Любить меня - плохая идея (СИ) - Яр Саша - Страница 26

– Артём, проехали. Всё нормально.

– Может, попробуем ещё раз? – предлагает он. – Без сюрпризов и непрошеных гостей. Сходим куда-нибудь на выходных?

Я прикрываю глаза.

Врать дальше нет никакого смысла, как и давать ему пустые надежды.

Вчера я сделала выбор и дело вообще не в вине или романтической обстановке. Просто играть на два фронта это точно не про меня. Даже если мы с Солом не будем вместе, идти по рукам, я точно не хочу.

– Знаешь, я пока пас, – негромко отвечаю я. – У меня завал с учёбой, да и настроения нет куда-то выбираться. Извини.

– Понял, – Артём отвечает не сразу, его голос немного тускнеет, но он не настаивает. – Без обид. Всего хорошего, Вик.

– Пока.

Сбрасываю вызов и кидаю телефон на матрас.

Чувствую ли я себя стервой?

Да.

Но так честнее.

Макс был прав: шанс я давала, просто Артём за него не ухватился.

А Макс пришёл и забрал своё.

В животе громко урчит.

Вчера я толком не ужинала, не до этого было, а сегодня пропустила завтрак из-за разборок с отцом.

Приходится выйти из укрытия.

На кухне Ира методично протирает столешницу тряпкой.

Отца уже нет, видимо, уехал на работу.

Заметив меня, Ира тут же принимает свой фирменный одухотворённо-назидательный вид.

– Вика, ты бы помягче с отцом, – начинает она, не переставая тереть чистый стол. – У него давление скачет, а ты со своими ночными пропаданиями... Я же пытаюсь сгладить углы, чтобы вам обоим было лучше.

Я молча достаю из холодильника пакет сока, беру чашку с сушилки.

– Я не просила – говорю сухо, наливая сок. – И адвокатом моим подрабатывать тоже не надо. Мы с отцом сами разберёмся.

– Я, вообще-то, за тебя заступилась, – поджимает она губы.

– Спасибо за помощь.

Беру со стола булочку, стакан с соком и ухожу обратно в коридор.

– Вика, вообще-то, я с тобой разговариваю. И есть надо на кухне.

Щелчок дверной защёлки отсекает меня от Иры и от остальной квартиры.

Сажусь на край кровати и снова беру мобильный.

Открываю диалог с Солом. Перечитываю его последние сообщения.

Я откидываюсь спиной на подушки, смотрю на фразу

«Вечером заеду».

Сама не знаю почему, но мне страшно.

Как себя вести? Что говорить? Что, если у нас всё и правда серьёзно?

А ещё я помню его слова про переезд в его квартиру, если меня отец выгонит.

Глупо, конечно, но я уже жду вечера.

Телефон в руках дёргается и всплывает сообщение от Марины.

«Это правда, что вы с Солом переспали?»

Глава 28. Трепло

Я так и замираю с недонесенным до рта стаканом сока, тупо уставившись на экран.

Строчка от Марины просто выбивает из меня весь воздух, заставляя внутренности ухнуть.

Только что, буквально пять минут назад, я мысленно выписала Солу грамоту за благородство.

Решила, что он не такой, как все эти типичные рокеры с их бесконечными сплетнями в гримёрках, поверила, что для него эта ночь значила хоть каплю больше, чем просто очередная галочка в списке побед.

Какая же я клиническая идиотка.

Стакан с громким стуком опускается на прикроватную тумбочку, жёлтая жидкость даже немного расплёскивается на дерево, но мне сейчас плевать на пятна. Булочка летит обратно на тарелку.

Пальцы мелко подрагивают, когда я с силой вбиваю буквы в клавиатуру, пытаясь унять поднимающуюся к горлу тошноту от обиды.

«С чего ты взяла?!»

– отправляю и почти сразу вижу, как внизу экрана заплясали три серые точки.

Марина печатает. И делает это до одурения долго, словно пишет мне грёбаный исторический трактат в трёх томах. Наконец, высвечивается простыня:

«Не прикидывайся, Вик. Мне Левый только что написал. Спросил, как ты себя чувствуешь после бурной ночи с Солом. Говорит, Макс сегодня утром припёрся на репу подозрительно довольный. Левый пишет, что он прям светился весь и даже не думал отрицать, когда тот спросил было у вас или нет. Колись, было?!».

Левый. Ну конечно.

Дэн, светлая голова, который вечно вставляет свои пять копеек.

То есть Макс вроде как прямым текстом не растрепал, но сделал всё, чтобы Дэн сам догадался.

Он же прекрасно знал, как Левый это считает. Для парней такая многозначительная ухмылочка под соусом «пошёл на хрен» – это громче любого признания.

Он просто наслаждался моментом, тешил эго, показывая всей группе, что взял своё.

А отрицать? Зачем ему отрицать, если это портит образ альфа-самца?

Стискиваю зубы так сильно, что начинает ныть челюсть.

Ну уж нет, Сол. Хрен тебе.

Я не собираюсь быть той самой жалостливой дурочкой, которая будет лить слёзы в подушку из-за того, что кумир растрепал о ней своим дружкам за бутылкой пива.

Набираю Марине ответ:

«Это враньё. Сол просто решил понтануться на пустом месте».

Отправляю и тут же смахиваю чат, не дожидаясь, пока подруга начнёт задавать новые вопросы или пытаться подловить меня на несостыковках. Моя ложь сейчас шита белыми нитками, Марина не слепая, но признаваться в своём унижении я не собираюсь. Хватит с меня откровений на сегодня.

Перехожу в диалог с Максом. Его последняя фраза«Вечером заеду» теперь выглядит не как обещание чего-то хорошего, чего я уже начала по глупости ждать, а как откровенная насмешка.

Хозяин жизни решил заехать к своей новой удобной игрушке.

Бесит до зубного скрежета. Быстро набираю ответ:

«Вечером заезжать не надо. Трепло».

Жму «отправить» и, принципиально не давая себе времени на сомнения или на то, чтобы увидеть эти унизительные две синие галочки прочтения, отправляю его номер в чёрный список.

И в мессенджере, и в обычных звонках. Везде.

Дышать становится немного легче, хотя внутри всё равно колотит от злости.

Злость – это хорошо, злость в сто раз лучше, чем эта обида. Злость мне жить помогает, а обида наоборот. Удавиться иногда хочется.

Резко поднимаюсь с кровати, понимая, что если останусь сидеть на месте и пялиться в стену, то просто начну накручивать себя дальше и скачусь в сопли.

Надо чем-то занять руки и мозг, срочно.

Подлетаю к сумке, валяющейся на стуле, и вытряхиваю всё содержимое прямо на стол.

Тетради, ручки, какие-то смятые чеки из кофейни разлетаются по столешнице.

Завтра семинар по праву, к которому я вообще ничего не открывала. Вот и отлично. Просто замечательно. Буду сидеть и тупо зубрить статьи кодексов, пока мозг не откажется воспринимать любую информацию, включая тупую самоуверенную ухмылку одного конкретного вокалиста.

Я с силой впечатываюсь в стул, открываю толстую общую тетрадь и упрямо пялюсь в кривоватые строчки своих же лекций, категорически запрещая себе думать о том, что между нами всё закончилось ровно так паршиво, как я и боялась с самого начала.

«Статья четырнадцатая. Недобросовестная реклама и методы её выявления…»

Читаю строчку в третий раз. Вслух. Пытаюсь пропихнуть смысл этих казённых формулировок в мозг, но они отскакивают от него, как горох от бетонной стены. Вместо сухого текста перед глазами упрямо всплывают тёмные татуировки на загорелой коже и то, как самоуверенно он перехватывал мои запястья.

С размаху захлопываю общую тетрадь.

Бесполезно.

Я заблокировала его номер, словно это какая-то волшебная кнопка, стирающая человека из моей реальности. Гениально, Вика.

Отличный уровень решения проблем.

Только вот есть один маленький, сука, нюанс – Сол живёт надо мной, и мы учимся в одном универе.

Я могу закинуть его контакт хоть в десяток чёрных списков, но это никак не спасёт меня встречи с ним.

Откидываюсь на спинку стула и с силой тру лицо руками.

Господи, как же стыдно.

Парни в группе наверняка уже всё перетёрли и поржали.

Может, даже ставки делали, когда он меня уломает.

Левый по-любому отпустил парочку своих плоских шуток, а Макс сидел и довольно лыбился.

А я-то расплылась лужицей. Поверила, что это не просто галочка для его раздутого эго.