Собственность Батура (СИ) - Роман Виолетта - Страница 10

Снова этот ужасный запах. Я отворачиваюсь, стону от того, как сильно болит моя голова. А он снова приставляет к моему носу ватку с нашатырным спиртом.

- Пришла в себя — раздался над головой его тихий голос.

Раскрыв глаза, я поняла, что лежу в его комнате. Мы одни. Батур отходит в сторону. Слышу звон стекла — он наливает в бокал алкоголь.

Я пытаюсь подняться, но Батур не дает мне сделать этого.

- Второй раз за день — слишком много. Лежи, я вызвал врача.

Я не стала спорить. Тем более, как только оторвала голову от подушки, она снова поехала.

Батур устроился в кресле напротив. Неспешно попивая алкоголь, он не сводил с меня задумчивого взгляда. Я тоже смотрела на него.

Впервые могла позволить себе внимательно рассмотреть черты его лица. Высокий лоб, смуглая кожа, римский нос, густые, хмуро сведенные брови и черные глаза. Из всего образа выбивались только губы — они были пухловатыми, изящно изогнутыми — слишком смазливыми для такого как он. Складывалось ощущение, будто Батур улыбается, хотя это было далеко не так. Впервые для себя я осознала, что этот мужчина весьма привлекателен внешне. Если бы не его жестокий нрав и грубость, если бы мы встретились с ним на улице как два прохожих, и он не был моим похитителем, я бы могла назвать его красивым.

- Почему ты не сбежала?

Его хрипловатый голос вырвал меня из раздумий.

Я посмотрела на него, поймав себя на мысли, что и сама не могу толком объяснить содеянного. Поэтому выдала то, что первым пришло на ум. Пусть и казалось сейчас это чем-то нереальным.

- Я не хотела, чтобы ты умер. Не смогла уйти, хотя такие мысли были.

Он прищурился. Все не отводил от меня глаз, словно взвешивал мои слова.

- Что ты видела? Это были люди Закира?

- Нет. Это не они. Одного звали Рустам. Они говорили на русском. Говорили, что нужно тебя сжечь, чтобы никто не узнал, как ты умер. Они словно следы заметали…

Батур сжал кулаки. Он опустил взгляд в пол, размышляя над моими словами. У меня сложилось впечатление, что он понял о том, кто это был. И вывод ему явно не понравился.

- Ты знаешь русский? — вопрос прозвучал удивленно.

- Я знаю три языка. Русский, арабский и английский.

Он кивнул.

- Не знал, что дочь Закира прилежная ученица…

Я не стала отвечать на это замечание. Я думала о том, что сейчас самое подходящее время для правды. Я должна признаться ему. Сейчас есть надежда на то, что он пощадит меня. Жизнь за жизнь. Такие, как Батур относятся серьезно к подобным вещам.

Он поднялся с кресла и, приблизившись ко мне, уселся рядом, на краю кровати. Продолжая задумчиво смотреть на меня, коснулся пальцами моего виска. Когда Батур убрал руку, я заметила на них кровь.

- Это моя, не переживай, — произнес тихо, в ответ на мой испуганный взгляд.

Я прочистила горло, собираясь с духом для следующей фразы.

- Батур, я… хотела поговорить с тобой.

Вдруг постучали в дверь. В следующее мгновение она открылась, в проеме показался Саид.

- Док приехал.

Батур кивнул, сжав пальцы на моем плече.

- Пусть заходит.

Саид нахмурился.

- Я думал, тебя сначала зашьет. Нах*ра этой суке то врач?

Батур напрягся, его пальцы вдруг так сильно сжали мое плечо. Я вздрогнула. А он, поняв, что сделал мне больно, ослабил хватку.

- Саид, я, бл*ть, сказал пусть заходит сюда!

Дверь захлопнулась. Батур посмотрел на меня. Теперь его взгляд был жестким и напряженным.

- Лежи. Сейчас тебя посмотрят. Разговор продолжим потом. Пока что у меня есть срочное дело.

— Готово, — заклеив пластырем рану, док кинул в сумку инструменты.

Я отпил немного виски. Надоедливая, пульсирующая боль сильно выматывала. Но еще сильней изводила мысль о произошедшем недавно.

- Рану зашил, обработал. Проблем не должно возникнуть, но, если будет сильно болеть, выпьете вот это, — док положил на стол пластинку с таблетками.

Я натянул обратно майку.

- Что с девушкой?

Малик посмотрел на меня. В его взгляде читалось осуждение, но что-либо против он сказать так и не решился.

- У нее сильное истощение. Я сделал ей капельницу с витаминами. Нужен покой, хороший сон и питание. Через пару дней будет как новенькая.

Я кивнул.

- Спасибо, Малик, — пожал ему ладонь.

Вытянув из верхнего ящика стола стопку банкнот, вручил ее доку.

Спустя несколько минут он ушел, оставив меня разбираться с более сложными задачами. Вот только мысли были не о том, что должно сейчас меня волновать. Раз за разом перед глазами вспыхивали картины произошедшего. Ее испуганный, но вместе с тем, вдруг ставший нежным взгляд. Ее поступок. Как ни старался, не мог объяснить его себе. На кой черт ей спасать меня? Вытягивать из горящего здания того, кто похитил ее, кто хотел тр*хнуть против воли?

Этот ее поступок… он что-то сделал со мной. Мне было некомфортно. Я чувствовал себя слабым, слово остался без бронника под перекрестным огнем.

Мне не нравилось то, как действует на меня ее запах и ее близость. Она слишком плохо на меня влияет. И все, чего я хотел сейчас — избавится от нее. Быть как можно дальше. Но мысль о срыве сделки, о том, чтобы оставить эту суку себе — в последние полчаса, она преследовала меня.

В дверь постучали. В комнату вошел Дамир. Запыхавшийся, злой и взвинченный. Пройдя прямиком к бару, он наполнил себе бокал.

Я сидел и смотрел на него, наконец-то озадачившись правильным вопросом. Кто? Кто, бл*ть, навел на нас тех ублюдков.

Нападение было продумано четко, до последней мелочи. Момент то был идеальный! Все уехали в город, со мной в клубе пару шл*х осталось, да Аиша. Чтобы так рассчитать была необходима постоянная слежка за мной, либо… крыса.

Я мало когда ошибаюсь. Сейчас мое чутье говорит мне о том, что это спланированный ход. Что это дело рук одной мрази, решившей, будто умнее меня.

- Я не нашел их, — раздался голос брата.

Я поднял глаза, продолжил, молча смотреть на него.

- Я объездил все окрестности, никто не видел их джипа. Либо сучка врет, либо они съ*бались как летучие мыши.

- Сучка не врет, Дамир. Я видел ее глаза, она говорит правду. От первого и до последнего слова.

На губах брата змеилась улыбка.

- Если это правда, то у нас всего два варианта, Батур. И второй вариант самый паскудный. Его нужно отрабатывать.

Мне не нравилось то, как легко он приписывает предательство к человеку. Одному из нас, тому, кто прошел со мной самые трудные времена. В отличие от Дамира, я не привык разбрасываться людьми.

- Саид много раз ходил по острию ножа, — проговорил, сжимая в руках бокал. Я злился на брата.

- Он часто подставлял нас из-за своей вспыльчивости. Но кто у нас не вспыльчив, Дамир? — после этих слов брат напрягся. Он пытался сохранить видимость спокойствия, но я — то знаю его. Слишком много злости было в его взгляде.

- Много лет после смерти отца ты избегал меня. Пока не попал в такую задницу, что мне пришлось половину города перестрелять, дабы вытянуть тебя.

Его лицо застыло в напряжении.

- Я думал, мы уже забыли об этом, — проговорил с обидой. Я усмехнулся.

- Мы забыли, Дамир. Просто и с Саидом не так все легко.

- Что сложного?! — взорвался брат. — Если верить шл*хе, те, кто напал были русскими. С русскими замечен Саид. Именно он воротил с ними дела за твоей спиной до того, как попал за решетку. Откуда ты его и вытянул. Среди всех нас нет больше никого, кто как-то контактировал с группировкой Орловского. Пусть придет сюда и объяснит. Под дулом пистолета люди обычно говорят правду.

У меня больше не было желания вести этот разговор. Поднявшись с кресла, я посмотрел на часы.

- Через два часа нужно выдвигаться. Провернем сделку, а потом разберемся с этим вопросом. Вполне возможно, эти мрази хотели сорвать именно ее. Как только Закир передаст мне бумаги, я стану полноправным хозяином его компании. А это значит, что мы выйдем на новый, международный уровень. И даже сам глава государства нам не указ, — улыбнулся, предвкушая маячащие перспективы.