На дальних берегах. Том второй (СИ) - "sgtmadcat" - Страница 67

Кулак решительно двинулся по коридору и остальным ничего не оставалось, кроме как следовать за ним, по пути осторожно заглядывая в боковые помещения, периодически взвизгивая от ужаса, когда взгляд наталкивался на пугающего духа. Бункер был не то, чтобы большой, но гнетущая атмосфера гулкого подземелья, освещаемого неверным светом факелов на шаг-два вперед и непроглядная тьма, в которой воображение рисовало притаившихся тварей, превратили прогулку по нему в вечность. Прекратились шуточки и бравурные выкрики о том, как, кто и кого сейчас поимеет. Только сосредоточенное сопение, шепот защитных заклинаний и позвякивание раздолбанного оружия, на спусковых крючках которого плясали пальцы. И нервы. Потрескивание натянутых до предела нервов уже не походило на фигуру речи, превращаясь в объективную реальность.

В конце коридора находилась большая комната, где раньше стояла аппаратура и сидели связисты. Именно она, из-за обилия ржавых стоек, которые мародеры не смогли выдрать, и была выбрана для, как это называл Михай, «схрона». Объясняя свой план, он попросил сделать так, чтобы все выглядело спрятанным, но и мимо бы точно не прошли. Это было легче сказать, чем сделать, так что Ур, немало поломав голову над столь противоречивыми требованиями, решил проблему с присущей всем военным простотой. По его задумке, растяжка со светошумовой гранатой в темном бетонном мешке не только обеспечила бы всех присутствующих массой новых ощущений, но и достаточно эффективно привлекла их внимание к нужному месту.

Эффект, однако, оказался даже круче, чем ожидалось. Прогулка по темному подземелью, ежесекундное ожидание пули из любого угла и «убвоба» для полного комплекта расшатали и так не особо стабильную психику «Висельников» настолько, что, когда ловушка сработала, они с паническими воплями принялись палить во все стороны до исчерпания патронов в магазине. А магазины местные, не питавшие особых иллюзий насчет своей точности, любили емкие.

Затем стрельба стихла, уступив место стонам раненых и испуганному подвыванию целых. Кулак и в этот раз умудрился остаться в живых. В него прилетели с пяток пуль, однако все ранения были не опасны. Возможно, спасло то, что идя первым, он оказался оглушен ловушкой настолько, что упал и большинство попаданий оказались рикошетами от стен и пола. Теперь, ничего не видя и громко матерясь, он пытался, сидя на земле, трясущимися руками попасть магазином в рукоять пистолета. Затем, в ярости, отбросил их и принялся тереть руками глаза, которые все еще застилало большое белое пятно от вспышки.

— Где они? — раздался осторожный шепот из коридора, — Вы их грохнули?

— НЕ ЗНАЮ!!! — Кулака душила ярость, вызванная беспомощностью. — Я НЕ ВИЖУ НИХРЕНА!!!

— Это они были? Те твари?

— Я ЕБУ!!? КТО-ТО ОСТАЛСЯ С ГЛАЗАМИ!!?

— Да… Мы там осматривались, нас не зацепило…

— ВЫ ИХ ВИДЕЛИ!!?

— Нет… Вы туда вошли, потом взрыв долбанул, вспышка и стрельба началась! Мы тоже начали стрелять…

— В КОГО!!?

— Ну… В кого и вы… Кулак, ты чего орешь?

— Я НЕ ОРУ!!!

— Ты, наверное, оглох, бро, поэтому тебе кажется, что ты не орешь. А ты орешь!

Кулак взмахнул рукой, чтобы поймать умника и удавить, но тот, зная повадки босса, благоразумно стоял в стороне. Затем кто-то, осторожно и издалека, сунул боссу в руку бутылку. Опорожнив её, Кулак встал и, поморгав, понял, что наконец видит еще что-то, кроме белого. Семеро его людей было убито наповал. Еще четверо пока живы, но, судя по количеству крови, это ненадолго. В ярости треснув стойку, на которой была закреплена граната, Кулак опрокинул её и уставился, подслеповато щурясь, на брезентовый сверток.

Другой бы на его месте подумал про еще одну ловушку, но Кулаку подобные сомнения были чужды, так что, подняв находку, он развернул брезент. Внутри обнаружился довольно новый чемоданчик — ценная по островным меркам вещь. Оглядев подельников, которые столпились вокруг, Кулак щелкнул застежками и застыл, до глубины души пораженный тем роскошным зрелищем, которое открылась его глазам. Часы! Пятеро дорогих часов! Несколько бумажников из крокодиловой кожи! Перстни! Цепочки! И, словно вишенка на торте, хромированный «Кольт» с перламутровыми рукоятками! Снизу, как фон, по дну перекатывались золотые монеты. Их было немного — вряд ли сильно больше двух дюжин, но, вместе с остальным, они создавали ощущение громадного богатства.

— Ты же помнишь, Кулак? — раздалось откуда-то сбоку, — Это я нашел, где пряталась птица!

Двое других претендентов на награду валялись, скорчившись, на полу, поэтому последний оставшийся без зазрения совести присвоил себе данное достижение. Достав перстень, который все равно бы не налез на его толстенные пальцы, Кулак наградил им отличившегося, после чего взял пистолет и повертел, любуясь.

— Вот! Вот такая пушка должна быть у по-настоящему опасного ублюдка!

Сунув «Кольт» за пояс, чтобы все видели, насколько он крут, Кулак нацепил часы на обе руки, а остальным принялся одаривать приближенных.

— Кто мы?!! — закончив, повеселевший Кулак оглядел банду.

— ВИСЕЛЬНИКИ!!! — взорвались те любимой кричалкой.

— Почему?!!

— МЫ УБИВАЕМ И ГРАБИМ!!!

— Твари сбежали от нас в ужасе и мы поимели их на золото!!!

— ДА!!!

— Так что сегодня мы бухаем за их счет!!!

— ДЫА-А-А!!!

— Забирайте убитых и уходим… Тут воняет кошачьей мочой…

…

Кабанов покосился на Кулака, щеголявшего обновками, и вопросительно кивнул.

— Одни «котлы» сними, а то как фраер, в натуре.

— Да, босс… — Кулак, виновато потупившись, стянул часы с левой руки.

— Вот так получше. Да не менжуй ты! Все, что «отработал» — все твое. Я просто с высоты своего авторитета совет даю: двое херовых одни хорошие все равно не заменят, а смотрится дешево.

— Это хорошие, босс… А вторые я для вас принес!

— Серьезно? — взяв часы, Кабанов задумчиво покрутил их в руках, — Ну спасибо за подгон! Кого «выставили», если не секрет?

— Их логово! В норе под вышкой!

— Кого?

— Котов!

— Серьезно? Почему сразу не сказал?

— Мы их не убили…

— Вот как? А они вас?

— Они в нас кинули гранату и убили одиннадцать парней.

— Ну да… Таким хвастать стремно, в натуре… А «котлы» с кого тогда сняли?

— Они спрятали там свое золото.

— А! То-то местные сокрушались, что сейф капитанский был пустой! — Кабанов снова осмотрел часы, — Ну че… Знал их капитан толк в бирюльках… Че еще было?

— Монеты и украшения.

— Много?

— Да, босс.

— Ладно — хоть какая-то ответка, а то до того они вас «в сухую», в натуре, валили…

Разрезав бифштекс, Кабанов задумчиво отправил в рот кусок, потом, неожиданно повернулся к Девлину.

— Кстати об этом… Твои парни афишки развесили?

— О казни? Да, босс, развесили.

— Как думаешь, до корабельных новости дошли? — Девлин развел руками. — Да дошли… Фраера пронырливые — должны были узнать… Теперь надо понять, где их ждать? Захарка, ты что думаешь?

— Я?

— Ты, родимый, ты… Главным умником по ним вызвался — соответствуй.

— Я думаю, что, если они до сих пор не вломились в форт, значит он для них неприступен.

— А то без тебя неясно… Форт неприступен, стало быть, ждут, пока его наружу вывезут.

— Скорее всего.

— А дорога-то от форта до площади длинная. Кулак!

— Да, босс!

— У тебя народу хватит дорогу до города прикрыть?

— Я подниму всех!

— Подымай. Девлин со своими порт будет держать, а Захарке город поручим. Внутрь нехай проскакивают — главное наружу их не выпустить.