Большой подарок для миллиардера - Олинская Катерина - Страница 4

Но нет. Ни около, ни в подъезде, его не оказывается. Придется идти к Ленке на поклон и умолять ее брата отвезти меня в полицию. Он у нее не пьет вроде. Да и машина вон стоит на стоянке.

Но не успеваю я постучать в дверь соседки снизу, как в кармане начинает пищать телефон. Дрожащими руками пытаюсь достать. А у самой в мыслях уже черти что творится. А вдруг это из больницы или из полиции? Что со Степой случилось? Мой мальчик, где же ты?

Удивленно смотрю на телефон, а там фото сына во весь экран.

— Степка! Степочка! Сынок!

— Мам, ты это… прости меня.

— Ты где, сыночек?

— Я с дядей Артемом. Он меня сейчас домой привезет. Только я это… В общем со страху адрес забыл.

— Королева тридцать пять “А”, дробь один, квартира восемнадцать.

Проговариваю адрес, а трубку уже берет какой-то мужчина.

— Добрый вечер. Сейчас привезу вашего беглеца, минут через двадцать.

— Спасибо.

Даже вопросов по телефону задавать не стала. Все равно ничего не соображу, пока Степку не обниму. Бегу обратно на улицу. Топчусь, переступая с ноги на ногу, нервничаю. На каждый шорох оглядываюсь, жду пока машина во дворе появится.

Позвонила Оле, чтобы она не переживала. Они решили уже не идти никуда, дома останутся Новый год встречать. Ну вот, всем настроение испортила.

Наконец-то свет фар освещает дорогу к подъезду. Машина останавливается, и из нее сразу же выпрыгивает Степка. Наконец-то! Нашелся!

— Мама! — радостно несется мне навстречу.

Падаю на колени и прижимаю сына к себе. Целую в обе щеки, лоб, нос, попутно пытаясь понять, все ли с ним хорошо.

— Сынок, ты в порядке?

— Да, мам, прости, пожалуйста. Я больше так не буду, честное слово.

— Все хорошо с вашим беглецом. А вот как вы умудрились за ребенком недосмотреть, это вопрос. Заотмечались небось? — грубо и с упреком говорит мужчина.

Поднимаю на него взгляд и встаю с колен.

— Что вы такое говорите?

— А что есть, то и говорю. Или я не прав? — деловито сует руки в карманы пальто.

Да как он смеет меня в таком упрекать? Готовлюсь и рассыпаться перед ним в благодарностях, и защищаться от нападков одновременно.

— Я вам очень благодарна, правда. Но не говорите того, чего не знаете, — делаю шаг в сторону незнакомца, попав под свет фонаря.

Уже готова продолжать отстаивать и себя и Степку, но мужчина вдруг меняется в лице, разглядывая меня слишком открыто и нагло.

— Булка, ты что ли? — ошарашенно смотрит на меня не моргая.

— Какая я вам булка! — возмущенно хватаю ртом воздух. Совсем обнаглел!

Да, я полненькая. Но это не дает право кому попало называть меня так. Мне еще со школьных лет этого хватило с лихвой.

— Ну, как, какая? — улыбается он. — Ты не узнаешь меня что ли? Я Артем.

— А я Тоня, — не понимаю, это у него такая манера представляться что ли? Дурак какой-то. Кто обзывается вот так сразу, даже не зная человека?

— Тоня. Светлова, — называет он мою фамилию и вскидывает руками в стороны. — Ну?

— Артем? Лю… Лю…

— Любарский, Любарский. Вот это встреча! Так это твой что ли? — кивает на Степу.

— Мой, — растерянно киваю.

Вот это поворот. Быть того не может!

— Да я уже так и понял. На тебя похож. Такой же рыжий. Только как ты его потерять-то умудрилась?

— В п-парке гуляли. Народу много было. На секунду из вида потеряла, — заикаюсь, еще не отойдя от шока. Передо мной Артем Любарский, с ума сойти. — А как ты его нашел?

— Это не я его нашел. А он меня, — бросает взгляд на наручные часы. — Да, долго мы катались. До боя курантов домой вернуться уже не успею.

Ой, я совсем счет времени потеряла, не до этого было, только о Степке и думала.

— Извини, что так вышло. Твоя семья расстроится, ну раз время и правда мало осталось, не на улице же стоять. Давай хоть чаем угощу. Заодно расскажешь, как все произошло.

— Ну пойдем, Светлова. В гостях я у тебя еще ни разу не был, — тепло улыбается он.

Пока я на стол накрывала и чайник грела, Степка уже носом клевать начал.

— Поешь, а то голодный заснешь, — целую сына в макушку.

— Я не голодный. Меня у дяди Артема дома накормили. Я пойду, спать уже хочу.

Довольный, сытый и, слава богу, живой и здоровый, Степка топает к себе. Так умотался, бедненький, что курантов даже ждать не стал.

— Хорошо, милый, спокойной ночи.

Так неловко, что мой сын был в гостях у Артема. Из-за нас он теперь Новый год не с семьей проведет. Чувствую себя виноватой и в этом.

Ставлю перед гостем бутерброды и салаты, пока он рассказывает о приключениях моего ребенка.

— Он сказал, у него отца нет. Ты в разводе?

— Нет, не в разводе. Я не была замужем. Так уж вышло, что с отцом Степы у меня были очень непродолжительные отношения.

— Булка, а ты почти не изменилась со школьных времен, — дразнит он меня булкой и наблюдает за тем, как я на стол накрываю.

— Любарский, ты вместо гостеприимства хочешь в нос получить? Могу напомнить, каково это, — шучу, конечно же. Но он и правда от меня получал.

— Это я прекрасно помню, — смеется, потирая нос. — А еще помню, что ты косички забавные носила. И нос у тебя веснушками покрывался. Такая смешная была. А сейчас еще красивее стала. Но вот сладкими булками от тебя до сих пор пахнет.

— Да уж, смешная, — тихо вздыхаю.

Он веселился, задирая меня, а мне было больно. Обидно до слез. Потому что нравился он мне очень.

Глава 5

— Да это Степка просто в торте все измазал, вот и пахнет ванилью на весь дом, — зачем-то оправдываюсь. Или он это про мои духи? Они у меня с нотами ванили и ягод.

— Вот уж не думал, что однажды буду с тобой Новый год встречать, — как-то странно наблюдает за каждым моим действием.

— Извини, что так вышло. Просто Степка у меня такой активный, я не всегда успеваю уследить за ним. Мне жаль, правда. Извини.

— А мне не жаль, — ухмыляется он. — Мои достали уже. Каждый праздник за столом одно и тоже. Ничего не меняется. А тут появился повод сбежать.

— Ты не любишь свою семью? — удивленно смотрю на него. Как такое можно говорить? Вот они мужчины, сами женятся, а потом им жены не такие. И детей не так воспитывают, и готовят не так.

— Конечно люблю. Как можно их не любить. Но вот их: «Артем, тебе скоро тридцать, тебе пора взяться за ум, когда ты уже остепенишься».

— Прости, но в чем они не правы? — смотрю на Артема и все еще вижу в нем того самого школьного хулигана, который устраивал такое в школе, что вспоминать страшно.

Что он только не творил: и в туалете курил, и мячом окно разбивал, и девочкам в портфель игрушечную крысу подбрасывал, и на доске некрасивые слова писал. И все это Артем Любарский. Но ко мне он питал особые чувства, ведь я всегда была первой, на ком он испытывал свои новые шутки. И на доске некрасивые слова были в мой адрес. Мне всегда было обидно, но я все ему прощала. А в восьмом классе даже решила похудеть, чтобы он не называл меня больше булкой. Вот только не успела, он ушел из нашей школы. Для меня это была трагедия. Я даже по успеваемости съехала.

— Булка, это же моя жизнь. И только я решаю, где мне работать, когда мне жениться, и на ком.

— Так ты не женат? — округляются мои глаза. Так он про семью родителей?

— Ну вот, и ты туда же?

— Нет, — смеюсь. — Я тоже, как видишь, живу не по правильному. А ты давно вернулся?

— Нет, окончательно перебрался только полгода назад. А вот родители давно вернулись. Я же строил свой бизнес, развивался. Сейчас, как видишь, у меня все в шоколаде. А тяга к родным местам так и не покидала, вот и перебрался поближе к семье. Со мной-то все понятно, ты лучше о себе расскажи.

— Да нечего рассказывать, — подкладываю в его тарелку салат. — Закончила одиннадцать классов, собиралась поступать в ВУЗ, но не срослось. Поступила просто в колледж, но заканчивала уже заочно. А теперь работаю в художественной школе. Вот, Степку воспитываю.