Земля костяных богов. Взывающие корни - Косталь Александра - Страница 3

– Куда он делся? – раздражённо поинтересовался Арсений, поправляя очки и оглядываясь по кругу.

Назар уткнулся в свой планшет и даже не сразу заметил, как приятель мечется, пытаясь разглядеть странного мужика в одном из окон. Снежана заёрзала, перекладывая голову на руки, и прижалась к стеклу.

– Куда этот долбанутый делся?

На этот раз головы подняли все и, секунду спустя, тоже стали оборачиваться. Арсений встал, чуть наклонясь, чтобы не задеть макушкой потолок, и пошёл к водительскому месту.

Сиденье пустовало, прикрытое салфеткой с вышитым красными нитками узором в виде странного кривого солнца.

– Может, приспичило мужику, мочевой-то не резиновый. Чего разорался? – недовольно проворчал Ваня, сонно глядя на него сквозь рыжую чёлку.

Арсений не мог объяснить своего чувства, но тревога захлёстывала с головой, будто он в ней тонул. Водитель не понравился ему с самого начала, но он был единственным, кто согласился добросить их до самого Советска. На автовокзале прямых рейсов до соседней области не было, а в обычную машину их сумки с оборудованием не влезли бы. Заказчик обещал, что встретит их ещё в Йошкар-Оле, но постоянно откладывал неизбежное.

– Появились неотложные дела, – слушал Арсений с самого их прилёта из Москвы. – Я оплачу по тройному тарифу все издержки на дорогу, но сам вас забрать не смогу. Встретимся за день до съёмок в отеле и всё обсудим, согласны?

Обстоятельства не могли не злить, но едва на карточку капала приличная сумма, все претензии испарялись. Ему не впервой было работать с такими безответственными людьми, и он отлично умел справляться с неурядицами подобного толка. В конце концов, заказчик хочет съёмку и платит за неё, а остальное – забота Арсения.

Хотя он соврал бы, сказав, что съёмка на горе Чумбылат ничем не отличается от других его проектов. И так было ещё до появления заказа.

Арсений выскочил на улицу, подставляя голову порыву холодного ветра. Кругом были лишь сосны, и тишина, от которой звенело в ушах. Даже тихого шороха не доносилось из перелеска, даже хруста веток под ногами. Они были одни.

– Нет его здесь! – крикнул он, заглядывая в салон. – Кто-нибудь видел, как водитель выходил?

Снежана растерянно покачала головой и стала аккуратно, чтобы не испортить макияж, растирать глаза. Зачем он был ей нужен в такой глуши, брат не понимал, но всегда считал, что созданные ею неудобства – только её проблемы.

Назар наконец вытащил наушники и вздохнул:

– Не мог он никуда деться. Двигатель работает, кругом ни одного человека или дома. Ваня прав: вышел просто, сейчас вернётся.

В его словах была логика, однако верилось в них с трудом. Арсений ещё раз оглядел дорогу и перелесок, надеясь разглядеть тучную фигуру водителя, но ничего не увидел.

Не мог же он испариться, в самом деле!

Сомнения росли. Автобус тарахтел с работающей печкой и распахнутыми дверьми десять минут. Тридцать. Сорок. Снежана ёрзала, потеряв остатки сна, Ваня тревожно постукивал ногой. Арсений ждал, когда у кого-нибудь из них взыграет паника, чтобы ткнуть носом в собственную правоту.

– Может, с ним что-то случилось? – пропищала Снежана, тревожно перебирая пальцами крестик. – Может, ему помощь нужна?

– Что, волки загрызли? Или медведи? – хохотнул Ваня, откидываясь на спинку кресла.

Воздух в салоне тяжелел от растущего напряжения. Водитель не просто вышел – он покинул их, исчез так странно и быстро, что никто не успел заметить.

Прошёл час, прежде чем двигатель заглох. «Бензин кончился», – с толикой торжества отметил Арсений, прежде чем понял, что пропавший водитель больше не их главная проблема.

– Мы хоть где? Знает кто? – больше в воздух спросил он, чем в надежде на вразумительный ответ, и достал телефон.

Будто в дешёвом ужастике, сеть едва ловила, а карта долго не хотела загружаться. Когда это всё же произошло, оказалось, что точка застряла на автовокзале, будто они так и не уехали. Арсений едва сдержался, чтобы не бросить бесполезный кусок металла в открытую дверь автобуса. Он тяжело задышал, сжимая кулаки, горло обожгла горечь.

– Накатались! – прошипел он, поправляя очки. Сдержать ядовитого взгляда не вышло, и каждому из команды досталось его поровну. – Выгружаемся.

– Только не надо делать вид, что мы виноваты, – попытался осадить его Ваня, сам отлично понимая: влипли.

Его мысли читались в растерянном взгляде и аккуратных движениях: в отличие от Арсения, который быстро выскочил на улицу и закурил, Ваня шёл медленно, не задевая сиденья и глядя под ноги. Парни стояли у дверей, оглядываясь, хотя не слишком понимали даже цели своих поисков, не то что смысла.

– Как будто кто-то из нас его укокошил, и теперь мы встряли посреди глухомани. Ничего, машину поймаем.

– Не поймаем.

– Почему так уверен?

Арсений резко развернулся к Ване, глаза готовы были метать молнии.

– Потому что за последние три часа нам встретилась всего одна машина – фура, неизвестно откуда и куда направляющаяся!

Арсений говорил медленно, растягивая слова, и смотрел так, будто был готов вцепиться в глотку первому, кто приблизится. Чувствовал, что не справляется с эмоциями, но ничего не мог с собой сделать. Ваня прощал ему это со дня их знакомства.

– И она проехала мимо ещё сто километров назад. И что нам, пешком добираться?

Ответить он не успел: балансируя на ступеньке, в дверях появился Назар. Он был абсолютно спокоен.

– Можем пойти до Кукнура. Мы проехали не больше двух километров, дотемна доберёмся. А там почти тысяча человек живёт, я по карте смотрел. Связь у них наверняка есть.

– Вариант, – закивал Ваня, подпрыгивая на месте и указывая в сторону автобуса. – Ну ты мозг!

– Оборудование вы тоже два километра потащите? – недовольно поинтересовался Арсений.

От сердца отлегло. Арсений ощущал, как оно сбавляет темп и холод забирается под ворот пальто, ползёт сквозь кожаные ботинки. В порыве гнева одной ногой он угодил в лужу, и теперь подошва неприятно холодила стопу. Это была меньшая из его проблем.

Он и не заметил, как на землю опустился туман. Только недавно шёл дождь, а теперь едва заметная дымка зависла в воздухе, оставляя влагу на одежде и лице. Но больше бесили очки: линзы запотевали, и он с остервенением растирал их краем водолазки. Ощущение пространства терялось.

Пока парни разбирали сумки, он как раз вновь пытался привести линзы в порядок и услышал странный звук за спиной. Ещё никогда Арсений так быстро не надевал очки. Только теперь он понял, как тихо было до этого на дороге посреди леса.

За деревьями треснула сломанная ветка. Потом ещё одна. И ещё. Кто-то целенаправленно отдалялся от них вглубь чащи, хотя фигуры видно не было.

– Эй! – крикнул Арсений, чувствуя, как дыхание перехватывает. Он закутался в пальто плотнее и зашагал к кромке леса. – Кто там? Мужик, ты, что ли?

Больше шорохов не раздавалось, но он уже шёл к высоким соснам, собираясь доступно объяснить водителю, как называются подобные выходки. И на возраст бы не посмотрел. Но совсем рядом выросла Снежана, хватая его за руку и утягивая назад. Ей пришлось повиснуть на брате, чтобы не дать тому войти в лес.

– Не надо, – только и шептала она. Её большие голубые глаза затопила тревога. – Пожалуйста, не надо! Нет там никого.

Он небрежно сбросил её руки с себя, брезгливо отряхиваясь.

– Я слышал, что там…

– А я не слышала! – воскликнула Снежана. Вышло громко и пискляво, почти невыносимо для ушей. Для большей убедительности она обернулась к парням: – Назар! Ваня! Вы слышали что-нибудь? Есть кто-то в лесу?

Они переглянулись, будто были давно знакомы и могли прочесть мысли друг друга. Арсений познакомил оператора и проводника только вчера, перед самым отъездом, поэтому не мог вообразить, когда эти двое могли стать родными душами.

– Нет, не слышали, – ответил за двоих Ваня, переминаясь с ноги на ногу. – И в лес я бы не заходил, если кажется, что кто-то зовёт. Даже не словами, манит просто. Мне бабка так говорила.