Хочу замуж! (СИ) - Хаан Ашира - Страница 21

— У-у-у-у-у…

В каюте поскучать мне не дали — явились горничные с уборкой и выгнали гулять по палубам.

На стоянках бар не работал, поэтому я обошлась без кофе. Просто ходила туда-сюда по средней палубе и любовалась действительно открыточными видами Плеса.

Левитан, говорите…

Все, что я помнила про Левитана — что у него хорошо получалось рисовать осень. Сейчас же была середина июля, и природа еще не развернулась в полную мощь.

На солнечную палубу подняться я пока не решалась, опасаясь наткнуться на Виктора. Вчерашняя ночь была… бурной.

Пьяным он оказался совершенно неутомимым, и у меня до сих пор слегка подрагивали ноги. Сначала он меня напугал своим поведением, но после того, как разрешил отвесить ему оплеуху — страх ушел.

Хуже того — я даже почувствовала в себе некоторую склонность к доминированию.

Раньше-то я это как представляла? Мальчик-зайчик вылизывает сапоги строгой госпоже, а она за это разрешает ее ублажать. Честно говоря — неинтересно. Среди мужчин и без того большинство слабаки, меня такое не заводит.

Но когда лупишь по морде огромного мужика сильнее тебя в сто раз…

Это было совсем другое ощущение.

Я будто танцевала танго с диким медведем. Который мог разорвать меня в любую секунду, но все же позволял причинять себе боль.

Даже сейчас меня прошила острая дрожь, стоило вспомнить о вчерашней ночи.

Все-таки я извращенка, да?

Ленка вернулась через час — город оказался таким крошечным, что она успела и посидеть на Камне Любви, и пройтись по самым интересным местам.

— Короче, Насть, это хуй! — вот с такой благой вестью ворвалась она в каюту. — Он и выглядит как хуй, и называется на самом деле Дедова шишка, Насть! Камень любви, ты глянь! Просто хуй, на котором надо посидеть, чтобы найти себе мужика!

— Посидела? — фыркнула я.

— Неа. Он в музее. Только смотреть, руками не трогать, прикинь! — скуксилась Ленка. — А я бы да-а-а-а-а!

— Ну вот, значит, я ничего не потеряла.

— Зато ты не видела, как наша Полина с Татьяной Марковной спелись! — провозгласила она. — Они на этот хуй смотрели и хихикали, а потом Марковна пошла отвлекать смотрительницу зала, чтобы Полина успела попой об него потереться! Серафима быстро девочек организовала, чтобы они заслонили, пока идет спецоперация!

— О боже… И ты не напросилась тоже попой? — покачала я головой. — Зная тебя…

— А мне незачем, — Ленка стала серьезной и села на койку напротив меня. — Насть, мне кажется, я влюбилась.

У меня прямо сердце упало. Как будто она не про самое светлое чувство мне сообщила, а о том, что у нее нашли тяжелую болезнь.

Честно сказать, я от Ленки такого и не ожидала. Она была такой стереотипной медсестрой — циничной, слегка хабалистой и прямой. Работа в нашей дорогой клинике ее слегка обтесала, соскоблив слой цинизма, которым она обзавелась, когда работала в психиатрической больнице, но по сути своей она такой и была.

А тут — сидит, хлопает глазами и серьезная такая…

— А он что? — только и смогла я спросить.

— Он… — Ленка закрыла глаза и набрала воздуха в грудь. — Он пока даже не трахнул меня, Насть. Только пальцами. Говорит, что время не пришло. Я не понимаю…

Хм.

Я тоже не очень-то поняла, что за щепетильность, учитывая, что каюту у меня отжали.

— Хуй не стоит, что ли? — нарочито грубо предположила я.

— Да все стоит! Я проверяла! — рявкнула Ленка. — Принципиальный он! Только, говорит, когда все серьезно станет!

— А сейчас еще не стало?

— А сейчас, говорит, просто круизное развлечение. Кто ж, говорит, на серьезное замахивается в круизе. Он, говорит, много лет в развлекательных командах на теплоходах тусовался. Круизные шашни — даже легче курортных.

Интересно, а Виктор в курсе?

Хотя откуда ему знать, он, как и я, в круизе наверняка впервые.

— Уважаемые пассажиры! Через несколько минут наш теплоход начнёт прохождение Городецких шлюзов. Приглашаем вас на открытые палубы и на нос теплохода для наблюдения за шлюзованием! — объявило теплоходное радио.

— Пойдем, пойдем! — дернула меня за локоть Ленка. — Давай посмотрим, интересное же. Телефон с собой? Пофоткаешь меня.

Мы уже проходили несколько шлюзов по пути сюда, особенно на канале имени Москвы, но как следует полюбоваться не было времени. Теперь же до ужина заняться было совершенно нечем — не идти же на мастер-класс по аппликации, который проводился в музыкальном салоне! — и появилось время наконец полюбоваться на это потрясающее действо.

Меня уже поражали гигантские шлюзовые камеры, куда помещались сразу несколько теплоходов. Бетонные стены, выраставшие с двух сторон от теплохода. Величественные башни на входе и выходе. Могучая архитектура сталинского периода — такая фантастически монументальная. Словно эти шлюзы строили не обычные люди, а какие-то могущественные Предтечи, лишь оставившие нам осколки своей древней цивилизации, которые мы приспособили под свои нужды.

Вот и сейчас две приземистые башни надвигались на нас, пока теплоход тихим ходом пробирался между стен шлюза. Матросы накидывали канаты на специальные крюки, утопленные в стенах, которые могли двигаться вверх и вниз по специальным выемкам.

Судя по разноцветным следам от краски на бетоне, не всем удавалось зайти сюда идеально.

Но нам удалось — теплоход едва качнуло, когда он остановился в шлюзе.

— Пойдем на корму! Там ворота закрываются! — потянула на этот раз я Ленку.

Мы быстро перебежали в конец корабля и как раз застали момент, когда тяжелые металлические створки шлюза уже начали медленно сходиться, закрывая нас внутри камеры.

Неумолимо и жутковато — у меня даже мурашки побежали по телу.

Глухой металлический звук знаменовал окончательное закрытие.

Пора было бежать обратно на нос, но я все еще стояла, глядя на решетчатую стену.

Такое абсолютное торжество технологий, победы человека над природой.

— Идем! — Ленка снова ухватила меня за локоть и потащила за собой.

На носу уже собралась небольшая толпа туристов. Самые умные притащили кресла с солнечной палубы и устроились с комфортом. Сразу видно опытных людей.

Потому что довольно долго ничего не происходило, и я уже начала переминаться с ноги на ногу.

А потом послышался шум воды. Сначала ничего не было видно, но потом я заметила у самых створок ворот шлюза маленькие водоворотики. Вода уходила — я не видела, куда, но теплоход оказывается уже некоторое время опускался. И пока мы пялились на закрытые ворота, столбики и фонари по краям шлюза уже немного ушли вверх, а вода обнажила ржавчину на бетонных стенах.

С каждой минутой корабль опускался все быстрее и быстрее, пока наконец не замер и снова наступила тишина. И полумрак — этот шлюз был глубиной больше семи метров и мы были словно на дне бетонного колодца.

А потом ворота начали медленно распахиваться, открывая впереди вид на залитую солнцем реку и деревья по берегам. Когда проход открылся окончательно и загорелся зеленый свет на семафоре, теплоход медленно двинулся на волю.

Грандиозные башни проплывали по бокам — видно было паутину, птичьи гнезда и другие следы запустения, словно это и вправду какой-то древний форпост, который давно не принимал корабли. Хотя нам по радио уже рассказали, что этот шлюз — один из самых загруженных на Волге.

— Через пятнадцать минут еще один шлюз, — со знанием дела просветил нас один из пассажиров, заметив, что мы с Ленкой никак не можем успокоиться и фотографируем остающиеся позади башни во всех ракурсах.

— Совершенно чумовая красота, — заметила Ленка. — Останемся на следующий?

Развлечений нам хватило до самого ужина, не пришлось даже идти на объявленную в актовом зале лекцию о династии Романовых. Просвещение и образование, конечно, хорошо, но нам больше хотелось гулять по открытым палубам и любоваться проплывающими мимо пейзажами.