На дальних берегах. Том второй (СИ) - "sgtmadcat" - Страница 93

— Бля… Тут все закрыто… Ну почти все.

— А кто воет?

— За дверьми… Тут написано что-то. Грамотные есть?

— Позвольте… — отодвинув его в сторону, Марио заглянул внутрь сам, — О! На схеме написано что тут карцер! Теперь ясно, почему безумцы не смогли вырваться! Заключенные заперты поодиночке. Так что, даже посходив с ума, не смогли выбить двери. А остальные были заняты более доступной добычей.

— И как они тут выжили? «Повар» их что? Серьезно кормил?

— Возможно. Другого объяснения я, пока не вижу. А теперь мы его прикончили и они голодны.

— Пиздец… Точно не выберутся?

— Раз экипаж эвакуировался этим путем, видимо они были уверены в надежности запоров.

— Ну и хуй с ними… Пусть тут и остаются. Нам же вниз?

— Да, — Марио сверился с схемой, — Вниз почти до конца.

— Потопали…

— Сэйчас! — остановив всех жестом, Багир захлопнул решетку и, уже отработанным образом, завинтил её на два болта, — На всякый случай…

— Ты че? Думаешь кто-то туда по доброй воле полезет?

— Нэ знаю… Но мнэ так спокойнээ.

Затянув гайки, он подергал решетку, проверил, что вторая закрыта и, взяв топор, который решил использовать как основное оружие, махнул, что можно следовать дальше. Ниже шли «минусовые» этажи. И блокирующая лестницу решетка оказалась не только заперта, но еще и заварена. Заварена неумело, второпях, а за ней буквально горой громоздились истлевшие тела. Марио посветил на них, на площадку заваленную гильзами, а затем на исклеванные пулями стены.

— Вспышка началась там… Внизу… Экипаж пытался её сдержать.

— И чо? — оборванцев эти подробности не интересовали. — Как нам пройти-то⁉

— Э! Эбло завалы! — рыкнул Багир, — Думаэт чэловэк!

— Спасибо… — Марио рассеянно кивнул. — Безумие как-то перекинулось дальше, причем минуя карцер. Возможно где-то есть еще лестницы? Судно большое — вряд-ли сообщение шло только по одной.

— Вэрно… И эслы бэжат чэрэз карцэр аны счытали бэзопасным, значыт до нэго па нэй нэ дабратся.

— Тебе приходит что-то на ум?

— Да… Сматры. Тот камбуз, гдэ ми «повар» прыкончылы, был малэнкый. Он ахрана кармыл. Значыт должен быт эщэ балшой камбуз, гдэ для заключэнный гатовылы. Рядом кладовой с прадукты балшой. Куда это краны грузыт надо. А удобнээ грузыт как раз на палуба, гдэ карцэр.

— О! То есть это был безопасный путь потому, что за карцером у нас только большой камбуз и провиант-кладовые?

— Не! — Нарезка решительно помотал головой. — Я туда даже за харчи не полезу. Ну если только совсем оголодаю.

— А нам тюда нэ надо. Нам вишэ надо! Заключэнный чэрэз камбуз вадыт нэ будут. На нэго лэстныц нэ выдут.

— А жратву как разносили?

— Э! Ты пра лыфт слышал, да? Шахта и па нэй телэжка с катлы ввэрх-вныз эздыт! А лэсныц это всэ абходят. И виходят… Туда!

— Прогулочная и шлюпочная палубы, — понимающе кивнул Марио, — Они прорвались там. Значит и мы там сможем пройти.

— Пашлы…

Поднявшись до нужного уровня, Багир осмотрел покореженную решетку. Открыть замок было уже невозможно, но пожарный топор решил проблему, правда снова оповестив все судно об их присутствии. Оборванцы, помотав головами, чтобы освободиться от заложившего уши грохота, потопали вперед, заглядывая за вывороченные двери камер. В каждой раньше имелось по два иллюминатора, но слой грязи и толстые решетки снижали световой поток до минимума, поэтому приходилось пользоваться фонарями.

Их лучи метались, то и дело выхватывая из темноты следы разыгравшейся тут трагедии. Сперва толпа накидывалась на жертв, которых буквально рвали на куски. Затем, покончив с теми, кто еще сохранял рассудок, безумцы принимались друг за друга. Толпа распадалась на набрасывающиеся друг на друга группы, потом оставались самые везучие и живучие, которые продолжали безумную охоту в полумраке, заканчивающуюся смертельными стычками. Часто победителей в них не было и от тела жертвы вел засохший кровавый след, указывающий на укромный угол, где издох убийца.

Все это читалось настолько явно, что у Марио, обладавшего богатым воображением, по спине бежали мурашки. Багир держался лучше. Его интересовало в основном то, что может пригодиться. Вопреки распространенному мнению, безумцы вполне способны использовать не только холодное, но и огнестрельное оружие. К счастью, у них не хватает терпения целиться или сменить обойму и когда то перестает стрелять, они просто в ярости разбивают его или отшвыривают. И у некоторых были захваченные у охраны винтовки. А на ремне винтовок — кармашки под запасную обойму.

Оборванцы ими не интересовались, считая, после безуспешных поисков наверху, что тут все оружие пустое. Багир же, внимательно смотря под ноги, сумел разжиться еще несколькими патронами, которые незаметно подобрал и ссыпал в карман. Внезапно, впереди идущий остановился.

— Че? — тревожно поинтересовался Нарезка, — Че встал?

— Там кто-то есть…

— Кто?

— Не знаю. Мне показалось, что кто-то прошел.

— Куда?

— Туда… Во второй коридор.

— Точно видел? Не пиздишь?

— Да я откуда знаю? Говорю же — показалось!

— Ну так иди и проверь.

— Один⁉

— Тебе же показалось? Глюки ниче те не сделают…

— Не стоит разделяться, синьоры, — отрицательно покачал головой Марио. — Плохая стратегия.

— И че предлагаешь?

— Идти только вместе и внимательно смотреть по сторонам. В одиночку мы уязвимы. Когда нас много — много глаз смотрит во все стороны. Раньше заметим угрозу.

— А если мы идем в западню?

— Значит много глаз тем более не помешают. Нас осталось не так много, чтобы жертвовать кем-то.

Нарезка что-то неразборчиво пробормотал, но всем остальным эта идея понравилась, поэтому они двинулись толпой, внимательно прислушиваясь и светя в подозрительные углы.

— Здэс… — Багир указал лучом фонаря на выломанные двери, находившиеся в проходе между коридорами. — Второй лэстныц. Здэсь прорвалыс. Где ты выдел тот «кто-то»?

— Тут же…

— Хрэново, — фонарь выхватил в покрывавшей все пыли свежие следы. — Нэ помэрэщылос…

— А может и померещилось? — Марио осмотрел следы поближе, — Возможно это тот, который с двумя палками с крана прыгнул? Он тут мог везде шастать.

— Мог. Но Ур гаварыл, что эслы не уверен, счытай, что враг тут эст!

Согласно кивнув, Марио осмотрел пространство за дверями и вопросительно посмотрел на остальных. Нарезка приказал одному из своих идти первым, подкрепив приказ демонстрацией оружия. «Доброволец» обреченно кивнул и, держа фонарик на вытянутой руке так, словно опасность исходила только из освещенного места и если держать свет подальше, то и угроза тоже будет дальше, вышел, озираясь на лестничную площадку.

— Ну че там?

— Пока никого…

— Слышишь что?

— Ну так… Шорохи, скрипы…

— Тухлей воняет?

— Не — крысами.

— Крысами?

— Ага… Прям пиздец несет.

— Ну крысы, это хуй с ним. Пошли, бродяги…

Все начали спускаться вниз. На «нулевом уровне» Багир остановился и молча, но настойчиво, добился того, чтобы все осмотрели заваренные двери и оценили его догадливость и проницательность. Запах, тем временем, усиливался. Стараниями Сыча, на «Интернационале» про крыс почти забыли. Редкие залетные грызуны, пробиравшиеся на борт по канатам или с провиантом, вызывали живой интерес и даже некоторое сочувствие, так как судьба их была предрешена. Пернатый хищник находил их в самых укромных уголках и расправлялся безжалостно.

Имелось опасение, что после постановки на довольствие Сыч сбавит обороты и к охоте охладеет, но случилось ровно обратное. Если раньше он ел сколько влазило, после чего, будучи не в силах взлететь, пешком шел отдыхать и переваривать, то теперь даже насыщение не могло заставить его прервать охоту. Доктор, заинтересованный данным феноменом, даже выдвинул гипотезу, что Сыч начал воспринимать корабль как собственное гнездовище, а крыс не только как еду, но и потенциальную угрозу гипотетическому потомству, с которой, как известно, не церемонятся.