Абиссинец 1889. Том 3 (СИ) - Щербатых Сергей - Страница 54

Баба Серафима перекрестилась.

— Добре. Жениха и его товарищей выслушали. Теперь невесту спросим. Сашенька, выходи.

Занавеска отодвинулась, и Саша появилась в синем муслиновом платье, сшитом к Ильину дню. Волосы были уложены вокруг головы, поверх них лежал легкий платок.

Она перекрестилась и поклонилась старшим.

— Сашенька, — Серафима взяла ее за руку, — пришли просить тебя за Андрея Васильевича Громова. По сердцу ли тебе этот жених?

Саша подняла на меня глаза.

— По сердцу, бабушка Серафима.

— Никто ли тебя не принуждает?

— Никто. Я сама на то согласная.

— Знаешь ли, что характер у него больно беспокойный?

Саша едва заметно улыбнулась и пожала плечами.

— Ну, коли молодые согласны, старшие поручились, а дружки слово подтвердили, грех нам поперек дороги становиться.

Степан Анисимович подошел к Юдинцеву и протянул руку.

— По рукам, Роман Васильевич?

— По рукам.

Звонкий хлопок разнесся по горнице.

Рукобитие состоялось.

Только теперь Пелагея Александровна и Акулина Никитична принялись доставать подарки.

Я отдельно протянул Саше серьги с маленькими голубыми камнями.

Саша взяла их и прижала к груди, а мне подала рушник, вышитый собственными руками.

После этого Степан Анисимович выставил бутыль, а хозяева пригласили всех к столу. До рукобития к угощениям никто не притрагивался.

Меренский развернул гармонь. Дружки грянули припевки, которые готовили заранее. Я сидел рядом с Сашей на положенном расстоянии и раз за разом ловил ее взгляд.

До свадьбы оставалось далеко, курень еще стоял без крыши, но после рукобития что-то переменилось. Друзей и близких у меня и прежде хватало, а теперь впервые появилось ясное чувство: я больше не один.

Рука сама легла на крест под чекменем. Теплый металл напомнил об отце и его последних словах, сказанных пятого февраля на африканском берегу. Похоже, сегодня я сделал первый настоящий шаг к тому, чтобы исполнить его наказ.

За этими мыслями я не услышал ни топота копыт, ни скрипа калитки. Заметил лишь Глеба Маркеловича, стоявшего на пороге. За его спиной находились двое незнакомцев: чиновник в гражданском мундире и казачий хорунжий. Еще дальше, у крыльца, маячили два жандарма.

— Глеб Маркелович? — Крестный поднялся из-за стола. — Что стряслось?

— Громов здесь? — спросил атаман.

Веселье разом смолкло.

— Здесь, — сказал я, поднимаясь.

Чиновник, стоявший до этого, молча шагнул в горницу.

— Имеется предписание военного губернатора Приморской области. Министерством иностранных дел получена нота от французских дипломатов. В ней заявлено о незаконных деяниях российских подданных, участвовавших в событиях при Сагалло, вооруженном захвате военного судна «Метеор» и пленении его команды. Французское правительство требует установить местонахождение вышеупомянутых лиц и произвести надлежащее дознание. Предписано задержать для дальнейшего разбирательства Федора Николаевича Чугунова, Семена Игнатьевича Бирюкова, Федора Анциферовича Лапшина и Андрея Васильевича Громова…

Особо отмечается, что настоящее дело производится по требованию Министерства иностранных дел, выраженному министром, статс-секретарём Николаем Карловичем Гирсом, ввиду необходимости соблюдения международных обязательств Российской империи и предотвращения дальнейших осложнений в отношениях с Французской Республикой.

Конец книги. Продолжение АБИССИНЕЦ 1889 том 4.

https://author.today/work/623724