Год 1995-й. Русский Ренессанс (СИ) - Маркова Юлия Викторовна - Страница 10

— Только один вопрос, из чисто профессионального интереса, — сказал полковник. — А что такое Воинское Единство?

— Воинское Единство, — сказал предводитель либерально-демократической партии, — это такая общность людей, которые поклялись друг другу страшной встречной клятвой: «Я это ты, а ты это я, и я убью любого, кто скажет, что ты не равен мне, а я не равен тебе, вместе мы сила, а по отдельности мы ничто». И это не пустой звук, а принцип действия. В Воинском Единстве есть командиры и подчиненные, Патрон и Верные, но нет господ и нижних чинов. Горизонтальные связи между Верными также сильны, как и вертикальные с Патроном, и все они в боевых условиях состоят в непрерывной умственной связи, а потому их подразделения действуют как один человек. Поэтому в имперской армии служат одни только Верные, случайных людей там нет. Однако немало Верных имеется и на гражданской службе, только там это совсем необязательное условие. Для того, чтобы стать Верным требуется испытывать непреодолимое внутреннее желание разделить с господином Серегиным его цели и задачи и более ничего. И в то же время Патрон истово заботится о благополучии всех членов Воинского Единства, стремится обеспечить их всем самым лучшим, сократить боевые потери и позаботиться о наиболее полном и быстром излечении раненых. Однако последний пункт распространяется не только на Верных, но и на всех, кто бьется за Россию, в каком бы мире это не происходило. Впрочем, в ближайшем будущем вы в этом убедитесь сами, увидите империю изнутри, сравните свои впечатления с моими словами и может быть поймете, что если бы таким образом была устроена наша Российская Федерация, то не было бы в мире державы сильней, богаче и благополучнее. А сейчас, кажется вам пора, все раненые уже погружены на борт, остались только вы. Санитарки ждут, поэтому желаю вам скорейшего выздоровления и все наилучшего. До свиданья. Надеюсь в следующий раз встретиться с вами при более счастливых обстоятельствах.

Когда санитарный транспорт взлетел, Жириновский повернулся к Дмитрию Холодову и с некоторым оттенком самодовольства в голосе спросил:

— Ну, Дима, как тебе все это?

— Нормально, Владимир Вольфович, особенно концовка, — ответил тот. — Мы все записали. А теперь давайте пойдем и пообщаемся с теми, кто остался. Ведь это тоже часть нашей работы.

— Да, Дима, пойдем, — ответил главный либерал-демократ. — Сегодняшний день, может определить будущее даже не на год, а на столетия вперед. Нужно сделать все возможное, чтобы с первым ударом курантов карета господина Ельцина начала бы превращаться в тыкву и тогда он сам из нее вылезет. Время для этого еще есть.

31 декабря 1994 года, 1 8 : 5 5 мск. Околоземное космическое пространство , линкор планетарного подавления «Неумолимый», императорские апартаменты

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи

С момента начала штурма Грозного по приказу Павла Грачева прошло тринадцать часов, мы во всю силу участвуем в этом кровавом карнавале четыре часа. И результат налицо. Силы обороняющихся в городе боевиков уменьшились больше чем наполовину. Из оставшихся вооруженных ичкерийцев примерно треть окопалась на внутреннем рубеже обороны вокруг президентского дворца, блокированного с южной и западной стороны, а остальные под ударами с воздуха и ощипывающими действиями егерей ищут выход из этой беспощадной бойни. И еще такой примечательный факт. Примерно с трех часов тридцати минут по московскому времени, когда действия штурмовой пехоты в окрестностях вокзала были в самом разгаре, из эфира безвозвратно пропал позывной Шамиля Басаева.

Энергооболочка сообщила, что изначально головной батальон Майкопской бригады и подразделения ее управления находились как раз в его зоне ответственности. Однако устроенную по всем правилам засаду полковник Савин попросту объехал, на пару кварталов раньше, свернув с магистральной улицы Бутырина, чтобы выйти к вокзалу с северной, а не западной стороны. А Шамилю Басаеву пришлось собирать своих людей, да манатки, в частности противотанковые пушки и мчать к новой цели, куда он безнадежно опоздал, потому что это была уже осада, а не засада. Тогда становятся вполне объяснимыми расстрелы пленных русских солдат и офицеров, ведь этот кровавый маньяк по-другому попросту не умеет, точнее не умел. Однако стоп! Вообще-то в моем личном прошлом этот персонаж несколько раз «воскресал» после полного уничтожения всего его отряда, поэтому не будем торопиться с выводами. Быть может и сейчас, едва только моя штурмовая пехота завела свою патентованных мясорубку, он в общей сутолоке взял ноги в руки и, не прощаясь, постарался покинуть гиблое место. Вполне возможный вариант.

Вообще российские войска сейчас блокируют Грозный с трех сторон, южное направление Квашнин оставил свободным, якобы с целью беспрепятственного выхода мирного населения, а на самом деле для того, чтобы боевики могли получать подкрепления и снабжение боеприпасами, а также вывозить своих раненых. Правда сейчас движение идет исключительно в обратном направлении, но это не суть важно. В Основном Потоке эту недоработку исправили после отстранения Квашнина от командования федеральной группировкой в Чечне, а тут такое нам нужно сделать самостоятельно и как можно скорее. Положение облегчается повышенной подвижностью и высочайшей управляемостью имперских войск, которые встанут на позиции в точно указанном месте и в обозначенный срок. Однако тратить на оцепление Грозного ветеранские бригады штурмовой пехоты или егерей очень не хочется, как мне кажется, с этой задачей прекрасно справятся и резервисты. Если что Дроздовский-младший и оберст Слон мне в помощь.

А ветеранов следует приберечь для дальнейших задач, например для зачистки Душанбе а также других городов Таджикистана от русского населения, с последующей эвакуацией его в мою Метрополию. По данным психосканирования и так называемые правительственные войска и вооруженная оппозиция, между которыми сейчас установлено шаткое перемирие, выглядят одинаково омерзительно, ибо их конфликт отражает не борьбу между идеями исламского возрождения и светского общества, а является проявлением межклановой племенной вражды. Просто одни кланы в советский период были при власти, а другие оказались от нее отстранены, а потому, когда стало можно, с пылкостью неофитов бросились в исламизм. Вооруженные отряды так называемого Народного Фронта, сочувствующее исламистам гражданское население режут с не меньшим азартом, чем их оппоненты сторонников светского пути развития. Главное, что этот человек из неправильного клана, а потому — бей.

Вмешиваться в гражданскую, то есть межклановую войну я не собираюсь, хотя… светски ориентированный Народный фронт возьмет, то есть вернет власть и на этом успокоится, а вот исламисты они и есть исламисты, будут доставлять неприятности окружающим, пока их окончательно не унасекомят. И главное слово тут «Афганистан». Именно там, в Панджшерском ущелье, сидит кровавый упырь Ахмад Шах Масуд, силы которого контролируют границу с Таджикистаном на всем ее протяжении и именно с его территории вторгаются банды, нападающие на заставы Московского погранотряда и части 201-й мотострелковой дивизии. И оттуда же идет поток наркотиков. Если талибы считают выращивание опийного мака ужасным харамом, то есть мерзостью, и рубят за это головы, то Северный Альянс приторговывает не только изумрудами и лазуритом, но и дурью во всех ее видах.

Очевидно, придется в очередной раз выносить на лопате источник деструктивной политики, только вот бить из космоса по пещерному комплексу бессмысленно и бесполезно, потому что там сейчас никого нет. В связи с отсутствием угрозы воздушных бомбардировок гнездится лидер афганских таджиков в городке Базарак, находящемся в труднодоступной горной местности у места впадения в Панджшер реки Паранда. Ни советские войска, ни талибы этот район взять так и не смогли, но для меня эта местность по факту не труднодоступней чем Давос. Если будет надо «Каракурт» накроет «столицу» Масудистана депрессионным излучением, после чего высадившаяся штурмовая пехота кого надо арестует, а всех остальных, обнаруженных при оружии, ликвидирует на месте. Чай не в первый раз.