На дальних берегах. Том второй (СИ) - "sgtmadcat" - Страница 142

— Знаю… Но Бай Бей обычно берет дорого. Хотя… Я спрошу у неё. Возможно, ей будет интересен сам процесс. Все-таки девушка, да еще и таких размеров, это интереснее, чем богатый мужчина средних лет.

— В смысле?

— Простите, господин Мисо. Я забыл, что вы не член… нашего клуба. Еще раз извините, если это прозвучало двусмысленно.

— Ладно… То есть, говоришь, это можно устроить?

— Конечно!

— Хорошо!!! — Мисо с довольной улыбкой потер руки. — Отлично!!! Тогда все, пока складывается в мою… нашу! Конечно же, нашу пользу.

— А могу я поговорить с госпожой Тайгой?

— Сначала дела! Давай — пошел! Залипнешь еще тут! Сделаешь, что обещал — и разговаривайте сколько влезет!

…

Устроители боев в «Логове» стремились к разнообразию. Так что после резкой как вода в гальюне Бешеной выпустили Осьминожку — медленную, но длиннорукую и специализирующуюся на борцовских техниках. Тайге удалось засунуть пару ударов, однако после этого Осьминожке удалось схватить её за руку и, с обезьяньей грацией подпрыгнув, сплести ноги вокруг плеча, выламывая сустав всем телом. Рухнув на ринг, Тайга заревела от боли, так как в глазах натурально потемнело. Осьминожка тянула её кисть двумя руками, выгибая спину дугой. Распорядитель склонился над ними, дабы зафиксировать момент, когда Тайга сдастся. Но вместо него та сквозь багровую пелену внезапно увидела двоящуюся фигуру Келпи, которая показывала ей окровавленную кисть с пеньком отрезанного пальца.

Рев разъяренного медведя пронесся под высокими сводами клуба, заставляя дрожать мощные панорамные стекла лож. Осьминожка, почуяв неладное, удвоила усилия, пытаясь удержать противницу, но Тайга, просунув свободную руку под колено давившей на грудь ноги и вывернувшись, сумела выдраться из захвата. Мгновенно сориентировавшись, Осьминожка запрыгнула ей на спину, проводя удушающий прием. В ответ Тайга, хрипя, встала, некоторое время, пошатываясь, постояла, пытаясь сообразить, что к чему, после чего, попятившись, рухнула с ринга спиной вперед.

По местным правилам, тот, кто оказался выбит с ринга, проигрывал. Если же с ринга вылетали оба бойца, проигрывал тот, кто первым коснулся земли за его пределами любой частью тела. И это была Осьминожка, которую приложило так, что она только слабо хрипела. Её хозяин бегал вокруг и возмущенно орал, однако распорядитель только разводил руками. Это было не запрещено, просто дур исполнять подобное до сей поры не находилось. Наблюдавший из кабинета Сапожник, кивнув, повернулся к стоявшей рядом миниатюрной хануми в красном шелковом ципао.

— Ну, как тебе?

— Да. Алена права. Новенькая дерется отчаянно.

— Не жалеет ни себя, ни противника. И интервал между боями маленький. Ей не дают восстанавливаться.

— Работает на износ, — хануми согласно кивнула. — Ито не планирует использовать её долго.

— Хотя она зарабатывает для него недурные деньги и в длительной перспективе могла бы приносить еще больше. Но он как будто не заинтересован в неё вкладываться. Ты выяснила что-то про его дела?

— Выяснила. Но это именно «что-то».

— Выкладывай.

— На Ротонге у него плохая репутация. Официально занимался строительством и недвижимостью, но довольно быстро стал известен как «плохой господин».

— Кидала?

— Еще какой. Работал грязно даже по тамошним меркам. Погорел на том, что попытался кинуть саргашей.

— Я думал, это тихий народец?

— Тихий. Но очень дружный. Так что они его сперва пометили.

— Шрам?

— Да. Полоснули акульим зубом по роже. И отказались на него работать. Он решил их заставить.

— У, бля…

— Все верно. Большая часть его банды, с которой до этого считались даже борёкудан, тихо испарилась в неизвестном направлении. Скорее всего, закатана в бетон по всем стройкам в округе. Узнав об этом, остальные рабочие, бывшие фактически в рабстве, подняли бунт. Работы встали, и Ито оказался должен серьезные деньги серьезным людям.

— Но, судя по всему, он как-то сумел их отдать?

— Или кто-то отдал их за него и теперь он такая же «шестерка», как и Мисо. Но чья — никто не знает. Будем копать дальше.

— Хорошо… Это становится любопытным.

…

Все окна в шикарно обставленной гостиной были закрыты ставнями. Но этого кому-то показалось мало, так что к ним добавили тяжелые портьеры. В остальном это был интерьер, выдержанный в континентальном стиле: с большим столом, курительным уголком возле камина и портретами на оклеенной шелковыми обоями стене. Самый большой изображал пару. Мужчину и женщину. Только вместо лица женщины зияла дыра от выстрела.

Дорого одетый молодой человек делал вид, что разглядывает этот странный портрет, хотя на самом деле он был занят манипуляциями с небольшой серебряной коробочкой с пристёгнутой на цепочку крышкой-гильзой. Молодой человек перевернул коробочку, потряс, затем кувыркнул обратно и, достав гильзу, резко втянул ноздрей её содержимое. Подавил чих, проделал эту же манипуляцию со второй ноздрей, затем, достав платок, вытер под носом, и, заметно взбодрившись, начал пружинистым шагом нарезать круги по гостиной.

Наконец двери распахнулись и слуга вкатил пожилого мужчину в массивном инвалидном кресле. Тот жестом приказал оставить их одних, после чего, положив руку на колесо, развернул кресло так, чтобы лучше видеть молодого человека, который неловко топтался с глупой улыбкой.

— Ты хотел меня видеть? Папа…

— Сколько раз я тебе говорил не появляться мне на глаза в таком виде⁈ — мужчина окинул презрительным взглядом расширенные зрачки и покрасневший нос сына. — Товар надо продавать, а не использовать самому.

— Просто хочу убедиться, что наши клиенты получают только лучшее!

— Заткнись! Меньше всего мне сейчас хочется выслушивать твои тупые шуточки! Что произошло на Малатане? Ты должен был забрать человека, который убил Мигеля. Где он? И что это за девки, про которых мне докладывали?

— Приполец сбежал от местных. Так что они предложили взять других людей из его команды взамен. Я выбрал двух девок.

— Он сбежал и вы даже не попытались его найти⁉ Он убил твоего брата!

— Мы пытались. Но эти морячки устроили там натуральную войну. Взрывы, стрельба, губернатор погиб.

— И ты трусливо сбежал!

— Нет, папа… Сбежал я тогда, когда туда направился Бигерт. Ты же знаешь — он полный отморозок.

— А ты⁉ Ты — Бароза! «Грабь, насилуй, подчиняй» — вот наш девиз!

— Это сложно делать, когда у тебя шестнадцать человек, а у Бигерта — небольшая армия. И, кстати, просто чтобы ты был в курсе: в Островах тебя никто особо не знает и не боится.

— Потому, что страх и славу Бароза туда должны были нести мои сыновья! Но двое из них потратили время, пытаясь убить друг друга за контроль над Порто, а третий — бесполезный наркоман, который сбежал при первых признаках опасности!

— «Если не можешь получить, что хочешь — бери, что можешь». Ты сам это говорил. Тем более, что у меня есть план.

— Я уже чувствую запах какого-то дерьма.

— Старый добрый папочка, для которого никто недостаточно хорош. Кстати, а что с тем человеком, который убил Руиса? У тебя получилось его достать? Нет? А почему? Не потому ли, что это настолько хитрая и опасная сволочь, что сам может прийти за тобой?

— ЗАТКНИСЬ, ЩЕНОК!!! ЕЩЕ ОДНО СЛОВО!..

— И что? Убьешь меня? И кто у тебя останется? Ах да! Малышка Мария! Кстати, я что-то давненько не видел свою младшую сестренку…

— Она не твоя забота, — мужчина все еще выглядел рассерженным, но сбавил тон. — Твой план… в чем он?

— О! Решил меня выслушать, папа! Так вот — тебе понравится! Те две девки, кстати, его часть.

— Я не знаю ни одного хорошего плана с участием женщины.

— Не торопись осуждать, как обычно. Если помнишь, то я, по твоей милости, провел много времени на Ротонге. Интересный город, хоть и клоака та еще. Сильная конкуренция.