Рунный маг империи. Том 3 (СИ) - Протоиерей (Ткачев) Андрей - Страница 25

— Начав с союза нескольких владений, Амратель постепенно превратился в крупнейшую империю, — продолжил рассказчик. — Его правители смогли объединить сильные роды, установить общий порядок зачистки Подземелий и направить получаемые ресурсы не только на войны, но и на развитие городов.

Я уж думал, рассказчик сейчас начнёт полностью рассказывать историю Амрателя, но нет. Упоминание нашей Империи стало грамотным переходом к индустриальной эпохе.

Карта постепенно исчезла, уступив место куда более знакомым улицам современного города. На сцене возникли каменные здания, широкие дороги и высокие фабричные трубы. По рельсам медленно прошёл первый поезд, выпустив в воздух клубы белого пара.

— Однако самые стремительные изменения произошли за последние двести лет, — рассказчик указал на появившийся возле него мушкет. — Человечество научилось использовать ресурсы Подземелий не только для развития магии. Тогда в Амрателе начала зарождаться индустриализация, которую следом подхватили другие страны. Так наступила эпоха промышленности.

Иллюзорный солдат зарядил мушкет, долго прицеливался и выстрелил в деревянную мишень. Сразу после этого оружие в его руках сменилось более совершенной моделью, затем ещё одной и ещё…

Вскоре мушкет сменился карабином, а затем — современным штурмовым комплексом. Рядом появлялись грузовые автомобили, бронемашины и большие артиллерийские орудия.

— Развитие огнестрельного оружия впервые дало неодарённым возможность противостоять магам, — продолжил рассказчик. — Один обычный солдат по-прежнему уступал опытному одарённому, но отряд, вооружённый современными винтовками, уже мог представлять для него серьёзную опасность.

Над сценой возник магический воин, окружённый полупрозрачным барьером. Первый выстрел он остановил без особых усилий, второй заставил его отступить, а после залпа целого отделения защита покрылась трещинами.

— Наглядно, — Алиса провела пальцем по подбородку, внимательно наблюдая за повреждённым барьером. — Хотя преподаватели постоянно повторяют, что подготовленный маг всё равно успеет уничтожить стрелков раньше, чем они пробьют защиту.

— Если заметит их заранее и если стрелки будут стоять перед ним на открытом месте, — ответил я. — На войне редко дают противнику настолько удобные условия. Винтовке не нужен магический дар, а научить человека нажимать на спусковой крючок намного проще, чем вырастить сильного одарённого.

— Поэтому для защиты и существуют артефакты, — снова довольно метко подметила Алиса. — Чтобы мага нельзя было так легко застать врасплох.

— Артефакты дорогие, они есть не у всех. Они не панацея, — коротко возразил я.

Как ни посмотри, индустриальная эпоха принесла огромные перемены в привычный уклад жизни.

Маги всё ещё превосходили обычных людей силой, скоростью и возможностями. Один опытный заклинатель мог легко переломить ход сражения, а сильнейшие одарённые оставались практически живым стратегическим оружием.

Но неодарённые больше не были полностью беспомощными. Техника и артефакты, способные работать даже в руках неодаренных, постепенно сокращали разрыв, который на протяжении столетий казался непреодолимым.

Само собой, против большинства сильных монстров современное оружие было бесполезно, но многие аристократы отнюдь не с радостью приняли такие перемены. В первую очередь они боялись потерять свою власть.

Если простолюдины могут сами себя защищать, то зачем им эти аристократы? И с какого перепугу они должны выносить из Подземелий все самые ценные ресурсы?

Так что современные высокородные стали приспосабливаться к нынешним условиям: накапливать богатство, обучать преданных бойцов и расширять сферы влияния.

Иллюзионисты тем временем продолжали демонстрировать шоу.

Я наблюдал, как в старом городе рушились маленькие каменные здания, стены и крепости. На их месте вырастали фабрики, каменная брусчатка сменялась асфальтом, и вместо карет уже по дорогам проезжали автомобили.

Вскоре же на месте фабрик выросли небоскрёбы, школы, больницы, и что меня немало удивило — наша Академия. Вот уж чего-чего, а её не ожидал тут увидеть. Не знаю, какой тут закладывался посыл, но картина получилась очень реалистичной. Мне очень понравилось.

— Мир снова меняется, — рассказчик медленно поднялся из кресла и обвёл весь театр взглядом. — Магия остаётся его основой, но теперь рядом с ней развивается сила, доступная каждому. Никто не способен сказать, к чему это приведёт через десять, пятьдесят или сто лет. Возможно, привычный порядок сохранится. А возможно, будущие поколения будут смотреть на нашу эпоху так же, как мы сейчас смотрим на мир до Разлома.

Последние слова повисли над залом. Огни иллюзорного города один за другим погасли, фабрики и дороги растворились, а герб Амрателя рассыпался золотистыми искрами. На сцене остались только рассказчик и восемь магов, продолжавших удерживать руки поднятыми, пока не исчез последний след плетения.

Несколько секунд зал хранил полную тишину.

Затем первые зрители поднялись со своих мест и начали аплодировать. Спустя мгновение к ним присоединился весь зал. Шум прокатился над рядами и ударился о стены. Иллюзионисты наконец опустили руки и поклонились, а рассказчик прижал шляпу к груди.

Алиса хлопала вместе со всеми, не скрывая улыбки. Я тоже поднялся и присоединился к аплодисментам. Удерживать настолько сложную иллюзию, одновременно показывая десятки событий и не теряя внимания целого зала, могли лишь настоящие мастера.

Что ни говори, а признание они заслужили.

— Сильное завершение, — тихо произнесла Алиса, не спеша отрывать взгляд от сцены. Её пальцы всё ещё сжимали край программки. — Особенно слова о будущем. Многие ведь привыкли думать, что нынешнее устройство мира существовало всегда и никуда не исчезнет.

— Так думали все государства, которые показывали в начале представления. А потом появился Разлом и за несколько лет превратил их уверенность в историческую справку, которую не каждый-то студент помнит, — согласился я.

Правда, стоило нам выйти из театра и немного прогуляться, как моё хорошее настроение резко изменилось.

После представления мы решили не сразу возвращаться к машинам. Времени, чтобы успеть вернуться в Академию, хватало, поэтому я предложил прогуляться по улицам и заодно выпить горячего шоколада.

— Значит, ты решил объединить прошлый план прогулки с нынешним, — улыбнулась Алиса в ответ на моё предложение. — Разве что озера рядом нигде нет, только парк.

— Мне, скорее, забавно слышать, что ты называешь наш совместный отдых планом, — усмехнулся я в ответ, после чего осторожно подхватил её под локоть.

Алиса на мгновение растерялась, но затем придвинулась немного ближе, и дальше мы пошли уже плечом к плечу.

Уже через пять минут прогулки я поймал себя на мысли, что впервые за долгое время не возвращаюсь мыслями к тренировкам, рунам или Системе.

Мы обсуждали представление, спорили о роли технологий и магии в развитии общества и вспоминали уроки истории, которые вели наши преподаватели. Как ни посмотри, вечер проходил просто замечательно.

Только в какой-то момент я вдруг почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. В первую секунду я этому очень удивился, ведь не использовал «Восприятие». Однако стоило мне повернуть голову в ту сторону, как это ощущение пропало, а на том месте никого не оказалось.

Алиса, судя по тому, как безмятежно попивала горячий напиток, ничего не заметила и не обратила внимания на то, как я перевёл взгляд. Но настроение от этого всё-таки немного испортилось. Очень сомневаюсь, что мне показалось.

Обвинять слуг в том, что они плохо контролировали периметр, я не мог. Всё-таки сам парк был большим, народу после театра в нём гуляло много, а проверить каждого прохожего физически невозможно. Особенно учитывая, что часть этих прохожих тоже были аристократами, и всё могло перерасти в конфликт.