Хорошая, плохая, грешная 2 (СИ) - Кароль Елена - Страница 22

— Ерунда какая-то… — пробормотала. — Но я согласна с тем, что Диктрейнам это невыгодно. Но и моему… кхм, сталкеру это зачем?

— Вот и я не понимаю, — поморщился Ириан. — В любом случае фон мы почистили, провели ряд очищающих обрядов. С остальным работает следствие и ветеринарная служба. С леди Диктрейн пообщаться так и не удалось, по словам семейного доктора, она чуть ли не в коме от всего происходящего, но встретиться отказалась, а настаивать я не могу. Младший Диктрейн в шоке и двух слов связать не может. Новый управляющий… — Ириан скривился, — мутный тип. Почему его взяли на работу, я так и не понял. Вроде как друг семьи, но в подробности меня никто не посвящал. Найти старого управляющего не удалось, по словам тех, кто его знал, мужчина уехал из города сразу после увольнения. Куда — никто не знает.

— В общем, дело ясное, что дело тёмное, — подытожила я. — Ну и черт с ними. Главное, чтобы к нам не лезли. А какие у тебя планы на ближайшие дни?

Мы уже шли по улице в сторону нового дома Ириана и я наслаждалась прохладой вечера и близостью приятного мне мужчины. Он, очень хочется надеяться, что тоже. В итоге, когда меня приобняли за талию, я совершенно не сопротивлялась, с удовольствием услышав тихий шепот на ушко:

— Ты.

— Шутить изволите, ваше преподобие? — прищурилась от удовольствия, чувствуя, как сладко ёкает внутри.

— Нет.

— А можно поподробнее? — я повернула к нему голову, улыбаясь и предвкушая, но Ириан не спешил что-то говорить, предпочтя загадочно отмолчаться.

В итоге мы молча дошли до его дома, причем молчание получилось совершенно не напряженным, а скорее таинственным и манящим, вошли в сам дом, где стало пахнуть ещё приятнее — чем-то сдобным и свежим с примесью луговых трав, и Ириан повел меня вглубь дома — в летнюю столовую с практически панорамными окнами, откуда открывался красивый вид на внутренний двор.

Комната встретила нас уютным полумраком, разбавленным теплым светом свечей, отражающимся в темном полированном дереве. Стены были обшиты панелями из светлого дуба, а высокий потолок украшали массивные балки. Пол был выложен узорчатой плиткой в терракотово-бежевых тонах, поверх которой лежал ковер с геометрическим орнаментом. Панорамные окна обрамляли легкие льняные шторы, колышущиеся от едва заметного сквозняка, а в проемах виднелись резные деревянные ставни.

Стол оказался уже накрыт, причем по всем правилам светского этикета: со скатертью, цветами, свечами и фарфором, прислуги нигде не видно, так что можно было представить, что в доме мы одни и нам никто не помешает. Невольно пригляделась к столу внимательнее, слишком уж непривычно это было для меня — прийти в гости к настоящему лорду.

Белоснежная скатерть с тончайшей вышивкой по краям привлекала внимание искусной работой, а по центру стола возвышалась изящная хрустальная ваза с кремовыми розами — их бархатные лепестки источали нежный сладковатый аромат, смешивающийся с запахами ужина. Слева стояла супница из тонкого белого фарфора с росписью в виде диковинных птиц. Правее разместилось широкое блюдо с запеченной рыбой, покрытой золотистой корочкой и посыпанной рубленой зеленью; рядом с ней лежали дольки лимона и красиво уложенные веточки розмарина. Аромат блюда был богатым: с пряными нотками чеснока и душистого перца. Слева расположилось блюдо с чем-то мясным, украшенное ничуть не хуже, а пахло так и вовсе одуряюще. Всё это окружили салаты из зелени и свежих овощей, политые чем-то ярким. Чуть дальше стояла корзинка с теплым хлебом, на отдельном блюдце красовались миниатюрные пирожки с нежной румяной корочкой, а в нескольких небольших соусницах были налиты разноцветные соусы. Изящные тонкостенные бокалы для вина поблескивали гранями в отблесках свечей, словно отлитые из жидкого света. Даже кольца для салфеток тут были, причем не самые простые — из слоновой кости, искусно вырезанные в виде крошечных дубовых листьев, а приборы из матового серебра лежали на тёмно-синих льняных салфетках — каждая деталь была продумана до мелочей, создавая ощущение той самой тихой роскоши, за которой многие гонятся, но мало кто догоняет.

Ириан помог мне сесть за стол и расположился напротив, одним взглядом предложил игристого вина и, когда я кивнула, разлил по бокалам. В воздухе моментально поплыл аромат медового солнца с привкусом сладких персиков, заставляя сглатывать слюну. Всё-таки есть разница между сидром, который разливают в трактирах, и коллекционным вином. А это было именно оно, я чувствовала.

И вот, наконец, Ириан поднял свой бокал и, глядя на меня таким лучистым взглядом, что хотелось щуриться и довольно мурлыкать, произнес:

— Мне очень приятно видеть тебя здесь, Эвирейл. Сейчас. Рядом со мной. Спасибо тебе за смелость и честность. За доверие. Ты очаровательная девушка. Несмотря на непростое прошлое, ты удивительно светлая и добрая, чуткая и отзывчивая.

Чувствуя, как краска дикого смущения заливает лицо, потому что… ну, какая я добрая, да? Та ещё эгоистка! Тем не менее я поддержала этот милый тост, когда Ириан произнёс «за тебя» и с удовольствием отпила глоток. На вкус вино оказалось ничуть не хуже, чем на запах, а приготовленные кухаркой блюда порадовали ничуть не меньше. И вроде ничего сложного и экзотического, но мясо было было потушено с незнакомыми специями и буквально таяло на языке, а парочка салатов заправлены не классическим в этих местах маслом, а необычным соусом с ореховым привкусом.

В общем, я искренне наслаждалась происходящим и даже могла поддерживать легкий разговор о прочитанной книге, когда об этом поинтересовался эльф.

— Знаешь, в Старом Свете у меня остались знакомые, которые бы могли прислать мне кое-какие книги из личной коллекции. Именно об артефактах и их создании, — заявил Ириан, когда услышал, в каком восторге я от книги, но для профессионального роста в деле этого, конечно, будет маловато. — Спишусь с ними на днях. Что скажешь?

— Скажу, что буду искренне этому рада и просто счастлива, — улыбнулась широко и беззастенчиво. — А ты сам разбираешься в артефактах и амулетах?

— Преимущественно, как пользователь, — качнул головой эльф. — Могу использовать руны, но без материального носителя. Для меня так проще. А что?

— Интересно, — пожала плечами. — Знаешь, я всерьез задумалась о личной библиотеке. Именно с книгами о магии. Кажется, знаю невероятно много, но всё как-то… бессистемно. А идти учиться в академию и даже колледж — это терять несколько лет жизни. Глупо. Да и смысла нет. Просто хотелось бы почитать чьи-то действительно толковые труды обо всём. Вот ты, много читал?

— Очень много, — кивнул инквизитор. — В том числе и книги о магии.

— А если бы я попросила тебя написать собственную книгу, — прищурилась, — смог бы?

— Смотря о чем.

— Обо всём. О разном. — Я неопределенно взмахнула рукой. — Ты ведь активно практикующий маг. Наверняка за эти годы у тебя появились какие-нибудь свои наработки, ну или… не знаю… Советы? Нюансы использования? Начиная с элементарного, заканчивая чем-то совсем-совсем сложным, уникальным. Что скажешь?

— А знаешь, — Ириан заинтересованно наклонил голову и едва уловимо улыбнулся, — очень интересная мысль. Скажу, что ты меня заинтересовала. Никогда не думал об этом, но… Я бы действительно мог написать свою книгу о самых первых шагах юного мага. О подводных камнях и сложностях освоения стихий. О том, что действительно важно, а ценность чего неоправданно преувеличена. Естественно, это будет лишь моё мнение и опыт, но если это кому-то поможет, то почему нет?

— Значит, договорились? — просияла я. — С тебя книга!

— О, вот так? — Ириан посмотрел на меня удивленно, а потом рассмеялся. — Хорошо, Эви. Договорились. Не обещаю быстро, сначала это будут скорее наброски и просто мысли. Оформить их в связный текст будет не так уж и просто, но я постараюсь. Обещаю. Найду редактора, который поможет с оформлением, и ты будешь первая, кто оценит итоговый вариант. Договорились?

— Да!

Прекрасно понимая, что это займет месяцы (как бы даже не годы!), тем не менее я искренне радовалась тому, что со временем у меня действительно появится своя библиотека. В самом деле, я планирую прожить хотя бы лет сто! Да, я не чистокровная эльфийка, но четверть крови перворожденных тоже имеет значение. Не триста, но лет сто пятьдесят, а то и двести проживу запросто!