Хочу замуж! (СИ) - Хаан Ашира - Страница 2

— Паспорт и путевку, пожалуйста!

— Кулер на главной палубе, кофестанция на средней, бар на верхней, открыт с шести утра до полуночи.

— Ждем вас на приветственный коктейль сразу после отправления!

Наша тусовка желающих срочно выйти замуж насчитывала всего-то тридцать человек. Теплоход, на который мы грузились, судя по табличке на стене, вмещал триста пассажиров.

— Я думала, мы тут произведем захват корабля и поднимем свой флаг… — несколько разочарованно протянула Ленка, которая прочитала ту же табличку.

— Угу, — кивнула я. — А нормальных людей все равно больше.

Нормальные люди стояли вместе с нами в очереди на ресепшен и были легко отличимы от участниц тренинга. Потому что средний возраст пассажиров без учета нашего шабаша был где-то лет семьдесят. К моему удивлению, это были не только женщины, но и их мужья. Статистически крайне мало мужчин доживает у нас в стране до столь преклонного возраста. И, кажется, все они отправляются в круиз по Волге.

— Гляди, гляди! — Снова начала дергать меня за рукав Ленка. — Ну повернись же!

— Кто там? Опять матросы? Или капитан?

Я лениво развернулась в ту сторону, куда она меня подталкивала.

— Глянь, какой шкафчик со взглядом убийцы!

С другой стороны ресепшена подошел высокий мощный мужчина с таким разворотом плеч, словно с юности таскал по три чемодана вместе с матросами. Выделялся он и возрастом — не матросские двадцать, не офицерские тридцать и не старперские семьдесят. Крепкий сороковник, причем бодрый, хорошо сохранившийся.

— Ну шкаф, — вздохнула я. — И что?

— А то! Он в люкс заселяется! С балконом! Один! — зашипела мне в ухо Ленка.

— Балкон — это не главное, — рассеянно пробормотала я, скользнув по нему мимолетным взглядом.

— А что, по-твоему, главное? Твое крахмальное постельное белье? — возмутилась она. — Насть, ты как будто вообще замуж не хочешь.

— Честно? — я подала свой паспорт и расписалась в каких-то бумажках, выданных мне ресепшеном. — Не особо. Я за компанию с тобой поехала.

— Ой, не говори ерунды! Сколько ты уже одна? Лет пять? Пора, Насть, пора!

— Я думала, что одного штампа и одного ребенка достаточно, чтобы часики перестали тикать.

— У настоящей женщины часики не перестают тикать никогда! — фыркнула Ленка, получая ключ от нашей с ней общей каюты на средней палубе. — Пошли скорее, посмотрим как отчаливать будем!

Отчаливали мы под бравурную музыку, и белоснежный, залитый солнцем Северный Речной вокзал сам выглядел как огромный белый теплоход, с которым мы расходились в разные стороны. Мы с Ленкой — за своим женским счастьем. А он… А он как всегда — провожать корабли, отправляющиеся каждый за своей мечтой.

— Ну где он? — Ленка вся извертелась.

Мне было интересно, как на носу теплохода наматывают канаты два молодых парня в белых касках, а ей почему-то нет. Она все высматривала кого-то в толпе, собравшейся по бортам.

— Кто?

— Ну этот… шкафчик из люкса.

— Так в люксе свой балкон, — обломала я ее. — Зачем ему тут толпиться, если там можно посидеть в кресле с бокалом вина?

— Ну-у-у-у, так неинтересно! — надулась она. — Я уже подумала, что это судьба. Не зря же такой красавец попал к нам на тренинг желающих замуж!

— Лен… Нас тридцать человек. Плюс Серафима, которая отнюдь не дура. Для кого конкретно он судьба?

— Блин.

Я не могла не заржать над выражением ее лица.

Она и правда не подумала, что мужик, конечно, большой, но на тридцать с лишним баб его точно не хватит.

— Ладно, — вздохнула Ленка. — Но хотя бы капитана нам дадут потрогать? С детства неравнодушна к белым фуражкам!

— Куда он денется… — сказала я вслух, а про себя подумала, что при таком соотношении М к Ж на нашем круизе, капитан точно будет весь рейс прятаться у себя на мостике, перед которым висела строгая табличка «Посторонним вход воспрещен!»

Прогудев на прощание своим коллегам, остающимся пока у причала, наш теплоход неспешно двинулся по Москва-реке на северо-восток, к нашей первой остановке.

Музыка стихла, но вместо нее нам принялись зачитывать путевую информацию. В каком году был построен речной вокзал, как развивалось речное пароходство и прочие крайне интересные сведения о тех местах, где мы проходили. Похоже это все было на школьные рефераты, целиком скатанные из Википедии. И зачитанные хорошо поставленным голосом человека, который занимается этим несколько десятков лет.

Как поведала мне Ленка, наш теплоход был построен в семидесятых годах в Германии. Об этом с гордостью было написано на медных табличках на каждой палубе.

Так что, не исключаю, что путевая информация с тех пор не менялась, и скатали ее даже не из Википедии, а из Большой Советской Энциклопедии.

Все вокруг было немножко ретро: потертые красные ковры в длинных коридорах, деревянные панели на стенах, медная окантовка светильников, ручка, которую надо крутить, чтобы открыть окно, гладкие лакированные перила внутренних трапов — и даже система кондиционирования, несомненно, в семидесятых бывшая запредельной технической роскошью.

— Приглашаем пассажиров на обед! Пройдите, пожалуйста, в ваш ресторан! — прервав на полуслове бормотание про шлюзы, через которые нам предстоит пройти, заявило радио.

— Гля, ресторан! — обрадовалась я. — Лен, ты слышала? Ресторан! Не какая-то там столовка!

— «Макдональдс» так-то тоже ресторан, — скептически отозвалась та.

Ну и…

Не зря бухтела.

Главным шоком стало то, что усадили нас вместе с двумя другими девушками с тренинга.

Как нам объяснила заведующая рестораном, это еще советская традиция — сажать отдыхающих всех вместе. Раньше еще и в каюты селили незнакомых друг с другом.

Времена сменились, а вот места больше на теплоходе не стало, поэтому, чтобы не создавать хаос, решили продолжать рассаживать принудительно.

Нам достались самая молодая и самая… взрослая участница тренинга, которой было лет шестьдесят на вид. Но все оказалось еще веселее.

— Мне семьдесят два! — с гордостью заявила она. — Правда, я молодо выгляжу? Все дело в том, что я никогда не была замужем, вот и сохранилась так хорошо.

Семидесятилетнюю соседку звали Татьяна Марковна. Выглядела она и вправду роскошно и одета в отличие от нас была со вкусом и явно подбирала образ под круиз. Белый брючный костюм и широкополая шляпа, которую она сняла и попросила специальный стул у официантки.

— Как же так получилось, что вы всю жизнь одиноки? — удивилась Ленка. — А главное, зачем вам тогда наш тренинг?

— Ох, я не говорила, что одинока… Отнюдь! — кокетливо повела плечиком та. — Вокруг меня всегда были прекрасные мужчины! Но я решила под конец жизни все-таки попробовать, как это — замужем. Серафима наша дает гарантию, что какая-нибудь примета да сработает. Вот и проверим. А вас, красавицы, как звать-величать?

— Полина, — представилась вторая соседка, та самая синеглазая супермодель с роскошными светлыми волосами.

Я уже знала, как ее зовут, а вот Татьяна Марковна записала в маленькую бальную книжечку. И Ленку тоже записала. А меня почему-то нет. Я постеснялась спросить о причинах дискриминации.

— Полиночка, ты же такая красавица, зачем тебе какие-то магические ритуалы? — выразила Татьяна Марковна нашу общую мысль. — Тебя все мужики от двадцати до восьмидесяти с руками оторвут, только ресницами махни!

— Да, оторвут… — Полина кивнула. — Но ненадолго. На разочек, на два. А жениться никто не захочет.

— Тебе просто не везло! Какие твои годы!

— Мне давно уже не везет… и маме моей не везло. И бабушке, — Полина махнула ресницами снова, на этот раз распахивая глаза, в которых почти заблестели слезы. — Наша семья проклята… Ни одна женщина в нашем роду замуж не может выйти.

— Как — проклята? — удивилась Татьяна Марковна. — Что за глупые суеверия!