Вавилон и окрестности. Церковь между обществом и государством - Лученко Ксения Валерьевна - Страница 16

В итоге православные СМИ в совокупности создают виртуальную картину церковной жизни, из которой сложно судить о том, что реально волнует церковных людей: пишут о выдающемся, благостном, положительном, а о проблемах и конфликтах в лучшем случае упоминают, если высказана официальная точка зрения. При этом журналисты, интересующиеся православной тематикой, но работающие в светских СМИ, нащупывают эти проблемные точки, но не всегда могут их адекватно описать. Например, в прошлом году заместитель главного редактора журнала «Русский репортер» Дмитрий Соколов-Митрич написал репортаж «Очень маленькая вера», который вскрыл целый пласт противоречий церковной жизни, в том числе между простым духовенством и мирянами с одной стороны и административным церковным аппаратом с другой. При этом обида героев репортажа на «православного журналиста Соколова-Митрича» была такова, что обсуждение реальных проблем, поднятых в тексте, осталось на периферии дискуссии, а в центре стояло «личное дело» автора. В церковных изданиях поднялся шквал публикаций, созывались круглые столы и виртуальные обсуждения, главной целью которых было перебить эффект от публикации Митрича, доказать, что он в своих выводах заблуждается. Сам Соколов-Митрич не раз признавался, что вовсе не этого результата хотел достичь своей публикацией.

Ликбез для вечного неофита

Собственно, качественных журналистских материалов — аналитики, расследований, неудобных вопросов — сегодня от православных СМИ мало кто ждет. Ждут преимущественно материалов для аудитории, которую можно условно назвать «вечный неофит». Именно на эту многочисленную и неоднородную по социальному положению, возрасту и степени вовлеченности в церковную жизнь аудиторию работают сегодня почти все православные медийные ресурсы.

В интервью интернет-изданию «Татьянин день» главный редактор «Эха Москвы» Алексей Венедиктов (на «Эхе» уже второй сезон выходит православная передача с протоиереем Максимом Козловым) на вопрос, чего не хватает, на его взгляд, православным СМИ, ответил: «Первое, о чем я хотел бы прочитать, — это жития святых, написанные современным языком. Каждый день, делая программу „Метеоскоп“, мы говорим о народных приметах, а также говорим: сегодня день святого Антония. А кто это? Где это найти на человеческом языке — story, как Библия для маленьких. Не забывайте, что религиозность у нас во многом наносная, потому что традиции 70 лет не было. Кто такой святой Фома, кто такая святая Христина в православной традиции? Почему именно в этот день? Я хотел бы нормальную историю бедной пастушки, которую я мог бы прочитать и пересказать сыну или из которой я бы понял, почему именно этот святой — покровитель интернета или еще чего-нибудь».

Парадокс в том, что на самом деле значительная часть православных изданий как раз об этом. На церковном языке такой христианский ликбез называется катехизацией. Православные СМИ дают справки и отвечают на вопрос «Как жить?» (в девяностые даже выходила газета с таким названием). Жития святых, описание смысла таинств и молитв, исторические рассказы, рецепты постных блюд, советы священников по житейским вопросам — основной контент православных изданий. Это глянцевый формат, так называемый лайфстайл. Но в православных изданиях он, как правило, перемешан с официальными новостями и серьезными «установочными» публикациями, «доносящими мнение Церкви». Целевая аудитория таких изданий получается размытой: пишут как бы для нецерковных людей, а читают те самые «вечные неофиты», которым постоянно нужны подсказки для построения собственной идеальной православной жизни.

Одобрено самоцензурой

Бытует мнение, что в Церкви сильна цензура. На самом деле официально, разумеется, цензуры нет, иначе бы это нарушало российское законодательство. Единственная форма контроля за СМИ, которые продаются в церковной системе распространения, — гриф Синодального информационного отдела, который, согласно опубликованному регламенту, выдается изданиям «лишь в том случае, если продукция СМИ не искажает православное вероучение, не противоречит официальной позиции Русской православной церкви, не содержит недостоверных и этически недопустимых сведений». Так же, как и свидетельство о государственной регистрации Роскомнадзора, гриф Синфо выдается на неопределенный срок и может быть отозван в случае установленных нарушений. В отличие от госрегистрации церковный гриф выдается бесплатно: и «ультралиберальные» издания вроде газеты «Кифа» (выпускается общиной протоиерея Георгия Кочеткова), и консервативно-монархические получили гриф без проблем. За два года, прошедших с момента введения грифа, был лишь один скандал, связанный с его получением, — в грифе было отказано журналу «Благодатный огонь», который выходит приложением к журналу «Москва», но об этом издании ниже.

Что касается неформальной цензуры, то существует множество негласных и полугласных нюансов, в каждой епархии они свои. Но в целом, если не наступать на мозоли правящему архиерею и не излагать сомнительные богословские взгляды (ереси), шансов испытать на себе цензуру довольно мало. Даже политические взгляды декларируются вполне свободно, если это не официальное издание епархии. Другое дело, что на местах, как и в любых региональных СМИ, возникает специфика, связанная со взаимодействием с местной властью. Как правило, у православных журналистов очень развита самоцензура. Из опасений навлечь на себя гнев священноначалия, а чаще — из искреннего желания сделать как лучше острых тем стараются избегать.

Частные проекты для разных субкультур

Православная журналистика бурно развивалась все двадцать постсоветских лет. Если с 1931 по 1989 год существовал один-единственный «Журнал Московской патриархии», которым более четверти века руководил митрополит Волоколамский и Юрьевский Питирим (Нечаев, ум. 2003), бывший покровителем интеллигенции и интеллектуального церковного творчества в годы застоя, то на протяжении 90-х — «нулевых» возникли тысячи православных изданий, радиостанций, сайтов и даже несколько телеканалов. Большая часть из них канула в небытие, но некоторые современные проекты имеют уже двадцатилетнюю историю. Не раз велись разговоры о создании единого медиахолдинга Русской православной церкви, но все они были утопичны, потому что на самом деле все наиболее значимые церковные информационные проекты — это частные инициативы отдельных людей или сообществ.

Если официальные церковные СМИ (сайт «Патриархия. ру», «Журнал Московской патриархии», выходящий тиражом 20 000 — 25 000 экземпляров, епархиальные газеты и журналы) можно причислять к корпоративной журналистике, которая выполняет прежде всего интегративные функции — внутреннее информирование, создание единого информационного пространства Русской церкви, то множество частных проектов, более популярных и живых, работает на разные внутрицерковные субкультуры.

Норман Больц в книге «Азбука медиа» пишет, что общих медиа больше нет: «Разные ценностные системы обслуживают разные медиа. Разные информационные миры отделяют друг от друга демографические, политические и культурные границы». Бесконечное дробление на ниши по интересам, по идеологическим установкам и образу жизни происходит и внутри православных СМИ.

Самая активная субкультура, которая была особенно заметна в 90-е годы, но и сейчас собирает стабильную, прежде всего провинциальную, аудиторию, — так называемые православные фундаменталисты. Они, в свою очередь, делятся на радикальных и умеренных. Радикальное крыло, если не считать «боевых листков» некоторых монастырей, исторически базируется в Петербурге. Отчасти это наследие умершего в 1995 году митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Иоанна (Снычева), которого называет своим учителем даже ни разу в глаза его не видевший Иван Охлобыстин. Константин Душенов, выдававший себя за пресс-секретаря покойного митрополита (есть большая вероятность, что он и написал большую часть книг и статей, публикующихся под именем митрополита Иоанна), был главным редактором газеты «Русь православная», расходившейся большими тиражами, а теперь осужден на три года колонии-поселения по 282-й статье за распространение антисемитских фильмов. Газета «Православный Санкт-Петербург», которая, несмотря на название, не имеет никакого отношения к официальным епархиальным СМИ, выходит с 1993-го с несколькими приложениями и, судя по всему, на протяжении всех этих лет является маленьким бизнесом ее главного редактора и издателя Александра Ракова. В Петербурге же расположены редакции сайтов «Русская линия» и «Русская народная линия». До 2010 года это была единая редакция одного сайта, проводившего ультрафундаменталистскую политику и находившегося в жесткой оппозиции значительной части епископата Русской церкви. Но затем часть сотрудников и авторов во главе с Сергеем Григорьевым пошли на сближение с патриархией в лице Синфо и, заняв основной домен сайта rusk.ru, демонстрировали лояльную, хотя и крайне правую позицию. А другая часть во главе с Анатолием Степановым ушла на новый домен ruskline.ru и продолжает линию независимой оппозиции с полным набором соответствующих идеологем. Естественно, посещаемость у более радикальной «Народной линии» превосходит относительно умеренную «Русскую линию». Эти сайты активно используются для внутренних разборок с «модернистами» и «либерастами» в церковной среде, а «Народная линия» наделала шуму, опубликовав колонку священника московского храма Николы в Хамовниках Александра Шумского о том, что землетрясение в Японии — Божия кара за отношение японцев к России и сожжение российского флага. В Москве в той же нише находится газета «Русский вестник» Алексея Сенина и журнал «Благодатный огонь» Сергея Носенко. «Благодатный огонь» — одно из немногих изданий, у которого был отозван гриф Синфо за систематическое хамство в адрес духовенства и епископата. Комплекс воззрений фундаменталистских изданий примерно одинаков — алармизм, пафосный патриотизм, воинственное неприятие других религий и конфессий, а также — любых перемен и реформ в Церкви, обвинение священноначалия в «экуменизме» и «модернизме», антизападничество, сталинизм, перемежающийся причудливым антикоммунизмом. Иногда добавляются требования канонизации Ивана Грозного и Григория Распутина. Эти издания воевали против введения ИНН и паспортов нового образца, сегодня выступают против самых разных электронных карт и других средств идентификации граждан, ювенальной юстиции. Их аудитория стабильна, и авторы, в том числе священнослужители, перекочевывают из одного издания в другое.