Мастер драгоценных артефактов 6 (СИ) - Сапфир Олег - Страница 7

Я отхлебнул вина и поморщился. Кислятина редкостная. Но уж лучше, чем местная вода. Там вообще непонятно какие бациллы плавают.

Да уж, свинью городу я подложил знатную. Но, положа руку на сердце, меня это не сильно-то терзало. Люди сами сами уверовали непонятно во что, а по факту статуя не берегла их ни от чего — только силы вытягивала.

Так что — невелика потеря.

— Ладно, не переживай, — махнул я рукой.

— Что дальше делать будем?

— Вот сейчас каши поедим, и подумаем.

Катарина покосилась на миску с бурой размазнёй, которую нам подали вместо каши, и скривилась.

— Еда мне здесь совершенно не нравится, — заявила она. — Какое-то тут всё… не такое.

— Даже больше могу тебе сказать, — хмыкнул я. — Половина еды в этом городе вообще не отсюда.

— В смысле — не отсюда? — ведьма изогнула бровь. — Как это?

— А вот так. У неё другая энергия. Ты никогда об этом не задумывалась?

— Об энергии еды?

— О том, откуда эта самая еда берётся. Ты видела, чтобы в городах что-нибудь выращивали? — спросил я.

— Ну… в деревнях рядом выращивают, — пведьма ожала плечами.

— Выращивают, — согласился я. — Но не столько, чтобы на целый город хватило. Где-то злаки растят, где-то овощи да фрукты. Где-то скот держат или охотятся. Это всё город скупает его у селян за копейки. Но столько еды, чтоб прокормить тысячи ртов, ни одна деревня в округе не даст. Урожай не тот.

Катарина задумалась, машинально ковыряя ложкой в миске.

— Ходят слухи, что есть такие тайные подземные фермы, прямо в городах, — сказала она. — И там будто бы выращивают еду, а работает совсем немного людей.

Я усмехнулся.

— Ага, мне в Мирнограде тоже такие сказки рассказывали. Мол, где-то в подземельях скот разводят. Только это всё чушь. Магией еду из ничего не вырастишь. Вернее, можно, конечно, но такая пища имела бы совершенно особые свойства. Я бы это сразу почуял.

— Тогда откуда еда? — Катарина отложила ложку и посмотрела на меня в упор своими изумрудными глазами.

— Из порталов, — спокойно ответил я. — Растят её где-то в другом месте, далеко-далеко, а сюда переправляют готовенькую.

Ведьма долго молчала, переваривая услышанное, а потом наклонилась ещё ближе и прошептала:

— Думаешь, это те же люди, которые зиму наслали и за нами наблюдают?

— А кто же ещё, — пожал я плечами.

Катарина откинулась назад, побледнев. Помолчала немного, глядя куда-то сквозь меня, а потом вдруг спросила:

— А этот камень из статуи… он поможет защитить наши земли?

Я громко расхохотался.

Народ в таверне разом обернулся ко мне с недовольными рожами. Мол, чего это тут чужак веселится, особенно когда в городе бунт назревает.

Я поднял руку и во всеуслышание объявил:

— Всем пива за мой счёт!

Таверна тут же одобрительно загудела, кто-то даже крикнул что-то хвалебное. Я подозвал разносчицу, сунул ей пару монеток, и она упорхнула выполнять заказ.

Отдавая девушке деньги, я уже не в первый раз подумал о том, что пора начать чеканить свою монету. Небольшой запасец серебра и золота у меня имеется, но приходить куда-то с маленьким слитком серебра — это же сразу куча вопросов. Хотя деньги в наших краях ходят не слишком широко — бартер частенько выходил куда сподручнее.

Ладно, это потом.

— Да, — ответил я Катарине. — Благодаря этому камню мы много чего сможем сделать. И людям поможем, и земли защитим. Но есть загвоздка. Для начала мне придётся подвергнуть всех нас невероятной опасности.

— Это обязательно? — ведьма вытаращила глаза.

— Нет, — честно сказал я. — Не обязательно. Просто я в этих делах не слишком опытен. Знаний маловато, чтобы сделать всё как надо.

Катарина недоверчиво посмотрела на меня, и в глазах её было полно вопросов, но я не стал вдаваться в подробности.

А подробности были такие: сделать по-нормальному, конечно, можно. Только я ни разу не заклинатель. Всё, что связано с камнями — тут я как рыба в воде. А вот то, что мне предстояло, требовало совсем других навыков.

Нужен создать мощный, хорошо управляемый выброс энергии. Такое обычно делают маги, которые умеют ворочать огромными потоками силы, а это совсем не моя стихия.

Поэтому я сделаю так, как умею. По факту, я всегда так и работал.

Рискованно, спору нет. Но когда под рукой своя лаборатория, крутое оборудование и гора артефактов — риск сводится почти к нулю. Любой лишний выброс можно не выпускать в мир, а аккуратно направить в кристаллы, пусть себе копится.

Вот только здесь ничего этого у меня не было. Ни лаборатории, ни нужных кристаллов. Отсюда и опасность.

— Ладно, — подытожил я. — Сегодня ещё здесь переночуем. А завтра попробуем выбраться из этого гостеприимного города.

Я поднялся из-за стола и направился к хозяину таверны, который как раз выкатывал бочонок пива для осчастливленных мною посетителей.

— Нам одну комнату, — сказал я.

Хозяин, не отрываясь от бочонка, спросил:

— С одной кроватью или с двумя?

Я мысленно вздохнул с облегчением. Вот и славно, что тут есть комнаты с раздельными кроватями. Теперь Катарине не придётся снова смущаться и делать вид, что она не прижималась ко мне во сне.

— С одной, — вдруг раздался её голос за моей спиной.

Я обернулся. Катарина стояла с розовыми щеками.

Я вопросительно приподнял бровь.

Она посмотрела на меня и одними губами шепнула:

— Безопасность.

Я пожал плечами. А что, логично. Разделяться и правда не стоит, даже в комнате. Или ей просто понравилось меня обнимать?

— С одной, — подтвердил я хозяину.

Я проснулся ещё до рассвета, потому что дрыхнуть было некогда.

За окном стояла глухая предутренняя чернота. Катарина уже тоже не спала — сидела на краю кровати, напряжённая, как натянутая струна.

— Если нас поймают, — проговорила она, — убьют не сразу. Это будет долго и очень мучительно.

— Не парься, — зевнул я. — Всё будет хорошо.

Я поднялся, поплескал в лицо ледяной водой из кувшина и достал из сумки нужный камень. Подошёл к дальней стене, которая выходила на задворки, и принялся елозить по ней кристаллом.

Камень тихо шипел, и там, где он касался кладки, та начинала размягчаться и оплывать, будто таяла. Через пару минут в стене образовалась аккуратная дыра, достаточная, чтобы протиснуться.

— А теперь, — сказал я, отряхивая руки, — нам нужно очень быстро отсюда валить.

Мы выбрались наружу через пролом, стараясь не шуметь. Тёмный двор был пуст. Я тихонько провёл Катарину к конюшне, и мы вывели наших лошадей, стараясь не потревожить дремлющего конюха.

У ворот конюшни я достал фляжку с водой и особую мисочку. Плеснул воду, бросил туда два камушка. Те тут же зашипели и начали растворяться, окрашивая воду в бледно-голубой цвет.

— Катарина, будь готова, — бросил я через плечо.

Я поднёс мисочку к морде лошади ведьмы, дал ей отпить. Потом напоил Громилу. Животные фыркнули, забили копытами.

Мы с Катариной запрыгнули в сёдла и рванули с места.

И вот тут началось веселье. Напитанные магией лошади понеслись так, что у меня перехватило дыхание. Они буквально полетели над заснеженной мостовой, как две выпущенные из лука стрелы. Тёмные улицы слились в сплошную смазанную полосу.

Стражники у городских ворот даже сообразить ничего не успели. Кто-то, кажется, что-то крикнул вслед, но ветер тут же унёс его голос.

Дороги за воротами завалило, ехать было тяжело и неудобно даже нашим взбодрённым скакунам.

— Активируй тепловое заклинание! — крикнул я Катарине сквозь свист ветра. — Нужно поскорее добраться до моих владений!

— Погоня⁈ — ведьма на ходу обернулась.

— Нет, просто кристалл под завязку набит энергией, и он не совсем стабилен!

Катарина не стала переспрашивать. Вытянула руку вперёд, и с её ладони хлынула волна тепла. Метров на двадцать перед нами снег и лёд начали таять, расчищая путь.

Грубовато, конечно, расточительно до безобразия. Само заклинание было проще некуда — но применить его вот так, для расчистки дороги на скаку…