Тренер Гильдии Фамильяров 5 (СИ) - Лиманский Александр - Страница 13

— Умерь аппетиты, — предупредил я, давая волю Живчику. Он дёрнул поводок, повёл в сторону холла. — Ты знаешь, чем это чревато.

— Песнями и плясками, — подчеркнул сверчок. Но затем увидел мой категоричный взгляд. — Виноват-с, неправильный настрой. Согласен.

Барон Сверчанский спрятался, когда я вышел в холл.

У входных дверей базы замерла Лера. А рядом с ней, нервно теребя лямки школьного рюкзака, стояла худенькая испуганная девочка лет десяти в старенькой и не по размеру большой куртке.

Услышав мои шаги, Лера вздрогнула. Она рефлекторно закрыла собой девочку, словно волчица защищала своего малыша от опасности.

Родионыч уже был на своём месте. Смотрел очередной матч, искоса поглядывая через приоткрытое окошко в нашу сторону.

Я остановился в нескольких метрах от Леры и её племянницы. Другого на ум не приходило.

— Давай уже, Соколова, — вздохнул я. — Говори, что у тебя опять приключилось.

Дикарка опустила глаза. Вся её былая дерзость куда-то улетучилась.

— Тренер… Мне нужно Наташку приютить. На время. Пару дней буквально, — глухо пробормотала Лера, не поднимая головы. — Ей негде жить. Опека отвязалась, но с квартиры съёмной нас выселили. Хозяева заехали. И по такой цене я так быстро не найду жильё. И я подумала… Ей десять лет, но она может помогать по хозяйству…

Я сложил руки за спиной, оценивая масштаб катастрофы.

— Ты хочешь, чтобы десятилетний ребёнок ночевал на гладиаторской базе? — напряжённо произнёс я. — Среди ядовитых варанов, барсов, растекающихся слаймов и, с недавних пор, хищных многоножек? Серьёзно? Это же прямое нарушение всех норм безопасности!

Лера стушевалась. Её плечи поникли, она опустила голову, вжимая её в плечи.

— Я поняла… Нет. Всё. Извините, тренер, — прошептала она с такой безнадёжностью, что у меня внутри что-то ёкнуло. — Я не хотела вас тревожить. Я дура, что вообще подумала… Мы пойдём. Придумаем что-нибудь. Пойдём, Наташ.

Она взяла девочку за руку, потянула к выходу.

Я смотрел на их спины, и мой мозг моментально считал подтекст этого «придумаем что-нибудь». Это означало ночёвку на вокзале, прятки от патрульных или, того хуже, скитание по подъездам.

В памяти непроизвольно всплыли воспоминания из моего прошлого. Те холодные бесконечные ночи, когда я подростком сбежал из дома, спал в домике на дереве, который построили мы с пацанами. Как я вздрагивал от каждого шороха, сжимая в кармане перочинный нож. Тот детский страх и чувство абсолютной ненужности я запомнил на всю жизнь. Разве я мог пожелать это её племяшке?

— Стоять! — резко скомандовал я.

Лера замерла, не оборачиваясь.

— Пусть пока живёт и ночует на базе, — сказал я, уже мягче. — Размести её в комнате отдыха, так где стоит диван. Он хоть и старый, но спать на нём можно. Я поговорю с Кирой, утрясу этот вопрос.

Дикарка резко обернулась. На устах улыбка, в глазах недоверчивая надежда.

— Правда⁈ Спасибо, тренер! — Лера чуть не задохнулась от радости. — А я тогда перекантуюсь с друганами на Лиговском! Там у них клоповник, правда. Девочке там точно не место…

— Никаких «перекантуюсь», Соколова, — ледяным тоном отрезал я, пресекая эту глупость на корню. — Ты ночуешь с племянницей. Здесь. На базе. В одной комнате. Чтобы она, не дай бог, не залезла ни в какие вольеры. Головой отвечаешь за её безопасность.

Лера замерла. Затем прикусила губу, изо всех сил стараясь скрыть широкую улыбку. Но её выдавали поблёскивающие от подступающих слёз глаза. Соколова без лишних слов благодарно кивнула, и они отправились в сторону комнаты.

Наташу мы благополучно устроили в комнате отдыха на базе. Она растерянно улыбалась, сияя голубыми глазами и нервно теребя светлые косички. Ребёнок чувствовал себя слегка не в своей тарелке, но уж лучше здесь, пусть это чувствует, чем в какой-нибудь каморке в компании тараканов. Да к тому же уверен, пройдёт время, и она расслабится.

Оставив девочку под присмотром Родионыча, бабы Зины и Раисы, которая тут же принялась причитать, какая девочка худенькая, потащив на кухню, мы загрузились в наш микроавтобус и отправились праздновать.

Ресторан «Мансарда» оправдал все ожидания.

Панорамные окна на верхнем этаже открывали потрясающий вид на Питер и величественный купол Исаакиевского собора.

Команда, переодетая в сменку с благоговением разместилась за двумя совмещёнными столами.

Вышколенные официанты бесшумно порхали между столиками. Тут же заставили стол закусками и напитками, пока готовились основные блюда.

Живчик в это время уже вкушал из миски свою порцию корма, урчал под столом. Искорка хрустела сублиматом рядом с ним. А барон Сверчанский чавкал в кармане апельсином.

Внезапно Белов, окрылённый победой в турнире, решил блеснуть перед командой светскими манерами. Подозвал официанта и с нарочитым пафосом заказал себе порцию огромных тигровых креветок.

— Люблю, знаете ли, морепродукты, — объяснил нам Артём Сергеич, поправляя воротник рубашки. — Но мне один товарищ, знающий человек… шепнул, что креветки надо есть непременно с васаби. Говорит, вкус раскрывается невероятно. Пикантность появляется, что ли.

Анна хихикнула в ответ.

— Артём Сергеевич, боюсь, что это не лучшая идея. Вы ни разу не пробовали васаби? — иронично взглянул он на моего помощника.

— Да, Артём. Зачем? Выбери что-то более нейтральное, — предупреждающим тоном обратилась к нему Кира, разглядывая меню. — Вот, тартар из тунца, к примеру.

— Тунец, — сморщился Белов. — Я терпеть его не могу. И ещё тартар…

— Я тоже закажу креветки с васаби, — произнёс Костя. — Всегда хотел попробовать.

— Во, наш человек, — погладил в ладоши Белов и повернулся к замершему над ним официанту. — Две порции креветок с васаби.

— Хорошо, — кивнул паренёк. — Что-то ещё?

— Пока нет, мы выбираем, — улыбнулась ему Кира.

Когда принесли заказы, Белов, демонстративно игнорируя предупреждающий взгляд Дэнни, подцепил вилкой самую крупную креветку, щедро, как майонез, измазал её зелёной пастой из фарфоровой чашечки и с закрытыми от удовольствия глазами закинул в рот.

Дэнни чуть закуску не выплюнул, Лера заливисто засмеялась.

Реакция последовала сразу же.

Глаза Артёма Сергеевича мгновенно вылезли из орбит, став похожими на два бильярдных шара. Лицо налилось багровым цветом. Белов издал булькающий звук, открыл рот, словно рыба, выброшенная на берег и выскочил из-за стола. Схватил себя за горло, пыхая невидимым жаром, словно Искорка во время прошлой инициации.

Судорожно он выпил стакан минералки, но стало ещё хуже.

В это же время Костя Смирнов невозмутимо обмакнул кусок ролла в целую гору такого же васаби, спокойно отправил его в рот, тщательно прожевал. Даже не поморщился, запивая всё это дело персиковым соком.

Над столом разнёсся дружный, искренний хохот. Белов пыхтел и обливался слезами пока официант не принёс стакан молока. В итоге осушив его, мой помощник выдохнул.

Лера смеялась до слёз, утирая глаза салфеткой, Анна улыбалась, Дэнни снимал пунцового Белова на телефон, а Кира, забыв о своей строгости, хохотала в голос.

Когда Коуч наконец-то смог дышать и вернулся на место, мы подняли бокалы.

— За Артура Викторовича! — провозгласила Кира, сияя улыбкой. — С прошедшим днём рождения, тренер! Спасибо, что вытащил нас в Бронзовую лигу!

— За победу на Бетонке! — подхватил Дэнни.

— За «Огненных львов»! — крикнул Костя.

В разгар веселья, когда команда живо обсуждала, в какой цвет лучше перекрасить микроавтобус, и где наклеивать логотип гильдии, официанты начали выносить основные горячие блюда.

Одна из официанток наклонилась ко мне. Не говоря ни слова, положила рядом с моей тарелкой большой бумажный конверт, без каких-либо обратных адресов или штампов.

Я нахмурился.

Взяв конверт, надорвал край. Внутри лежал небольшой листок с вензелем ресторана. На нём, аккуратным почерком была выведена всего одна строчка:

«Скоро будет сюрприз, наставник. Жди».