На дальних берегах. Том второй (СИ) - "sgtmadcat" - Страница 146

Так что, набегавшись, она села и принялась выцарапывать на стене все, что ей казалось важным. Это был своеобразный дневник, планы, обрывки подслушанного, что ей удалось разобрать, так как между собой люди Ито общались на незнакомом ей языке, но иногда заходили те, с кем разговор шел на местном ислас. Судя по всему, они ждали прибытия главаря, после чего их план должен был выйти на финишную прямую. А они станут им не нужны. Так что времени, дабы что-то предпринять, осталось немного. Но вот что можно предпринять, сидя в каменном мешке?

Вскочив, Келпи опять принялась наматывать круги. Дверь вскрыть не представлялось возможным. Один раз ей удалось, воспользовавшись невнимательностью охранника, просунуть руку в щель, через которую передавали еду, и отодвинуть засов. И даже получилось добежать до лестницы наверх, прежде чем все поняли, что происходит. Но там оказалось заперто. Теперь же на засове висел надежный замок. Окно было зарешечено и через него было видно только отмостку и кусок каменного забора. Именно там Келпи удалось найти стекло, но, после того как она порезала им пару охранников, перед окном все тщательно вымели. Попытка раздолбить цемент вокруг прутьев тоже не увенчалась успехом.

Зарычав от бессилия, Келпи уселась на пол, размазывая по щекам слезы. Во время пребывания в укрытии, в свободное от работ время, Капитан, приняв на грудь, рассказывал про их совместные со Старпомом и Механиком похождения. Как они сбежали от мафии и, украв чемоданы и билеты, обманули жадного газетчика, после чего раздобыли небольшой катерок, приплыли на Санта Флер и там, соорудив фальшивую сигнализацию, ограбили банк. Потом, купив корабль, провозили деньги через границу, а Старпом умудрился походя загреметь в тюрьму, чтобы вытащить оттуда своего приятеля и заодно украл Барабашку, а потом так же лихо спер еще и здоровенный холодильник…

И все это получалось легко, весело и непринужденно, словно в байке, но Келпи верила. Верила потому, что так и должно получатся у людей, которые много знают и много умеют. Умеют водить корабли и чинить их, умеют читать и лечить людей. Умеют стрелять из громадных пушек и натягивать разные канаты, чтобы поднимать тяжести. А она не умеет толком ничего. Все, что она достигла в этой жизни — завела себе здоровенную страшную подругу, да и то умудрилась перепутать её с парнем! Тогда, один на один, поняв, что перед ней тоже девушка, Келпи была в ужасе, так как давать заднюю было поздно. Все видели, как она добивалась своей цели и если бы почти добившись дала заднюю, то неизбежно начались бы вопросы. Поэтому, пока Тайга была сосредоточена на том факте, что она, оказывается, девочка, а не мальчик, то Келпи — на том, как это все объяснить окружающим.

Сказать правду было откровенно страшно. Доказать, что она не знала, за кем увивалась столько времени, не получится. Сказать, что это ошибка — тоже. Единственным вариантом было до последнего делать вид, что все в порядке, надеясь… да хрен знает на что. Судьба в тех местах давала разные зигзаги. Их вот вывезла. Их…

Всхлипнув, Келпи сквозь слезы улыбнулась, вспоминая свою первую ночь любви с Тайгой. Это был тот еще цирк, так как обычный вариант был, в целом, понятен, хотя бы из многочисленных, пусть даже матерно-аллегорических описаний данного процесса в разных скабрезных произведениях народного творчества. А вот что делать им? Что куда вставлять, чтоб было хорошо? И как именно должно стать хорошо? Про это доступные им источники информации о плотских наслаждениях умалчивали. Вдобавок, ситуация осложнялась тем, что обнаженные женщины Келпи не возбуждали. Только сильно позже она начала получать наслаждение от того, что столь мощное тело покорно замирает под её руками, позволяя творить с собой все, что заблагорассудится, а более опытная и раскованная в этих делах Принцесса объяснила детали процесса.

В первый же раз, Тайга, не без основания полагавшая, что может одним неловким движением ей что-нибудь сломать или порвать, старалась вообще не шевелиться. А она ползала по ней, пытаясь понять, что делать, до тех пор, пока не заснула прямо сверху от усталости, вызванной этими усилиями, а еще больше — нервным напряжением от того, как это все глупо и нелепо выглядит. Утром им стыдно было смотреть друг другу в глаза, так что снова попробовать они решились только когда уже свалили из своего района и обосновались у Принцессы. Но все закончилось истерическим ржачем, так как неловкость первого раза уже не скрадывала нелепости их потуг.

Узнав, по поводу чего приключилась столь бурная радость, Принцесса и взялась их просвещать, не до конца, правда, понимая, зачем им это нужно, раз ни ту, ни другую собственно девочки не привлекают. Они и сами не могли это объяснить и остаться просто подругами. Им, скорее всего, помешала наивная уверенность, что друзья друг друга в койке за всякое не трогают. Так что раз уж начали, то назад отыграть уже не выйдет и придется идти до конца…

За дверью раздались шаги, сопровождаемые разговором. Прыжком поднявшись, Келпи подкралась и прислушалась. Незнакомый голос продолжал фразу, которую, видимо, начал говорить еще наверху.

— … собственно, мы для них как вы!

— Как мы? — это был голос одного из подручных Ито. — В каком смысле?

— Ну вы же в курсе, что люди с континента вас не различают? Им что хануми, что миндзоку — один фиг! Вот и с нами так же. Что приполец, что северец, что полесец с чигизом. Для них это все «залесцы». Даже кшездцы с белгранцами. Белгранцам, в целом, похрен, а как кшездцы бесятся, когда их так называют, вы не представляете!

— Зачем ты мне это рассказываешь?

— Ну вы же спросили, кто я по национальности? А как я вам так сразу объясню? У меня в роду такое намешано! Что, собственно, большой плюс, так как могу быть кем хочешь! Хоть суровым залесцем, хоть хлебосольным припольцем, хоть тихим себе на уме полесцем, хоть гордым кшезцем. Кстати, я кшездцем и представляюсь, когда с местной администрацией общаюсь. А то залесцев они боятся.

— Я спросил, откуда вы⁉ В смысле, из какой вы компании⁉

— Точно не помню.

— В смысле?

— А на меня их куча зарегистрирована. Местные правила и все такое. Кстати — беру не дорого. Вот моя визиточка.

— «Регистрация фирм, перевод документов, набор текста грамотно, настройка роялей, печатающих машинок, примусов и карбюраторов». Но мы вызывали сантехника!

— На другой стороне.

— «Электромонтажные работы, кровля, заборы, фундаменты, сантехника». Как вы, хватаясь за все подряд, можете быть хорошим сантехником?

— Лучшим! У меня выбора нет. Четыре дочери. Наряды, украшения, косметика — денег надо караул! Но люблю их… ничего не могу с собой поделать. Даже имена прям на себе набил. Показать?

— Не надо! — судя по голосу, самообладание миндзоку, на которого обрушился вал ненужной информации, было уже на исходе, — если вы лучший сантехник, сделайте так, чтобы в сортире уходила вода!

— Так я уже сделал! Или вы думали я просто так тут с этим тросом шурую? Вот, кстати причина.

— ФУ!!! Это что⁉ Крыса⁉

— Нет — тряпка. Я её размочалил, пока тащил. Но крысы по трубам тоже лазают. А еще змеи. На крыс охотятся. Так что прежде чем сесть, советую посмотреть. На всякий случай. Получить змеиный укус, сидя на толчке — так себе история.

— Обязательно приму это к сведению. Значит, вы закончили?

— Ну, для верности, спустите пару раз. Посмотрим. И, желательно, прогнать остальные лежаки. Для профилактики. Трубы тут глиняные, трескаются и через них прорастают корни. Так что раз в пару месяцев желательно продрать всё стальным тросиком, иначе образуется комок и его уже только выкапывать.

— Не надо. Если будут проблемы, мы кого-нибудь вызовем.

— Вызывайте — приду в любом случае я. Все фирмы по сантехнике в этом районе на меня зарегистрированы. Обратите внимание — телефон у них один, только имена разные. Алекс, Аксель, Алик, Александр. Это чтобы в записных книжках всегда в начале быть. Под буквой «А». Гениальная находка, в самом деле. Жаль, запатентовать нельзя. У хануми редко имена на «А» начинаются, так что когда ищут сантехника, я — первый в списке.