На дальних берегах. Том второй (СИ) - "sgtmadcat" - Страница 81

— Не беси меня, примат, я тебе сейчас ногу прострелю! Веди давай. Я сам определяю место и время.

— Понял. Хорошо. Не вопрос. Соня, я скоро вернусь!

Соня только обреченно махнула рукой. Недоуменно оглядываясь на неё, Чарли, все еще не понимающий причины столь бурной реакции, вышел. Ур выбрался через дыру на крыше и дал ему знак, чтобы тот шел и не оглядывался, а он будет следовать поверху.

…

Зайдя в бар, Захария присел к стойке. Девлин на этот раз не стал уходить за стойку, а подсел рядом, молча налил и так же молча предложив выпить. Захария, взяв стакан, задумчиво покатал его в ладонях.

— Так что ты от меня хотел? Твои парни чуть не снесли мне дверь.

— Да. Я приказал им пригласить тебя сюда любой ценой.

— Это из-за парней Чойса?

— Уже в курсе? — Девлин выпил залпом и не чокаясь.

— Прилетал самолет. Несложно было догадаться. Кроме того, Бароза тоже свалил. Скорее всего, вместе с ними.

— Потому что Бигерт на подходе.

— Тот самый?

— Да. И если хотя бы половина того, что о нем говорят — правда, то я их прекрасно понимаю.

— А что о нем говорят?

— Ничего хорошего, приятель. Бигерт раньше работал на мафию, но его методы были недопустимы даже по их меркам.

— Похищение детей?

— Его любимый метод давления. А еще пытки, сжигание заживо и прочие милые шалости.

— И компании его нанимают?

— С удовольствием. У Бигерта репутация «волшебника», который способен решить любые их проблемы в Островах.

— Да уж…

Теперь, не чокаясь и залпом, выпил Захария. Девлин с сочувствием покачал головой и налил еще.

— Кстати, я слышал у вас там снова была кража?

— Китты опять обнесли Фридмана. Судя по всему, у них раненый и они собираются делать операцию.

— А кто это, ты не думал? Ведь в беглеца никто выстрелить так и не успел?

— Не знаю. Но, видимо, знаешь ты?

— Так… Не сказать, чтобы прям наверняка, — Девлин с задумчивым видом поболтал стакан, — но до меня дошли слухи, что на виселицу отправили не того тангароа.

— В смысле, «не того»?

— В Форте сидел еще один. Сын Большого Корака. Его держали там как гарантию прекращения налетов. Его и пытались вздернуть.

— А куда делся тангароа с корабля?

— Сбежал за несколько дней до того.

— Сбежал?

— Да. Треснул одного из парней Чойса так, что тот то ли отъехал, то ли почти отъехал. Остальные решили этого так не оставлять. На Амене не любят, когда кто-то, у кого кожа слишком загорелая, поднимает руку на их породу.

— Они решили его проучить? — с подозрением осведомился Захария. — Они что, не в курсе, в чем разница?

— Как любил говорить один полисмен, который частенько сажал меня в кутузку, когда я был ребенком: «Ниггер есть ниггер, и я не собираюсь в них разбираться. Для меня есть черные ублюдки, узкоглазые ублюдки и конопатые ублюдки. А для них у меня есть „Кольт“ и верная дубинка». В общем, там не особо на эту тему заморачиваются.

— Дальше можешь не рассказывать…

— Не! Дальше-то как раз самое интересное! Они взяли трех самых здоровенных ублюдков. По два метра каждый! И пошли вбить в него немного уважения к белым людям. А тот не стал ждать, пока его отпиздят. Влетел в них как бомба, раскидал и рванул по коридору, не обращая внимания на пули, которыми его потчевали. Выбежал наверх, прыгнул в воду, поймал акулу и уплыл на ней, показывая всем непристойные жесты!

— Похоже на вранье…

— Да. Поэтому я и не утверждаю, будто знаю, что точно там произошло. Но, так или иначе, тангароа с корабля сбежал и, чтобы скрыть это, они отправили на виселицу второго.

— Сын Большого Корака… — Захария тяжело вздохнул — Теперь все понятно… Бигерт всполошился не из-за смерти губернатора, а из-за побега. Поэтому люди Чойса так торопились свалить до его прибытия.

— Этот Корак — серьезный мужик?

— Опасный. В войну служил в туземном легионе. Понимает в нашей тактике и в современном оружии. И у него почти тысяча человек.

— И все они, сейчас, дружно гребут в нашу сторону?

— С самыми большими ножницами для кастрации, какие у них нашлись.

— Интересная групповуха получается… Босс, Бигерт, тангароа и люди с корабля.

— А мы посреди этого, как две белых телки в черном квартале, — мрачно кивнул Захария. — Так что у тебя за срочность?

— Только обещай, что не будешь орать и делать глупостей.

— В смысле?

— Мы ведь тут не при чем, верно? Решения принимал босс. Почему мы должны расплачиваться за его ошибки?

— С чего ты решил, что я буду орать и делать глупости?

— Я пригласил еще кое-кого на эту встречу.

— Кого?

— Меня…

От вкрадчивого голоса с странными нотками по спине Захарии пробежал холодок. Медленно повернувшись, он посмотрел наверх, во тьму между державшими крышу балками, откуда шел звук. И, когда там сверкнули холодной зеленью два глаза, действительно чуть не заорал.

…

Чарли, в обмен на свои услуги, взял у Девлина кучу еды и немедленно продал её Михаю с Уром за очередную золотую монету. Еще одну он получил за протез. Соня с ним демонстративно не разговаривала, но и не ругалась, что Чарли воспринял как добрый знак.

— Нормально! Она уже успокоилась! Зато, господа, мой капитал множится день ото дня!

— Ты, главное, вспышку не проебай, — предупредил его Михай. — То, шо у них, нашими молитвами, така ситуация, шо домовлятися пришлось, это добре. Тильке як раз поменялося, так и второй раз перевертается в другу сторону. Так шо ежли че, то тикайте так швыдко, як могете. Дом та хабар — хер з ним. Главное ноги унесть.

— Я же говорю — у меня все под контролем.

— Ша! Контролера нашовся! Тебя як индюка — потчуют поки свято не настало. А потим под топор и в печь.

— Вы преувеличиваете. Я уверен, что мы с мистером Девлином — партнеры!

— Ой дурень… Вот кажи мне, коль такий умный, шо таке «партнер»?

— Это значит, что у нас общие дела!

— Яки таки у вас «общие дела»?

— Ну он мне поручил передать вам сообщение…

— А мог ты отказаться? Ну честно скажи, мог? — Михай некоторое время ждал ответа, потом понимающе кивнул. — Та ясно дело, шо не мог. Вин тоби бы в порошок стер. Скажи шо не так?

— Я не буду отрицать, что возможности мистера Девлина больше моих.

— Тогда каки вы в дупу «партнери»? Партнери, это кода вы друг с другом считаться повинны. А ты у него на побегушках и вин тоби пользуе. А як попользуе, то выбросит. Так шо ты ща, як панночка на танцах.

— Это как?

— Замечтаешься — выебут…

Покровительственно похлопав по плечу слегка оторопевшего от глубины этой житейской мудрости Чарли, Михай пошел к Соне.

— На него надежи мало, так шо ты теж нос по ветру держи.

— Мы шо? Уже, таки, перешли на «ты»?

— Так… Коли я дивчине подарунок сделав, то можно уже и на «ты».

— Это какой, позвольте спросить, подарок вы мне сделали? Или вы, таки, за него держите ваш визит посреди ночи?

— Та ни. То так — сурпрыз. А подарок вин в шкафу, где я мачете свое хоронил як первый раз захаживал. Тильке убедитесь, шо дурень тот ушов, а то там в одного рассчитано. Ладно — мы погребли, а то светает скоро. Ежели шо, то кричи. Постараемся подсобити, як смогем. Ну коли смогем.

— Валите уже, помощнички… Помогли уже, теперь спать не засну, буду думать, шо с нами сделают, если это все всплывет!

— Та прорвемся…

Еще раз махнув рукой, Михай закинул торбу с едой за спину, подошел к двери, посмотрел сквозь щель на улицу и, когда Ур подал знак, что все чисто, вынырнул наружу. Соня заперла за ним дверь, потом снова кинула испепеляющий взгляд на Чарли. Тот поспешил сделать вид, что срочно хочет спать и скрылся в своей комнате. Дав ему время и вправду уснуть, Соня на цыпочках подкралась к шкафу. С первого взгляда, ничего нового внутри не появилось, но, уже будучи готовой обругать Михая за дурацкую шутку, она догадалась приподнять лежащие внутри тряпки и охнула. Под ними обнаружилась плитка шоколада. Быстро сунув её в карман, Соня воровато огляделась, осторожно, чтобы не скрипеть дверцей, прикрыла шкаф и на цыпочках побежала к себе, так как и правда не была намерена ни с кем делиться подобным сокровищем.