Владимир, Сын Волка 7 (СИ) - Ибрагим Нариман Ерболулы "RedDetonator" - Страница 1

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 27 мая 2000 года*

Владимир Жириновский вошёл в зал заседаний Совета обороны СССР, бросил пальто на диван и рассмотрел всех присутствующих.

— Что случилось? — спросил он.

— Эль-Фаллуджа случилась, товарищ президент, — ответил генерал армии Варенников.

— Да ну⁈ — с удивлением спросил Жириновский и резко сел за стол. — Я хочу услышать подробности!

Валентин Иванович посмотрел на Игоря Дмитриевича Сергеева, начальника Генштаба ВС СССР.

— Всё прошло почти по плану генерала Рохлина, — заговорил тот. — 13-я дивизия ополчения Иракской армии начала совершать акты неповиновения, грабежа мирного населения, а также массового дезертирства с оружием. Всего, за последние три недели, Эль-Фаллуджу покинула почти половина дивизии. Ради укрепления позиций, с Южного фронта был снят 1-й батальон 4-го полка 9-й мотострелковой дивизии «Баирума», который должен был восстановить порядок в городе, но ему в этом воспрепятствовали как ополченцы, так и городское население.

— Замечательно, — улыбнувшись, сказал Жириновский. — А американцы?

— Происходящее не ускользнуло от их внимания, — ответил начальник Генштаба. — Они сконцентрировали силы на левом берегу Евфрата: около семи мотострелковых батальонов, один танковый батальон и одну амфибийно-штурмовую роту из 1-й дивизии морской пехоты. Учитывая низкий боевой дух ополчения, а также ограниченное количество солдат из регулярной армии, этих сил было бы достаточно для создания плацдарма на правом берегу Евфрата и дальнейшего захвата Эль-Фаллуджи.

— А это просто превосходно! — воскликнул Владимир. — И что было дальше?

— Полковник Алдивани, командующий обороной города, выставил на оборону берега реки подразделения ополчения, — продолжил генерал-полковник Сергеев. — Как и было запланировано, ополченцы отступили сразу же, как понесли первые потери, но это было ожидаемо американцами, поэтому они закрепились на плацдарме, взяли под контроль мосты и начали переброску сил на правый берег. К этому моменту к ним уже присоединились 1-й и 7-й батальоны из 25-й бригады воздушной кавалерии аэромобильных войск Польши.

— Воздушной кавалерии? — саркастическим тоном переспросил Жириновский. — Они там с конями на вертолётах летают? Или на пегасах транспортируются? Ха-ха-ха!

Начальник Генштаба ВС СССР лишь пожал плечами.

— Полковник Алдивани приказал выждать до завершения полной переброски вражеских сил на правый берег, — продолжил он. — Как только это было сделано, вражеский плацдарм был обстрелян РСЗО, миномётами и ствольной артиллерией с ранее скрытых позиций. А сразу после завершения артподготовки в бой вступили батальоны 2-й танковой бригады «Редума» и батальоны ополчения. Мосты были уничтожены корректируемыми снарядами, а натиск оказался слишком силён, поэтому вражеские силы были уничтожены почти полностью — часть вражеских военнослужащих удалось принудить к сдаче, а часть погибла в бою или утонула в реке. Но многие военнослужащие из задействованных в штурме подразделений противника, всё же, сумели отступить через реку.

— Сколько пленных взяли? — спросил Владимир.

— Ко вчерашнему вечеру были взяты две тысячи семьсот двадцать девять пленных, но до сегодняшнего утра дожили две тысячи шестьсот девяносто семь человек, — ответил генерал-полковник Сергеев. — Их сейчас должны эвакуировать из города по тоннелям, чтобы передать в тыл.

— А убитых сколько? — спросил Жириновский.

— 3382 человека было обнаружено непосредственно на поле боя, — ответил начальник Генштаба. — Но мы не можем оценить количество утонувших военнослужащих, поэтому окончательное число погибших установить не представляется возможным.

— Но это же замечательный результат! — воскликнул Владимир. — Это ведь почти половина от потерь за последние два месяца! Великолепно!

Вся эта история с Эль-Фаллуджей, в которой всё было плохо с дисциплиной ополчения, настроениями мирного населения и реальным количеством солдат регулярной армии — это, естественно, была тщательно продуманная и скрупулёзно осуществлённая инсценировка.

Генерал-полковник Рохлин, ещё в бытность миротворцем в Югославии, славился своими изощрёнными психологическими играми с боевиками — он вводил их в заблуждение, побуждал к активным действиям и заманивал в огневые мешки на нейтральных территориях. За это его до сих пор не любят многие в Боснии и Герцеговине, Югославии и Хорватии, но зато уважают, как врага.

А вот американцы — это противник другого уровня и их нельзя провести на хлебном мякише, поэтому он действует гораздо более изощрённо и тонко. В рамках более тонкого подхода, он предложил очень смелый и рискованный план, в стиле Сунь-Цзы.

В специально предусмотренных для этого зданиях Эль-Фаллуджи, задолго до начала «Трепета пустыни», были размещены несколько десятков БМПТ и танков, о которых американцы точно не знали. Боеприпасы и топливо закладывались сразу на один месяц интенсивных боёв, а экипажи прибыли непосредственно до начала оборонительной операции, в форме обычных мотострелков.

И подразделения ополчения в городе разместили не абы какие, а самые боеспособные и морально крепкие. Они, судя по всему, сумели отлично исполнить роль деморализованных и расхлябанных ополченцев, вот-вот готовых дезертировать.

Да и сам город укреплялся с учётом штурма с запада — силы Коалиции просто не могут его обойти, поэтому штурм был заложен в оборонительный план за шесть-семь лет до начала войны.

Даже планировка зданий указывает на то, что была запланирована оборона от штурма с западного берега: здания на западном берегу построены из газобетона с гипсокартоном и не имеют окон, выходящих на восток, а на правом берегу здания построены из железобетона и тоже не имеют окон, выходящих на восток.

Несомненно, американцы понимали, что Эль-Фаллуджа будет нелёгкой целью, но они сильно недооценили степень желания иракцев нанести им максимально тяжёлый ущерб.

— Иракским войскам удалось захватить целыми два танка М1А2 «Абрамс», а также две польских БВП-1, то есть, БМП-1, если называть вещи своими именами. Остальная вражеская бронетехника была уничтожена артиллерией, БМПТ, танками и имевшимися у подразделений противотанковыми средствами.

— Ну, теперь они будут утюжить Эль-Фаллуджу всем, что есть… — произнёс Жириновский.

— Уже утюжат, — сказал на это генерал армии Варенников. — Среди мирных жителей большие потери — эвакуация продолжается, но населения слишком много и оперативно эвакуировать всех тоннелями не получается, а автоколонны подвергаются авиаударам.

— Это прискорбно, — произнёс Владимир. — Почему их не эвакуировали заранее?

— Большую часть эвакуировали до начала оборонительной операции, — ответил министр обороны. — Но план эвакуации был сорван серией ударов корректируемыми бетонобойными бомбами, совершённых авиацией Коалиции семь суток назад — основной эвакуационный тоннель был завален и его расчистка закончилась менее трёх суток назад.

— Досадно… — сказал Жириновский. — Но это война…

— Да, это война, — произнёс генерал армии Варенников.

— Игорь Дмитриевич, вы сказали, что «почти по плану» Рохлина, — вспомнил Жириновский оговорку начальника Генштаба.

— План предусматривал засаду на ограниченное число подразделений противника, — пояснил генерал-полковник Сергеев. — Полковник Алдивани проявил самоуправство, когда позволил противнику перебросить на правый берег так много сил. Ему простили эту авантюру только потому, что противник не сумел перегруппироваться и отразить натиск.

— В генералы метит этот Алдивани… — усмехнувшись, произнёс Жириновский. — Молодец — когда ж ещё метить в генералы, как не во время войны⁈ Ох, какое утро! И американцы умылись кровью, и поляков приструнили! Будут знать, подонки, как на Ирак нападать!