Неправильный попаданец. Книга 3 - Вэй Катэр - Страница 16

На небе зажглось несколько звёзд. Ну, я думаю, это всё же небо.

– Все демиурги врут! – рассмеялся голос. – Тебе ли не знать? Кралайн отдал жизнь за тебя в войне с демиургами, а ты им всё ещё веришь?!

– Кралайн сделал свой выбор сам! – Я ощутил свои ноги, которые твёрдо стояли. На земле? Пусть будет на земле.

– Да, он выбрал свой путь сам, – снисходительно согласился голос. – Ради чего? Чтобы ты всё похерил? Чтобы все, кто тебе дорог, погибли? Ха-ха-ха. Толик-Толик… Столько лет бежать от привязанностей, а получив их – просрать. Достижение века.

– Много ты знаешь, тварь! – Земля ушла из-под ног, звёзды начали меркнуть и гаснуть.

– Много, Толя, много. Знаю, как унижали тебя в детдоме. Как оскорбляли и предавали. Как тебя позорили и избивали. Знаю всё! – кричал в экстазе голос. – Ты всю свою жизнь был ничтожеством. Ты не способен ни любить, ни уж тем более быть любимым. Эти миры не для тебя. Ты побывал уже в десятках миров – и нигде, заметь, нигде тебе не было места. Может, пора остановиться? – Голос перешёл на тихий заискивающий шёпот. Он укачивал, баюкал. – Хватит этих скитаний! Их никто не оценит. Оно никому не надо, – по-доброму шептал голос. – Если ты только вредишь своими действиями, может, не надо действовать? Отдыха-а-ай…

Голос говорил ровно и монотонно, медленно и нараспев. И он был прав.

Какой смысл в моей беготне? Что мне это дало? Боль и страдания? А что это дало остальным? Горечь и поражение? Смерть? Множество смертей…

Глаза закрылись. Правда, были ли у меня эти глаза? Сердце останавливалось. А было ли оно у меня? Сознание тухло. Что такое сознание? Кто я? Какая разница! Спать…

Сердце замедляло свой бег, прекрасно убаюкивая и погружая в пустоту. Вот оно пробило последний удар и встало.

Секунда…

Вторая…

ВЗРЫВ!

Мир квакеров. Момент выхода из беседки после общего совещания, когда Геката остановила меня и мир мигнул. Тогда я всё забыл. А теперь…

– Остановись! – Я видел Пьеру и опять был собой.

Как эти качели уже надоели! Я не я, и хата не моя. Постоянно быть тупым болванчиком и бегать, лишь на краткие мгновения становясь собой. Осознавать масштабы кривости движений под руководством хомяка-маньяка – ужасно. Но выбора не было. Сам Ди может многое натворить, узнай он о нашем плане. Приходится терпеть.

– Что опять? – спросил я, борясь с гневом.

– Нас раскрыли! Барон всё знает и уже имеет доступ в этот мир, – сухо припечатала Пьера.

– И почему мы ещё дышим? – Сердце заколотилось бешеным зайцем. – Этот разговор он тоже узнает!

– Этот разговор я спрячу в талисман Гекаты! Ты о нём узнаешь лишь перед смертью. Он же не даст тебе умереть. А барон? – Она склонила голову. – Он играет. Он всегда играл. Просто знай: не всё, что ты видишь в астральном мире, – истина. Этот мир изменчив и непредсказуем. Время тут может двигаться в любом направлении.

Смерть здесь не есть смерть там, а есть жизнь. Так и жизнь тут не есть жизнь там, а есть смерть.

– Чего, мля?! – выпучил я глаза, а из ушей пошёл пар. – Ты поняла, что сказала?

– Я? Да! А ты? – Она приблизилась вплотную и заглянула в глаза. – В мирах, где есть магия, нет ничего невозможного. А астральный мир есть магия. Даже на Тверди есть свои законы – здесь законов нет!

ВЗРЫВ!

Сердце обожгло огнём! Образ Гекаты возник в разгорающемся сознании. Её последний поцелуй, её прикосновения к моим душе и телу… Голос начал что-то кричать, угрожать и советовать. Но это было уже неважно.

Моя душа собралась воедино. Это не было как в прошлый раз, когда Бог собирал мою душу по крупицам. Она собралась сама. И главное – я понял: в прошлый раз Бог не собрал её всю. Я был неполноценным, именно поэтому ему удалось завладеть Петей. Тогда я не прошёл через свой первый барьер.

Тогда, но не сейчас. Здесь вам не тут. Жизнь не есть жизнь, а смерть не есть смерть. Это всё ещё не конец.

На небе зажигались звёзды, одна за другой. Откуда-то ударил луч света и тут же погас. Возможно, вернулась память, ведь теперь я помнил каждый момент всех разговоров с Пьерой. Голос затихал.

Я лежал и смотрел на звёзды, которые стали немного тусклее. Дышать было тяжело – видимо, я ещё не до конца пришёл в себя. Пошевелиться тоже не получалось. На меня что-то давило со всех сторон. Тварь – отпускать не хочет.

– Хрен тебе во все отверстия! Я вылезу отсюда и найду тебя, кем бы ты ни был. Потом найду сраного барона и заставлю вас совокупляться в самых разных позах. А когда мне надоест…

– Толик? – раздался издалека испуганный голос Серкача. – Ты жив?

– Конечно, вашу мать, я жив! – резко переключился я с матерной тирады, обращённой непонятно к кому, и попытался понять, что происходит.

– Ой, – раздался сконфуженный вскрик Ферлингха. – А мы тебя случайно похоронили.

– Что?! Опять?! Пипеп…

Выжить, чтобы воскреснуть. Опять! Или снова? Как правильно? В общем… Пока я там сражался со своим внутренним «я», собирал душу (или она собиралась сама), эти деятели зелёные меня похоронили. Ну а что? Я же сидел у дерева, а потом прилёг отдохнуть. Как оказалось, прилёг капитально так.

Сердце, говорят, не билось, дышать я не дышал. Зелёные нашли своих сестру и брата, спустили их на землю грешную. Те тоже уже были мертвы – ну, они и решили похоронить нас втроём. Вместе веселее, так сказать.

И это ещё хорошо, что похороны у них чисто номинальные: камнями обложили – и нормально. Да и откопали меня чисто случайно. Похороны состоялись почти три часа назад, а братья никак не могли решить, что им дальше делать.

Я же пребывал в лёгком шоке и бешенстве. Ну как сказать – лёгком? Скорее, в полном ауте. У меня пока всё очень плохо укладывалось в голове, особенно слова Пьеры о жизни и смерти в астральном мире. Хотя они худо-бедно вязались со словами демиурга…

– Твои ДЕТИ!

Хотя я точно помню, что Геката растаяла в сизой дымке. А ещё бабка сказала, что у меня не более полугода, ну, может, чуть больше. Навевает на разные мысли.

Так ещё и получается, что Геката дала мне не простые талисманы и вживила их в меня не просто так. Причём сейчас я чувствую: талисман, который был в сердце, исчез, исполнив своё предназначение. А ведь есть ещё в кокошках… За что он отвечает?

Получается, мной до сих пор играют, и это раздражает до дрожи. Но вариантов особо нет, как и всегда. Видимо, только когда появятся эти самые варианты, наступит свобода.

Зато радовало моё состояние: я преодолел этот мифический барьер. И, кажется, теперь понял, что для этого надо: принять себя и свои поступки и, главное, быть готовым за них ответить.

Я взял на себя сдуру кучу ответственности и людей, но последствия не хотел разгребать. А надо. Это меня и убивало. Но теперь я точно знаю, чего хочу и почему. Осталось лишь найти способ.

Отдельно радовало моё вместилище-резервуар. Десять единиц, и он теперь имел функцию автозаполнения. Наполнялся он медленнее, чем при прямом контакте с планетой, но наполнялся. При этом сила в нём была очень концентрированная. Возможно, это связано с тем, что гора огромная и может выдержать… не знаю сколько – но, видимо, много. Но факт был фактом: концентрация была серьёзная, и я это чувствовал. Двукратная точно, может, даже трёхкратная. Надо проверять!

Расширяться дальше я пока не рискнул, ещё и с такой концентрацией. А вот изучить мёртвых орков мог и хотел вполне.

Я приложил руку к телу Кантры. Оно было тёплым – процесс разложения был в самом разгаре. Меня передёрнуло: из-за него я не мог нормально оценить требуемое количество силы. Почесал репу и выдал:

– Вскрытие покажет.

Орки крайне негодовали и не хотели мне давать потрошить их ненаглядную сестричку. Пришлось целых десять минут потратить на объяснения. О магии они знали из мифов и легенд, как и о некромантии. Хотя я не некромант, а воскрешатель. Для кого-то, может, неочевидная разница, но она есть: некроманты поднимают тела, а я возвращаю души.