скривился:

— Нет. Нихуя я не дошло.

Я закатила глаза, потому что выразилась предельно ясно.

— Мне плевать, что у тебя коротнуло и ты решил помахать кулаками. Меня бесит, что ты решил, будто имеешь право лапать мою…