Код Изгнания (СИ) - Волков Евгений - Страница 9

Сенсоры смогли рассчитать векторы выхода четырёх из шести «мигалок». Автоматика противокосмической обороны тут же направила в зоны предполагаемого появления торпед вольфрамовые снаряды, выпущенные на безумных скоростях. Харрг отлично разметил цели, что позволило и ему, и бортовым системам действовать на упреждение. Безмолвный космос озарили яркие вспышки сдетонировавших зарядов. Но оставались ещё две тепловые сигнатуры, которые не удалось вовремя распознать, и именно они теперь представляли для нас смертельную угрозу.

Скорость «Тени» неумолимо росла, но заветная для прыжка отметка всё ещё не была достигнута, пусть до открытия окна и оставалось совсем немного времени. Мы могли банально не успеть. Помимо торпед, нас начали доставать и главные калибры имперских фрегатов, обрушивая на силовые щиты сфокусированные залпы лазерных установок. Тяжёлая плазма до нас пока не долетала, но вот дальнобойные лазерные батареи вовсю вгрызались в защиту. Я на подсознательном уровне, прямо через нейросеть, фиксировал стремительное падение мощности дефлекторов, как и то, что маршевый реактор уже работал в критической жёлтой зоне.

Время стало осязаемым, почти физическим, когда по правому борту корвета внезапно вспыхнула маленькая рукотворная звезда. Торпеда вывалилась из подпространства в опасной близости от обшивки. Если бы не сработавшие в последний миг автоматические излучатели ПКО, не видать нам больше звёзд. Но даже энергии этого касательного взрыва хватило, чтобы начисто сдуть с корпуса две турели ближней защиты и половину внешних сенсоров. Навигационные системы испуганно взвыли, сообщая о критических повреждениях и о том, что многослойная броня корвета частично испарилась, обнажив силовые переборки.

Я слишком сильно понадеялся на то, что враг будет целить исключительно в двигатели, и напрочь не рассчитал тот факт, что имперская торпеда способна вынырнуть у любой другой части корпуса. Оставалась последняя «мигалка». И в этот раз я решил не рисковать, мысленным приказом равномерно перераспределяя остатки энергии по всем проекциям силового поля, тем самым прикрывая израненный борт от финального удара.

Стоило мне ослабить защиту на корме ради спасения бортов, как хвостовые щиты тут же ушли в глубокую красную зону. Имперские фрегаты намертво вцепились в корму «Тени», желая разорвать наши дюзы и лишить возможности совершить манёвр. И это было их главной ошибкой. Слепая жажда взять нас живыми.

Уведомление тактического интерфейса о том, что «Тень» наконец набрала расчётную для прыжка скорость, и появление новой угрозы на радарах совпали почти до секунды. Очередная «мигалка» вывалилась из подпространства в опасной близости от кормы. Ослепительная вспышка полыхнула так близко к дефлекторам, что перегруженные щиты, не выдержав колоссального термического удара, мигнули и полностью погасли, оставляя маршевые двигатели без единой крохи защиты.

Я попытался было мысленно перенаправить остатки энергии с носовой проекции и хотя бы частично восстановить кормовую полусферу, но имперцы не собирались упускать столь идеальный шанс. Фрегаты тут же обрушили на беззащитный хвост корвета добрый десяток лазерных залпов.

Терять больше секунды было нельзя. Я напрочь отказался от идеи проводить долгий и безопасный расчёт координат — хотя изначально и планировал уходить по правилам. Просто сориентировавшись по аварийным навигационным маякам, я мысленно отдал команду. Корабль озарился ослепительным сиянием. Пробив метрику пространства, корвет исчез из забытого сектора, оставив преследователей кусать локти в остывающей Пустоши.

И в то же мгновение меня жёстко вышвырнуло из синхронизации. Нейросеть отключилась, и я снова оказался в собственном теле посреди физической рубки корабля.

Здесь вовсю выло и горело тревожно-красное аварийное освещение. Часть приборных панелей яростно искрила, половина голографических проекторов попросту погасла. Харрг в своём кресле навигатора крыл изощрённой галактической конструкцией всех подряд, до кого только могла дотянуться его когтистая лапа — досталось всем, начиная от правящего Императора и заканчивая безродными пиратами. Хотя я, честно говоря, так и не понял, при чём тут вообще пиратские синдикаты, если удирали мы от регулярных войск.

— Ты цел? — хрипло спросил я друга, с трудом поднимаясь из ложемента. Ноги предательски подкашивались, а дикая слабость после отката интерфейса навалилась на плечи свинцовой плитой.

— Цел, чтоб меня Пустота забрала! — зло огрызнулся напарник, быстрым взмахом лапы смахивая вправо каскад предупреждающих системных сообщений, и повернулся ко мне. — Но реактор, скотина, не выдержал последних попаданий. Вырубился наглухо, мы на аварийных аккумуляторах. Шеф, мы хоть куда выпрыгнули-то?

— Императору в задницу, — мрачно выругался я, массируя виски.

— Нет, туда нам точно не надо, — философски констатировал ракси.

— В Золотой Порт. Других мест с постоянным активным навигационным маяком в этом секторе Фронтира я вслепую не нашёл бы.

— Вот же демоны…

Золотой Порт располагался в системе Золотого Солнца, аккурат на стратегическом стыке Фронтира и Центральных миров. Когда-то давно эта система принадлежала одной из враждебных ксенорас — настолько давно, что я уже и не помнил её точного названия. Потом, разумеется, эти территории перешли в руки Империи. Несколько циклов Золотое Солнце даже официально числилось частью внутренних регионов государства, но шло время, границы сдвигались, и постепенно система превратилась в бурлящий котёл и пристанище для всего галактического сброда. Как людей, так и ксеносов.

Формально там до сих пор действовали имперские законы, на орбитальной станции восседал назначенный губернатор и даже квартировал официальный гарнизон Корпуса. На деле же губернатор давно был прикормлен верхушкой пиратских синдикатов, а местный Корпус по своим методам ничем не отличался от тех же синдикатов.

Туда стекались абсолютно все, кто хотел быстро и грязно заработать, и именно поэтому в Порту всегда было больше всего проблем на квадратный парсек. Конечно, на Фронтире существовали и другие подобные «безопасные гавани», но ни одна из них не обладала постоянным маяком, а прыжок туда требовал долгого и кропотливого расчёта координат по астрономическим параметрам. У нас на это времени не было.

— Выхода не оставалось. Место дрянное, сам знаю, — устало произнёс я, опираясь на край консоли. — Но лучше уж туда, чем застрять посреди неизвестного сектора с мёртвым реактором и расплавленным корпусом.

— Да это-то понятно, — хмыкнул Харрг, заставив меня криво усмехнуться. — Надеюсь только, что в этот раз там обойдётся без таких проблем, как в прошлый.

— Так это не я начал приставать к любовнице местной шишки, — заметил я, поучительно подняв палец вверх.

— Ну, ты тоже далеко не белый и пушистый, — дёрнув ухом, резонно подметил ракси.

Я искренне рассмеялся и, хлопнув друга по плечу, решил наконец отправиться в химический душ, раз уж выдалась спокойная минутка.

Золотой Порт встретил нас своей обыденной суматохой. «Тень» вышла из гипера на одном из так называемых золотых коридоров, и почти сразу же нам наперерез отправился патруль, состоящий из стареньких имперских фрегатов. Впрочем, тревога оказалась ложной: нас чисто формально просканировали и пропустили дальше. Здешние вояки давно знали, кто в системе настоящий хозяин, и не совали нос в чужие дела — излишнее рвение в отношении какого-нибудь пиратского судна здесь обычно заканчивалось тем, что придирчивый офицер случайно выпадал в открытый космос без скафандра. Так что сканеры Порта работали скорее для галочки.

Вообще, система Золотого Солнца состояла из четырёх планет и светила спектрального класса G2. Как и полагалось, здесь имелась одна обитаемая планета с плотной атмосферой и вполне сносным климатом — именно поэтому данная система и превратилась в центральный узел Фронтира. Если говорить о других, более-менее безопасных гаванях на окраинах, то в основном это были изолированные станции в глубокой пустоте или аванпосты на мирах, мало пригодных для жизни.