Причины жить - Хейг Мэтт - Страница 1

Published by arrangement with Canongate Books Ltd, 14 High Street, Edinburgh EH1 1TE and The Van Lear Agency LLC.

Copyright © 2015 by Matt Haig

© Дарья Ивановская, перевод на русский язык, 2025

© Издание на русском языке. Livebook Publishing LTD, 2026

Тут такой нюанс: любую книгу писать в принципе тяжело, писательство – та еще затея, даже если книга маленькая, вроде этой. Но я просто хочу сказать, что работа над данной книгой не оказалась сложнее прочих только из-за ее темы.

На самом деле, я был вполне готов, когда приступил к ней. К тому моменту я уже довольно далеко ушел от прежнего юноши, который не мог даже выйти из дома, не словив паническую атаку. Книга помогла мне исцелиться. В тишине отчаяния нашлись слова. Хлынули потоком. Я как будто посещал терапевтические сеансы, а в роли психотерапевта выступал невидимый читатель.

Идея была простая: написать такую книгу, которой у меня не оказалось, когда я в ней остро нуждался. Такую книгу, с которой люди будут чувствовать, что их понимают и они не одиноки. Такую книгу, которую создал не врач, психолог или некий ученый, а простой человек, переживший кое-что жесткое и теперь рассказывающий об этом насколько можно честно. Я писал и таким образом как бы предлагал искреннюю надежду. Я хотел сделать ее простой и понятной, потому что сам помнил, как тяжело бывает понимать книги, когда мозг горит огнем. Я нарочно выбирал самые простые и сильные слова.

Теперь-то я понимаю, насколько она далека от идеала. Главная проблема была в том, что я сам не до конца знал историю, которую записывал. Чего-то не хватало. Недостающий кусочек нашелся несколько лет назад, когда мне диагностировали СДВГ и аутизм. Я не всегда понимал причины своей депрессии – и сейчас не понимаю, – но мне хотя бы стало ясно, что выгорание было определяющим фактором.

В нынешнем переиздании я сделал на это некоторую поправку. Упомянул немного о нейроразнообразии, чуть-чуть поменял формулировки. Кое-где убрал неактуальные определения вроде «совершить самоубийство» и «депрессивный». Конечно, бессистемность изложения никуда не делась. Я хотел ее сохранить. Книга изначально писалась как поток сознания, отчасти потому, что я не рассчитывал на большое количество читателей. А отчасти – я только по мере написания стал понимать, что за книга у меня получается.

Я писал мемуары? Пособие по самопомощи? Или, как решили в одном книжном магазине, издание для раздела «Поэзия»? (Любой, кто возьмется это читать в надежде увидеть сборник стихов, будет крайне разочарован – правда, не так сильно, как человек, который заказал ее по интернету, потому что она была на первом месте в серии «Биографии фокусников».)

В общем, эта книга – помесь всего и сразу. Можно сказать, непроизвольный крик души. Письмо в прошлое – тому прежнему мне, который когда-то стоял на краю обрыва. Сейчас я понимаю, что на тот момент я таким образом пытался почувствовать себя менее одиноким. Я писал и как будто посылал эхолокационный сигнал в поисках таких же, как я, людей, ведущих свою собственную невидимую войну.

Сейчас мне сорок девять.

Единственная причина, по которой я сейчас об этом сообщаю, – это тот факт, что в двадцать четыре года я был уверен, будто не доживу до двадцати пяти. Будущее было исключительно гипотетическим. И эта книга появилась – и остается реальной – для всех, кто не верит в возможность собственного будущего. Или видит вещи под другим углом. Это – самая неидеальная из моих книг. И именно ею я горжусь сильнее, чем остальными.

Это книга, которая была задумана не как окончание разговора, а как его начало.

Это книга, которая должна была подчеркнуть для всех и каждого то, что жизнь буквально выжгла во мне: наш разум может нас обманывать. У жизни для нас припасено гораздо больше, чем видится из темницы личного отчаяния. Мы можем измениться. Мы можем найти ключи в темноте. И иногда именно через чужой опыт – даже если он совсем не совпадает с нашим – мы обретаем надежду.

Иногда самое трудное – это остаться. Но моя книга – напоминание, что оно того стоит. Жизнь – больше, чем депрессия. И каждый из вас – тоже.

Я никоим образом не должен был дожить до нынешнего момента. Временами я даже сомневался, что протяну десять минут. И было совершенно невозможно поверить в саму мысль, что я буду в достаточной степени здоров и уравновешен, чтобы таким образом обо всем написать.

Один из главных симптомов депрессии – отсутствие надежды. И веры в будущее. Никакого света в конце тоннеля: тебе кажется, что этот тоннель, в котором ты находишься, запечатан с обоих концов. Если бы я только знал свое будущее, которое оказалось гораздо светлее, чем все, что я мог себе представить, то каменную кладку в конце моего тоннеля просто разорвало бы на части, и я бы увидел свет. Сам факт того, что эта книга существует, подтверждает вот что: депрессия лжет. Депрессия вселяет тебе в голову ошибочные мысли.

Но сама по себе депрессия – не ложь. Она реальнее, чем все, что случалось в моей жизни. И она, разумеется, невидима.

Другим кажется, что ничего вообще не происходит. Ты живешь, как будто у тебя голова в огне, но при этом никто из окружающих не видит пламя. И таким образом депрессия – поскольку она невидима и загадочна – стигматизируется. Стигматизация особенно жестоко влияет на людей в депрессии, поскольку стигма влияет на мышление, а депрессия – это как раз болезнь мышления.

В депрессии тебе кажется, что ты совсем один, и что никто не испытывает того, что испытываешь ты. Ты так боишься показаться сумасшедшим, что стараешься держать все в себе, боишься, что люди от тебя отстранятся, и потому замыкаешься и ни о чем не рассказываешь. И это плохо, потому что проговаривание помогает. Слово – произнесенное или записанное – связывает нас с миром, поэтому, если поговорить с кем-нибудь или записать свои переживания, станет легче поддерживать связь друг с другом и с самим собой.