Порхает мотылек в презренных небесах. Том 2 - Маро Моргана - Страница 3

Мин Хань до того тяжело вздохнул, что Ян Юмэй рассмеялась. Отклонившись назад, она упала на грудь небожителя и хитро произнесла:

– Если муженек развеселит меня, то, так и быть, я не стану устраивать хаос в Среднем Мире. Но тебе придется постараться. Самый простой вариант – просто не давать мне выбраться из кровати.

Пускай внешне Мин Хань остался невозмутимым, кончики его ушей предательски покраснели, а взгляд метнулся в сторону. Ян Юмэй это так позабавило, что она не сдержала смеха, видя, как лицо ее мужа становится красным. Ох, он и правда был слишком скромным! Развращать его оказалось тем еще удовольствием.

– Что там? – вдруг нахмурился Мин Хань, смотря в сторону.

Проследив за его взглядом, Хуанъянь увидела зеленые горы, от которых в воздух поднимался практически черный дым. Услышав мысленный приказ, Дао направился в ту сторону, разгоняя дым своими мощными крыльями. Приглядевшись, Ян Юмэй поняла, что это небольшое поселение, забравшееся высоко в горы. Крыши домов горели, языки пламени лизали стены. Стоило Хуанъянь увидеть бездыханные тела на земле, как ее сердце странно екнуло, и она мысленно велела Дао сесть на землю.

– Юмэй… – нерешительно позвал Мин Хань.

Спрыгнув на горячую, покрытую пеплом землю, Хуанъянь подошла к грязному от крови и сажи человеку с белоснежными волосами. Здесь, в горах, подальше от людей, спряталось небольшое поселение Юнь.

Оглядевшись, Ян Юмэй увидела еще несколько тел, она подошла ближе и перевернула их. Дети, женщины, мужчины… все они были мертвы, их тела покрывали жуткие раны, словно нанесенные ужасным зверем.

– Как ты? – осторожно спросил Мин Хань, вглядываясь в лицо Хуанъянь.

– О чем ты? – не поняла она.

– Они ведь… Юнь.

– И что? – вскинула бровь Хуанъянь, присев напротив детского тельца и осматривая раны. Горло было разорвано, а голубое платье покрывала грязь и кровь. – Я давно перестала относить себя к Юнь. Они сами отказались от меня, так что я ничего не чувствую, глядя на них. Вот только их смерть весьма странна, тебе так не кажется?

– В этих горах водятся гепарды, но не думаю, что Юнь не смогли бы защититься от них, – согласился Мин Хань. – Стоит осмотреться.

Поселение оказалось небольшим – всего двадцать домов с собственными садами, небольшим водопадом и высеченными в камне лестницами. Если не считать огня, что доедал некоторые крыши, и трупы, это место можно было бы назвать привлекательным. Хотя, по мнению Ян Юмэй, оно было ужасно скучным; все, чем занимались Юнь, – это создание механизмов, которыми, кроме них самих, никто не пользовался, и медитация, которая даже партнера не включала! Хуанъянь не могла не чувствовать к ним жалость – такая жизнь для нее представлялась одними мучениями!

– Юмэй, – позвал Мин Хань.

Он кивком головы указал на один из домов. Дверь была распахнута, а в косяк воткнут кинжал. Подойдя к нему, Ян Юмэй выдернула из-под лезвия ткань, которая была прибита вместе с куском белого меха.

– Лисий.

– Кто-то из лис решил напасть на поселение Юнь? – с заметным сомнением спросил Мин Хань. – И кто же может быть сильнее Бай Юя среди лис?

– Никто, но он никогда бы не напал на Юнь. Ты ведь небожитель, значит, чувствителен к темной ци. Лисы плохо ее скрывают. Можешь почувствовать, был ли тут кто-то из них?

Мин Хань достал кисть и нарисовал прямо в воздухе сияющие символы, которые неторопливо поплыли по воздуху, бледнея и истончаясь. Но вот раздался звон, и один из символов засиял ярко-алым над пятном крови, словно нарочно оставленным на белой стене одного из домов.

– Это лисья кровь.

Подойдя, Ян Юмэй коснулась уже подсохшей крови. Тревога охватила сердце, и она прикусила губу.

– Когда я была ребенком, боги напали на мое поселение под предлогом того, что Юнь нарушили давнее соглашение, – негромко произнесла Хуанъянь. – Их вела за собой Цзюньфэнь. Я единственная, кто тогда выжил. Меня нашел Ян Лю – от него я узнала, что Небеса истребляют Юнь.

– Истребляют Юнь? – удивленно переспросил Мин Хань. – Но для чего им это? Юнь никогда не шли ни на кого войной, они и с Небесами-то не особо хотят общаться.

– Вот именно. Юнь известно очень много, в их руках Хранилище, открыть которое мечтают как люди, так и демоны с богами. Даже не все Юнь знают, что находится там, можно лишь представить, ответы на какие вопросы можно найти. Тот, кто завладеет Хранилищем Юнь, станет править всеми тремя Мирами.

Что-то странное мелькнуло на лице Мин Ханя, но Ян Юмэй не заметила это.

– Я сомневаюсь, что здесь причастны лисы, – призналась Хуанъянь и провела ладонью над кровью, стирая пятно. – Кто-то намеренно пытается скрыть следы. Не удивлюсь, если это дело рук Цзюньфэнь.

– Но для чего ей это?

– Кто знает, она сама придумывает правила игры и обвиняет других в том, что те им не следуют, – пожала плечами Хуанъянь. – Думаю, лисья кровь и шерсть неспроста здесь, кто-то сделал сцену для своего представления.

Она громко свистнула, веля Дао опуститься в низину горы, а сама взяла Мин Ханя за руку. Обернувшись двумя мотыльками, они скрылись в листве. Прошло несколько кэ[2], прежде чем на одной из улиц поселения вспыхнул свет, являвший нескольких небожителей. Ян Юмэй не знала их имен, но доспехов хватило, чтобы понять – они боги войны, возможно, мелкие, раз не встречались ей.

Рассредоточившись, они обошли поселение, и от Ян Юмэй не скрылось недоумение на их лицах, когда они не обнаружили ни крови, ни ткани с лисьим мехом. Значит, эта старуха действительно подстроила смерть всех обитавших здесь Юнь, намереваясь обвинить в этом лисов.

Дождавшись, когда боги, так и не найдя зацепки, уйдут, Хуанъянь и Мин Хань вновь стали собой. Сидя на ветке сосны, Мин Хань спросил:

– Ты не расскажешь об этом Ян Лю?

– Он и так знает, что Цзюньфэнь уничтожает Юнь, мои слова ничего не изменят. Если бы последние наконец дали отпор, возможно, глава Небес отстала бы от них, но, пока этого не происходит, они так и будут умирать.

Возможно, раньше Ян Юмэй и волновало это, но не сейчас. Она ничего не должна роду Юнь, как и он ей. Если Ян Лю не отдаст приказ, она так и будет стоять в стороне, пока не останется единственной из этого проклятого рода.

– Давай вернемся на Небеса, – предложил Мин Хань.

– Ох, А-Хань, тебе стоит быть равнодушнее к чужим смертям.

– Может быть, через пару сотен лет я и стану равнодушнее.

– Тц, только не говори, что твоя жена – древняя старуха, – закатила глаза Ян Юмэй, спрыгнув с ветки.

– Когда я такое говорил? – удивился Мин Хань, приземлившись рядом. – Разве старость не значит мудрость? Некоторым бы она точно не помешала.

Поняв, о ком он говорит, Хуаньянь фыркнула, подавляя смех. И правда, одному пустоголовому богу войны не помешало бы набраться мудрости.

Духи, испуганно ахнув, поспешили обратиться в цветы по краям дороги. Ян Юмэй прошла мимо них, не одарив и взглядом, с интересом рассматривая спрятавшиеся за золотыми листьями дома небожителей. Она и подумать не могла, что когда-нибудь сможет гулять по Цышань в открытую, не прячась среди листвы и веток.

Серебряные украшения тихо позвякивали от каждого шага, а алая ткань трепетала, хотя ветра не было. Любой, кто видел Хуанъянь, – будь то дух или небожитель – испуганно замирал и спешил спрятаться подальше. Боги войны еще пытались держаться, но, стоило Ян Юмэй взглянуть на них, бледнели и под различными предлогами уходили. Хуанъянь это так забавляло, что она с трудом сдерживала смех, наслаждаясь прогулкой. Когда она сказала, что хочет осмотреть Цышань, Мин Хань лишь попросил ее не приближаться к источнику светлой ци, которым являлся сок древа. Он был чистым, как вода, и залечивал серьезные раны. Если Ян Юмэй приблизится к нему, то сожжет себя изнутри.

– Даже для такой, как ты, это смело, – раздался позади холодный голос.