Турнир академии. Гонки на небесных лодках (СИ) - Го Алекс - Страница 25

Бай на это только фыркнул, но больше не нашел, к чему придраться. Когда он увидел готовый продукт, расфасованный по небольшим бумажным пакетам с красивыми рисунками, он не мог не признать, задумка действительно хорошая. Он сам последние дни частенько этими лакомствами хрустел, а в привлекательной упаковке они выглядели еще лучше.

Серый раздал несколько десятков упаковок однокурсникам, чтобы они поработали тестировщиками новой продукции. А Мэй получила полный набор со всеми вкусами. Она повертела пакеты в руках и вдруг замерла, рассмотрев картинки.

— Это что, я?

— Ты. Когда я тебя впервые увидел, — сказал Серый с невинным видом, — я подумал, что ты самая милая девушка в мире.

Мэй слегка порозовела и засмущалась.

— Но потом я узнал тебя получше, — продолжил он, — и понял, что внешность обманчива.

Она на миг застыла, не зная, обижаться или смеяться. Потом смех все-таки перевесил, и она фыркнула:

— Дурак.

Ткнула его кулачком в плечо, изображая удар, и ушла, не оборачиваясь, но Серый готов был поклясться, что она улыбалась.

Микроскоп

За пару месяцев упорной работы Серый и Го Сюн наконец собрали микроскоп. Увеличение было не слишком впечатляющим — всего в несколько сотен раз, но этого хватило, чтобы рассмотреть клетки.

Го Сюн от изобретения был в полном восторге. Разобравшись, как готовить препараты, он начал совать в микроскоп решительно все, что попадалось под руку. Сначала это были его собственные волосы, кровь, и даже слюна, затем настала очередь всех растений, какие только смог найти в академии. Животным вроде ящериц и насекомых тоже от него досталось, а потом наступила очередь разных минералов.

Самым интересным оказался песок, в нем даже можно было разглядеть осколки крохотных раковин. А после того, как в обычной пыли с подоконника Го Сюн разглядел крохотных существ, похожих на насекомых, он торжественно поклялся чаще делать уборку в их комнате. Он мог проводить за микроскопом часы, забывая про еду и сон, и Серому приходилось буквально оттаскивать друга от нового прибора.

Сам попаданец, вдохновленный успехом, взялся за написание клеточной теории. В качестве образца он использовал несколько научных трудов из библиотеки Академии, хотя на его вкус язык в них был чересчур поэтичным, а авторы добавляли слишком много философии даже в работы по математике.

В похожей манере Серый изложил главное: все живые существа, от мельчайших растений до человека, состоят из клеток. Он зарисовал несколько образцов, которые они с Го Сюном успели изучить, и обозначил на рисунках ядро и мембрану, собственно, только их и можно было рассмотреть в таком увеличении.

Еще он изобразил процесс деления клеток, и тут, как ни странно, ему помогли «Сумерки». В старших классах он встречался с девчонкой, которая являлась их ярой фанаткой, и был вынужден несколько раз посмотреть в кино, а потом невольно на уроке биологии разыграть ту сцену, где главные герои определяли фазы митоза. С тех пор они намертво засели в его памяти. Кто бы мог подумать, что даже «Сумерки» однажды могут ему пригодиться.

В этом мире не существовало даже представления о том, как на самом деле устроены живые организмы. Ученые мужи полагались на древние трактаты и теории о жизненной энергии и пяти элементах. Поэтому Серый не просто описал клетки — он «придумал» для них названия, по сути просто позаимствовав термины из своего прошлого мира. Впрочем, слишком далеко заходить не стал и ограничился только терминами «клетка» и «ядро».

На этом почти все его познания в области цитологии закончились. Но даже этого оказалось достаточно, чтобы перевернуть представление об устройстве жизни. Будь тут Нобелевский комитет, ему вполне могли бы присудить пару-тройку премий за прорыв в науке. Серый мысленно даже повздыхал, что раздает такие открытия совершенно бесплатно.

В этот раз на подписание договора пришло еще больше народу, чем в предыдущие. Серый заранее всем первокурсникам похвастался новым изобретением и даже дал каждому посмотреть в микроскоп на разные образцы. Ажиотаж поднялся невероятный. Многие с ужасом рассматривали собственные волосы или пушинки с хвоста, а потом с отвращением отшатывались от окуляра, узнавая, что те на самом деле выглядят, как палки, покрытые чешуйками. Одним словом, слухи о микроскопе разошлись по всей академии за считанные дни.

Клеточную теорию, которую Серый презентовал вместе с микроскопом, учителя приняли с большим скепсисом. Некоторые наставники качали головами, говорили о молодой наглости и о том, что веками накопленные знания нельзя опровергать взглядом в какую-то трубку. Один из старейшин даже назвал теорию «бреднями юнца, возомнившего себя мудрецом». Но Серого их мнение не особо волновало, он-то точно знал, как устроены организмы, и успел первым вписать в свое имя в историю. Лет через сто основоположником нового раздела науки будут называть именно его. Остается только дожить до того времени, чтобы погреться в лучах славы.

Между тем на уроках павильона заклинаний все ученики наконец-то научились управлять своей Ци вне тела, и наставники перешли к более сложным вещам. Начали знакомить первокурсников с символами для заклинаний — древними письменами, каждый штрих которых имел значение и силу. Теперь студенты учились рисовать простенькие бумажные талисманы. По идее, настоящие заклинатели могли начертать эти знаки прямо в воздухе с помощью своей Ци, а то и вовсе обойтись только словами и силой мысли, но новичкам до такого было еще несколько лет упорных тренировок.

Серый быстро освоил азы талисманного искусства и в процессе тренировок наштамповал целую стопку образцов: талисманы на удачу, на успех в делах, на защиту от мелких неприятностей, на ясность ума.

Он решил использовать их с пользой, например, в качестве небольшой взятки второй жене, чтобы она вспомнила о своих обязанностях приемной матери. Серый написал вежливое, почтительное письмо госпоже Юэ, поинтересовался ее здоровьем и делами, рассказал немного о своей учебе, похваставшись новым изобретением. К письму он приложил несколько талисманов в качестве подарка, надеясь, что она поймет намек и расскажет, что там в поместье происходит. А чтобы талисманы не прибрал кто-то другой, он на каждом написал имя второй жены особой светящейся краской. Та никакой магической силы не несла, но выглядела внушительно.

Ему нужен был свой информатор в семье Шэнь. Госпожа Юэ, хоть и оказалась отодвинута первой женой на задний план, но все равно могла узнавать новости. Мало ли что еще затеют его «родственники» — лучше быть в курсе. К тому же Серому было искренне интересно, сработало проклятие или нет. К сожалению, сам он из академии узнать ничего не мог, сюда даже слухов никаких о семье Шэнь не доходило. Впрочем, если у них и начались какие-то проблемы, они вполне могли их скрывать от остального мира.

Первый снег

Ответ от госпожи Юэ пришел через неделю. Письмо было довольно длинным, но написано мелким, торопливым почерком, словно женщина боялась, что ее прервут на полуслове.

Вторая жена начала с благодарностей за талисманы, которые, по ее словам, «сотворили настоящее чудо». Особенно хвалила тот, что на удачу в делах — после того, как она начала носить его с собой, к ней внезапно вернулось расположение свекрови, и теперь старуха Шэнь, которая всегда была на стороне первой жены, начала посматривать на госпожу Чжоу с некоторым подозрением. Причины такого «похолодания» Юэ не знала, но подозревала, что это связано с недавним визитом к известной гадалке.

«Ты не представляешь, как приятно видеть кислую мину этой паучихи, — писала вторая жена. — Особенно после того, как Вэймин умудрился поссориться с главным поставщиком, обвинив его в том, что тот подсунул некачественный товар. А когда стали разбираться, оказалось, что образцы просто перепутали на складе».