Капитали$т. Часть 7. 1993 (СИ) - Росси Деметрио - Страница 11

— С тобой поеду, — решительно заявил Валерик. Я скептически оглядел его гламурный прикид. Твидовый пиджак от Версаче, пальто, пошитое где-то во Франции, ботинки, конечно от Гуччи и — вишенка на торте! — золотой «Ролекс». Валерик приехал из Москвы, где прикупил кое-каких акций и кое с кем познакомился. Ну и отдал должное дорогим московским магазинам, которые уже во всю работали.

— Ты только острую классовую ненависть в рабочих возбудишь, — пошутил я.

— Нормально все будет, — легкомысленно отмахнулся Валерик. — Я сам из пролетариев, если ты забыл. Знаю, как с народом общаться нужно. А че этот директор говорит? Чего народ хочет?

— Ничего этот козел не говорит, — с досадой ответил я. — Чего-то ноет в телефон, а чего ноет — непонятно. Нужно ехать и разбираться.

— Вот и поехали, елки-палки! — воодушевился Валерик.

— Поехали, куда ж тебя девать… — обреченно согласился я.

В заводском актовом зале заседал «стачечный комитет», состоящий из десятка угрюмых мужиков, которые посматривали на нас с явным неодобрением. Особенно на Валерика. С нами был еще заместитель директора, который старался держаться слегка в стороне. Так, как будто происходящее его не очень-то и касается.

— Приехали, значит? — сказал сутулый мужик с серым изможденным лицом, сидевший во главе президиума. — Это хорошо, что приехали. Не побоялись, не побрезговали…

— Куда б они делись? — хмыкнул здоровенный парняга. Деревянный стул, на котором он сидел, жалобно скрипнул. — Деваться им некуда, если завод завтра встанет, они же миллионы убытков понесут!

Я про себя усмехнулся. Парень был явно не в курсе схем, которые имели место на заводе.

— Приехали, — подтвердил я. — Мы, как самые крупные акционеры, должны выяснить, что за проблема возникла…

— Акционеры… — перебил меня увалень. — Откуда вы взялись-то на нашу голову, акционеры? Без вас сколько лет работали, жили, на всю страну гремели! План перевыполняли! Скажи, Никитич!

— Помолчи, Васька, — сказал тот, кого увалень назвал Никитичем — седой мужчина представительной внешности. — Ты дай людям сказать. Может они и правда разобраться хотят.

— Хотят, — подтвердил я. — Мы для этого и приехали. Я слышал, что готовится забастовка. В чем причина?

Президиум ответил мне возмущенным ропотом.

— С луны ты, что ли свалился, парень? — язвительно поинтересовался сутулый с серым лицом. — Причины ему… Да причин на эшелоне не вывезешь, а мы все терпим, терпим… Зарплату нам за прошлый год должны за два месяца, это как? И за половину января еще! Если ты акционер, как говоришь, то вынь да положь денежки.

Я вопросительно посмотрел на седого. Тот мрачно кивнул.

— Есть такое дело, народ работал, а зарплаты — шиш. Вот люди и беспокоятся, как оно будет.

Я про себя помянул незлым тихим словом предыдущего директора, который сейчас где-нибудь в теплых краях греется, а мы разгребаем последствия его бурной хозяйственной деятельности.

— Текущую зарплату в этом месяце все получили сполна? — спросил я.

— Это да, — согласно кивнул седой. — Есть такое дело.

Сутулый усмехнулся.

— Тоже мне, зарплата. Да на нее кошку не прокормишь! Профилакторий закрываете! Дом Культуры закрываете! Что народу остается? Водка⁈

Я вопросительно посмотрел на заместителя директора.

— Что там за ситуация с профилакторием? — мрачно спросил Валерик.

— Перепрофилирован, — развел руками зам. — В соответствии с программой повышения рентабельности.

— Я сейчас тебя перепрофилирую! — прорычал Валерик. В своих гламурных московских шмотках он был максимально похож на гангстера. Зам втянул голову в плечи.

— А с Домом Культуры чего⁈ — снова рыкнул Валерик.

— Аналогично, — пролепетал зам, мелкими шажками пятясь от Валерика. — Там долги по коммуналке…

— Вообще рамсы попутал! — выпалил Валерик. — Уронить тебя прямо здесь, перед мужиками⁈ Или вывезти в багажнике на природу⁈

Стачечный комитет с явным удовольствием наблюдал за представлением. Симпатии присутствующих определенно склонялись на сторону Валерика.

— Видали? — обратился Валерик к стачкомовцам. — Видали, чего творят эти деятели? Я сто процентную гарантию даю — сдали они и Дом Культуры, и профилакторий! В аренду! Мы здесь, вы сами знаете, без году неделя. А мутили эти ребята здесь не один год! Вот так, за месяц, все не разгребешь.

— Верно, — закивали протестующие. — Мутили как хотели! Это все так! Только как с долгами по зарплате будем?

Валерик обвел стачечный комитет орлиным взором.

— У меня самого батя на вашем заводе работал! Литвинов Юра. Может знает кто? Слесарем работал.

Я увидел, как сутулый тихонько кивнул.

— Вы чего, — продолжил Валерик, — думаете, что мы на бабки решили вас кинуть? Это старый директор вас всех кинул. Набрал кредитов, украл, что смог и свалил за бугор. А мы — здесь! И валить никуда не собираемся! Да если бы я вас кинуть хотел, то навешал бы сейчас лапши на уши. Потерпите, мол, ребята, недельку-другую, все отдадим… А сами бы спустили все на тормозах. Но я вам говорю конкретно — завод на грани банкротства. За кредиты расплачиваться надо, за электричество, за газ, за сырье! Долги миллионные! И вам текущую зарплату платить надо, без задержек. Так что, по поводу долгов — не раньше, чем через полгода.

— Деньги каждый день обесцениваются! — выкрикнул кто-то.

— Справедливо, — согласился Валерик. — Когда будем выплачивать, выплатим с учетом инфляции. А вообще, если хотите, можете бастовать. Через месяц пойдут судебные иски от поставщиков и заказчиков, а через два придут и опечатают завод. Обанкротят, распилят на металл все, что осталось. Дело ваше, конечно. Запретить бастовать мы вам не можем.

— А с профилакторием и Домом Культуры мы разберемся, — пообещал я. — Уже на этой неделе. Вот он, — я ткнул пальцем в сторону заместителя директора, — вам расскажет о результатах. Думаю, вернем мы заводскую собственность.

— Планируем открыть аптечный пункт на территории, — добавил Валерик. — Чтобы лекарства для работников — по льготной цене.

— А для членов семьи? — поинтересовался кто-то из стачкома.

— Ну, ясен пень, и для домашних тоже, — улыбнулся я. — Кстати, как вам цены в заводской столовой? Все же здесь понимают, что таких цен уже давно нигде нет? Вот в столовке льготные цены и в аптечном пункте будут льготные!

— Вот это дело! — раздался радостный голос.

— Готовят-то хоть нормально? — поинтересовался Валерик.

— Жрать можно, — охотно ответили ему. — Не ресторан, конечно. Но и не рыгаловка. В этом отношении лучше стало.

— Это мы только, считайте, за месяц работы сделали! — похвалился Валерик. — Я предлагаю встретиться через полгода и тогда уже прикинуть, чего и как. Вы же поймите, мы только-только на завод зашли!

Нет, они не растрогались, не поверили, они уже, похоже, разучились верить «начальству», а мы и были начальством. Но, кажется, Валерику, удалось нащупать подход. Обрисовать перспективу закрытия завода, а она была совершенно реальной, и в то же время — указать на некоторые бонусы.

— Обещаешь долги по зарплате через полгода выплатить? — мрачно спросил седой, глядя на Валерика.

— Я сказал — не раньше, чем через полгода, — возразил Валерик. — Я же не знаю, как дела пойдут. Сейчас время такое, что больше чем на неделю никто не планирует.

— А текущая зарплата, говоришь, в положенный срок будет? — продолжил седой.

— Это да, — кивнул Валерик. — Текущая зарплата — в положенный срок. При всех говорю.

— Поднять нужно! — загалдел стачком. — Поднять зарплату! Жить не на что! Детей поднимать! В обносках ходим!

У Валерика жестко блеснули глаза.

— Мужики, — сказал он негромко, — у нашей фирмы действительно тридцать процентов акций вашего завода. И мы действительно собираемся работать. Но, при плохом раскладе, мы эти тридцать процентов продадим. И купим гостиницу в Испании. Понимаете? Продадим тем, кто сможет заплатить. А как они потом эти бабки будут отбивать — это уже их проблемы. И ваши, кстати. Может оборудование на металл попилят. А может наберут кредитов под залог акций и свалят. На вашем заводе свет клином не сошелся, понимаете? И идите тогда, просите себе повышение к зарплате хоть у губернатора, хоть у самого Ельцина. И я считаю, что лучше нам как-то договариваться, а не предъявы друг другу кидать. Я ж говорю, хотите бастовать — бастуйте. Тогда в следующий раз уже с новыми хозяевами будете разговаривать. Это если они еще захотят с вами общаться.