Кроу неуловимый (СИ) - Каменистый Артем - Страница 3

Ни один полководец в этом мире так поступать не станет.

Впрочем, я постоянно поступаю так, как никто здесь не поступает, и лишь в редких случаях впоследствии жалею об этом. Мои люди уже привыкли к чудачествам, а вот враги нет.

Сегодня продолжу их приучать.

Та отдельная группа разведчиков ещё ночью покинула тайную стоянку и устроила на дороге, что вела к мосту, кое-какие нехорошие сюрпризы, после чего направилась на новую позицию. Идти им недалеко, но по пути пришлось наскоро обустраивать переправу через Мокренькую, и пока там возились, «птицеводы» с мелкими птахами контролировали каждый чих южан.

Да и потом те без наблюдения не оставались, и потому очень скоро контуры вражеского замысла начали вырисовываться. План южан был несложен и предсказуем. Я изначально предполагал что-то в таком простеньком духе, потому что обучался почти в тех же «академиях», что и офицеры противника, и книги мы одни и те же читали.

Ассиопцам известно, что большая часть нашего отряда это стрелки и наёмная пехота. И те и те мало на что годятся против тяжёлой конницы, если не находятся на удобных позициях. Значит надо не позволить нам такие позиции обустроить.

Лучший и, так сказать, «классический» вариант для южан — врезать прямо в движении. Причём подловить нас не на лесной дороге, где мы хоть и растянуты, но нам будет проще организовать оборонительные линии где-нибудь позади, пока противник топчет голову колоны. Нет, им выгоднее устроить бой на открытом пространстве.

Я этот путь помнил и ещё вчера понимал, где, с точки зрения южан, выгоднее всего устроить рандеву. Надеясь, что вражеский полководец мыслит шаблонно, и, следовательно, выбрал оптимальную поляну. Она сильно вытянута с севера на юг и размеры её достаточны, чтобы мы почти полностью поместились на ней в походном построении. Если разгромить нас там, не придётся гоняться за выжившими по здешним лесам. Они местами достаточно густые, и всадникам там нелегко придётся.

Ради такого сценария мои разведчики-диверсанты и отработали ночью.

Если же полководец ассиопцев окажется чуточку мудрее и откажется от излюбленной привычки что южан, что северян решать дело одной особенно мощной кавалерийской атакой, придётся прибегать к иным заготовкам. Это усложнит битву и может привести к лишним потерям, но, увы, мы тут не в поддавки играем, придётся перестраиваться.

Добравшись до поляны, я, наконец, скомандовал разведке поднять одну из птиц. Бойцы, как мы сговорились заранее, сделали это максимально демонстративно, чтобы их деятельность обязательно заметили вражеские наблюдатели.

Я не удивился, выслушав доклад, что конница противника уже вовсю пересекает мост. Но, естественно, ради противника сделал вид, что её активность для меня тот ещё сюрприз. Мол, неожиданно заметили, лишь благодаря птицам. Бойцы, получив приказы, принялись выстраиваться ближе к середине поляны, оставляя врагу немалое пространство для выхода из леса и развёртывания. Один из соколов южан при этом попытался атаковать нашего канюка, но в воздух тут же поднялась подмога, и силы оказались неравны, поэтому он быстро превратился в жалкое подобие ощипанной курицы.

Противник терпеть это не стал и тоже выпустил подкрепление.

Воздушный бой продолжился.

Это случилось вопреки приказу. Увы, разведчики особая каста, и над своими питомцами они трясутся, как Кощей над златом. До этого эпизода я как-то не задумывался об их особенностях и потому не ожидал, что при любой угрозе они готовы выпускать на подмогу самых крупных хищников.

На учениях подобные нюансы не всплывают.

Теперь буду знать.

Заскучавшим из-за ограничений разведчикам слегка развязали руки, и они на радостях вражеских птиц выбили за пару минут. Я даже не успел осознать, что происходит нечто непредвиденное, а мы уже завоевали полное господство в воздухе. Возможно, этот факт озадачил вражеское командование, потому что конница сбавила ход, и отстающая от всадников пехота начала сокращать разрыв.

Это плохо, но не смертельно. Было бы куда хуже, останься южане возле моста. Атаковать с севера его неудобно, а обойти сложно, ведь река с её изрезанными берегами с прошлого раза лучше не стала, всё такая же неудобная для переправы крупных сил.

Даже не знаю, что бы я при таком раскладе предпринял.

Решив приободрить солдат, проскакал туда-сюда перед войском, довольно улыбаясь и всем своим видом доказывая, что я абсолютно уверен в победе. Мои люди привыкли к тому, что удача почти всегда на стороне Кроу, так что такая примитивная демонстрация прекрасно работала.

То, что удача сама по себе помогает редко, и ради её благосклонности нам всем надо пахать и пахать, они ещё не поняли.

Из-за того, что противник сбавил ход, нам пришлось простоять почти полтора часа, вражеский передовой дозор выбрался на поляну лишь к полудню. Южане, выглянув из леса, постояли, полюбовались на нас и отправили гонца назад. Мы на их действия никак не отреагировали.

Ещё спустя десять минут показалась голова колоны. Всадники, выбираясь из леса, тут же расступались, вытягиваясь в линию длиной почти в три сотни метров. Это чуть шире нашего построения, но если распределятся равномерно, мы должны с ними справиться без труда.

Обычная конница, пусть даже и тяжёлая. Уровень далеко не лучших частей имперской гвардии, обилия альф-воинов и магов не наблюдается, или они стараются не выделяться.

Что вряд ли.

Я распорядился расставить наших стихийников по всему строю. Пускай встречают тех особо защищённых всадников, которые прорвутся через ливень арбалетных болтов. Дружину тоже не стал концентрировать, а максимально растянул. С высоты своих коней они без помех смогут пускать стрелы через строй пехоты и стрелков.

Сам же всё это время не забывал оценивать количество выбирающихся из леса врагов. И Кими этой же работой загрузил, то и дело сверяя с ней данные.

Когда счёт дошёл до восьмой сотни, решил, что пора.

Цель: объект не определён. Режим свободной охоты (снижена вероятность успеха).

Глава 2

Те же проблемы

Сколько раз вижу это сообщение, столько раз настроение портится.

Хомяк отказывается мириться с вопиющей несправедливостью.

Достал тонкую золотую пластинку. Обхватил поудобнее, разорвал, будто тончайшую фольгу.

Несмотря на расстояние, спустя несколько секунд до моих чутких ушей донёсся дружный вопль сотен людей и лошадей, а Снег подо мной дёрнулся и всхрапнул нервно.

Тоже услышал кошмарный звук.

«Рунные мины», встреченные мною в первом путешествии по Запретной пустыне, поначалу не впечатлили. Благодаря Взору Некроса замечал их легко, и потому не сразу оценил потенциал. Однако всё же заинтересовался простоте, или, скорее даже, изяществу исполнения, где при помощи набора коротких последовательностей самых простых, базовых рун при минимуме затрат энергии достигалась недурственная эффективность.

Поэтому решил попробовать с ними поработать, и дважды успешно применил в битве Трёх королей и один раз в бою при Козьем пруду. Изначальную конструкцию, несмотря на её кажущуюся простоту, я повторить не смог, знаний и опыта не хватало для понимания одной из групп рун и связи последовательностей, но общий принцип уловил и сумел разработать упрощённый аналог. Он не настолько удобен в применении, не такой смертоносный, но зато не требует дорогих материалов и абсолютно надёжен, если не допускать брака.

За последние месяцы я значительно продвинулся в их усовершенствовании. Если раньше «рабочим телом» служила одна монетка или металлический диск, сейчас их в «мине» четыре штуки. Размеры конструкта почти не увеличились, и потому лучи получались длиной немногим более полутора метров, что я считал более чем достаточным. При этом «заряды» располагались по трём граням тетраэдра и одной его вершине. То есть три удара наносились под углом в разные стороны и один бил, как и прежде, вверх. Таким образом, усечённая пирамидка размером с шарик для пинг-понга надёжно поражала объём в несколько кубометров. Теперь сюрпризы можно размещать шагов за пять друг от друга, и при этом ни пеший ни конный мимо них не проскочит, непременно напорется.