Турнир академии. Гонки на небесных лодках (СИ) - Го Алекс - Страница 5

После этого ей точно станет не до семнадцатого. А если поднажать с неудачей, то в семье Шэнь тоже будет траур на год, какие уж тут свадьбы.

Пункт третий: самому выделиться, показать свои таланты. Первым делом он разоблачит Ляо, потом можно будет предложить улучшения в документообороте, например, ввести стандартные бланки для накладных. Так и учет вести легче, и подделать сложнее. Затем понемногу продвинется до торговли и общения с поставщиками — именно тех сфер, где он достиг успеха в прошлой жизни. Но в этот раз он будет умнее и не заработается до смерти. А там, глядишь, подвинет старших братцев и сам выйдет в фавориты.

Хвост удовлетворенно распушился, уши встали торчком. План получался неплохим и вполне выполнимым. Серый отложил кисть и потянулся. Спина затекла от долгого сидения в неудобной позе, но на душе было удивительно легко. Впервые за последние дни он чувствовал, что у него есть четкая и достижимая цель.

Он потянулся за новой кистью, чтобы развести подсохшую тушь и дописать несколько деталей. Но в следующий миг порыв ветра подхватил лист бумаги с пометками и вынес в приоткрытое окно.

— Да твою ж…

Серый бросился к двери, перепрыгнул через порог и вылетел во двор.

Листок планировал в воздухе, как живой. Летел быстро и целенаправленно, скользил по какой-то совершенно невозможной траектории и ловко уворачивался от рук.

— Да стой ты! — прошипел Серый, в тщетной попытке поймать бумагу он подпрыгивал куда выше, чем мог в прошлой жизни.

Листок нырнул в круглую арку, ведущую к центральному двору. Серый рванул следом и выскочил прямо на Шэнь Вэймина.

Первый сын остановился, глядя на него с тем же выражением, с каким смотрел бы на выползшую из сточной канавы крысу. Листок плавно опустился прямо ему под ноги.

— Что за каракули? — Вэймин брезгливо дернул серебристым ухом с благородной кисточкой — точь-в-точь как у его матери. — Это даже не похоже на письмена.

Вэймин внимательно посмотрел на бумагу и нахмурился. Русские буквы, круглые и непривычные, явно не укладывались в его картину мира.

— Неужели ты настолько бесполезный, что даже писать нормально не умеешь? — наконец поморщился он. — Позор семьи.

Он наступил прямо на лист, вдавил в грязь и, не оглядываясь, пошел дальше.

Серый смотрел ему вслед, чувствуя, как колотится сердце и подрагивают кончики прижатых ушей. Даже хвост мелко дрожал от запоздалого ужаса. Если бы он не догадался писать по-русски, то сейчас ему наступил бы конец. Госпожа Чжоу не стала бы ждать, пока его прикончит будущая жена, она сама бы его за такие планы придушила, а сыновья помогли.

Серый подобрал грязный смятый листок. Буквы расплылись от влажной земли и стали нечитаемыми. Он все еще трясущимися руками порвал бумагу на мелкие клочки и бросил в ближайшую лужу, где она мгновенно размякла до состояния каши.

Реальность только что наглядно продемонстрировала, что будет с любыми его планами, пока он окружен облаком хаоса. Впрочем, кое-что полезное он из этого жестокого урока тоже вынес: если быть достаточно предусмотрительным, то можно избежать серьезных последствий. Похоже, ему теперь на каждый чих нужно будет заранее алиби продумывать и всегда быть готовым к неблагоприятному исходу даже самых невинных затей.

Теория управляемого хаоса

Стоя над лужей, в которой только что бесследно растворились остатки его плана, Серый вытер о штаны вспотевшие от пережитого страха ладони и выдохнул. Хвост медленно, с достоинством оскорбленного кота, вернулся в привычное положение. Уши перестали прижиматься к голове и снова навострились, улавливая удаляющиеся шаги Шэнь Вэймина.

Раз сложные планы больше не работают, Серый будет делать то, что у него сейчас получается лучше всего. Он просто начнет сеять хаос повсюду.

Однако для начала надо досконально изучить свое новое оружие. Он продолжил эксперименты, но теперь продумывал, как их оптимизировать, а заодно уменьшить собственные потери.

Первое открытие произошло почти случайно. Проходя мимо домика, где жили слуги, он краем уха услышал, как Чжан сквернословит, поливая грязью семью Шэнь. Впрочем, ругань его в основном сосредотачивалась на самых бесправных ее членах, ведь иначе можно было получить серьезное наказание. Вывих ноги у мужчины уже зажил, и теперь он явно напрашивался на продолжение. Остальные слуги ему поддакивали, так что Серый захотел наказать их всех разом.

Убедившись, что его никто не видит, он обошел дом по кругу, и для надежности повторил пару раз. Вскоре изнутри послышался стук от падения чего-то на пол, ругань на несколько голосов, а потом и вовсе звуки драки.

Так родилась теория «группового проклятия» о том, что неудача может настичь сразу несколько человек. Серому тут же захотелось проверить, сработает ли здесь магия чисел. В его прошлой жизни тринадцать считалось числом неудачи, а в китайской культуре четверка была созвучна со словом «смерть», поэтому тоже была неблагоприятной. Но обойти дом тринадцать раз и остаться незамеченным было бы слишком сложно, пришлось оставить идею до лучших времен.

Платой за веселье стала усилившаяся «отдача». Чем больше людей он «осчастливливал» своей хаотичной аурой, тем чаще неприятности случались с ним самим. Поэтому у Серого начала вырабатываться настоящая паранойя. Он перестал ходить там, где можно поскользнуться или споткнуться. Лестницы отныне преодолевал, только держась за перила, а ногу ставил осторожно, словно на минное поле. Хвост, этот предательский орган, постоянно норовящий куда-нибудь встрять, он начал придерживать рукой каждый раз, когда проходил через дверь. После третьего прищемления у него уже появился условный рефлекс: видит дверь — автоматически хватается за хвост.

Но самым показательным стал инцидент на улице. Парень возвращался с рынка, где неслабо потратился, наказывая нечистых на руку торговцев, как вдруг из окна второго этажа выплеснули таз с водой, которой мыли полы. Грязная жижа окатила его с головы до ног. Именно тогда он осознал до конца: жизнь с его даром — это жизнь в режиме постоянной готовности к катастрофе.

После этого Серый начал постоянно носить с собой сумку со сменой одежды. Постепенно туда добавлялось все больше вещей вроде лекарственных трав, еды, мази от ожогов, писчих принадлежностей и прочих полезных мелочей. Благодаря им и постоянной готовности к неприятностям, ему удалось свести последствия неудач к минимуму.

А вскоре он обнаружил еще одну интересную закономерность: хаос вокруг него можно было «накормить». Если рядом что-то ломалось или шло не по плану, то несчастных случаев происходило меньше. Поначалу он пробовал крошить мелкие вещи или рвать бумагу, но потом нашел способ лучше — подкидывать монету или бросать кости. В облаке хаоса у него постоянно выпадал орел вместо загаданной решки. Или единица на костях. Некоторое время спустя вероятности выправлялись и разброс становился более-менее случайным, как и должно быть. Это означало, что в ближайшее время Серому никто больше на хвост не наступит, и можно ненадолго расслабиться.

Разобравшись с основами, он задумался, как создать себе алиби, а то некоторые слуги уже начали подношения в храм носить, чтобы попросить удачи. Пока еще никто не связал все случаи воедино и не понял, что в тот момент рядом всегда оказывался семнадцатый, но с его невезением этого можно ожидать в любой момент. Ему нужно была некая причина, которая позволяла бы шататься повсюду, например, рядом с павильоном первой жены, и при этом не выглядеть подозрительно.

Погрузившись в мысли, он потерял бдительность по дороге с рынка и споткнулся на ровном месте. К счастью, ловкость нового тела не позволила ему приземлиться лицом в землю, вместо этого он почти элегантно оказался на четвереньках. И заметил в кустах напротив него маленького черного котенка. Зверек явно не ожидал, что ему почти на голову свалится какой-то неуклюжий двуногий, и испуганно зашипел, топорща шерсть на спине и хвосте.