Город падших ангелов (СИ) - Гражданцев Семен - Страница 5

Открыл и огорченно вздохнул — она была практически пуста, на дне виднелась лишь сломанная на две части круглая пудреница с небольшим зеркальцем. Сунул внутрь руку, надеясь найти хоть что-нибудь, и вдруг нащупал что-то твердое и плоское внутри подклада. Открыл сумку шире, пригляделся и заметил в складке ткани маленький замочек-молнию. Расстегнул ее и увидел небольшой кармашек для документов. В нем лежали две карточки.

Достал первую — водительское удостоверение на имя Роуз Галета. Ну, уже кое-что. Посмотрел на вторую — визитка. На темном мраморном фоне была отпечатана золотистая надпись: агентство досуга «Камелот». Так, а вот это уже интересно.

На обратном пути съездил в спортивный магазин и купил туристическую пенку. Ну или коврик для йоги — я так и не понял, на что это больше похоже. Но спать на голом полу мне не хотелось, и я решил выбрать такой вариант. Понятное дело, что надувной матрас был бы удобнее, но это только кажется — слишком мало места для него. А если надувной матрас постоянно надувать и сдувать, то в резине появятся микротрещины. К тому же я учитывал привычку нынешних времен ходить по дому в обуви, и пусть сам этого избегал, Сара постоянно входила так, да и Касселс тоже.

А любая мелкая песчинка — и все, матрасу конец, потом езжай в спортивный магазин за ремнабором. А пенку скрутил, перехватил резинкой и убрал, никаких проблем. Да, не очень мягко, но лучше, чем как сейчас.

Остаток дня я потратил на то, чтобы купить вольер для петуха. Подумал хорошенько, съездил в зоомагазин, но естественно ничего там не нашел, хотя корм для кур там имелся, как и вольеры для собак. Поговорил с продавцом, и он подсказал мне адрес в Хоторне, где его знакомый парень варит специальные клетки для кур. Я сперва подумал, что их покупают владельцы бойцовых пород, и решил, что неплохо было бы его потрясти.

Приехал, спросил — он сказал, что сейчас ничего нет, но он может сделать клетку за пару дней. Но мне тянуть еще два дня не хотелось, так что я спросил, не может ли он сообразить что-нибудь побыстрее. На что он сказал мне, что у него есть знакомый, который держит кур и в ближайшее время будет резать их на мясо, и что он может отдать лишнюю клетку недорого.

Я поехал уже по этому адресу, на ферму за Хоторном, и в действительности отыскал еще одного мужика, мексиканца. Пока шел, смотрел внимательно — не увижу ли бойцовых петухов, таких, каких видел на тех боях. Но нет, куры там были вполне обычные, да и петухи тоже — таких я видел в деревне. В общем, судя по всему, это законопослушный фермер, и пусть он и зарабатывает немного, но это честная работа.

К моему удивлению, этот меня уже ни к какому своему знакомому не отправил, а продал за сорок долларов металлическую клетку метра по полтора в длину и ширину, которую предполагалось собирать самому. Там была откидная крышка, наверное, на случай, если нужно будет доставать яйца. Я понимал, что их мне от Владимира не получить, потому что петухи яйца несут только в сказках про василисков.

Хотя мысль завести ему пару кур появилась. Ну а что, скучно ему, наверное, а так будет их топтать и гонять. И яйца опять же свежие. Мне только несушки нужны, потому что на мясо я резать никого не собираюсь и цыплят разводить тоже.

Вот будет смешно. Был копом, а стал фермером, блин.

Но в итоге я привез эту клетку домой только под вечер, выгрузил и понял, что собирать ее не в силах. Вымотался за весь день за рулем с этими поездками туда-сюда и примирился с мыслью, что мне придется еще пару дней потерпеть петуха в своем душе.

Роуз к моему удивлению приготовила ужин, вполне пристойный, так что мы поели. Я вернул ей права, а насчет остального честно сказал, что в сумочке ничего не было. Я так и не понял, обрадовалась она или нет, все-таки это идентификационный документ, и без него было бы совсем плохо. От вида сумки ее просто передернуло.

В общем, поужинали и легли спать, практически не разговаривали.

С утра проснулись, причем она раньше меня — я услышал, как вода в душе шумит. И квохтанье петуха, который ходил вокруг меня и подклевывал что-то с пола. Линолеум драл. Полежал немного, дождался, пока девушка выйдет. Она снова натянула мою одежду, посмотрела на меня смущенно, и сказала:

— Я жила в квартире, где душ общий и с нагревателем. Вот и привыкла рано вставать, чтобы помыться.

— Это хорошо, — только и ответил я, про себя понадеявшись, что она не израсходовала всю горячую воду. Все-таки бак маленький совсем.

— Только там уже холодная идет, — сказала она, подтвердив мою мысль. — Надо, наверное, подождать, пока нагреется.

— Ничего, — только и ответил я. — Я привык мыться в холодной.

На самом деле да, так и есть, после качалки же всегда в холодной мылся. Вот и сейчас не обломаюсь. Пошел, почистил зубы, принял душ. Когда вышел, на столе уже был завтрак — сэндвичи с яйцом и беконом, благо он у меня был. И кофе пахло. Мне оставалось только хмыкнуть — уже то, что мне не приходится готовить завтраки и ужины самому — того стоит.

— У тебя продукты кончаются, — сказала она.

— В смысле? — не понял я. Я же закупался всего пару дней назад, и с продуктами было все нормально, их хватало.

— Ну, сыра нет, ветчина кончилась, — пожала плечами девушка. — Яйца тоже скоро кончатся. И кофе в банке какой-то мятой, я ее открыла, а он высыпался весь.

Ну да, точно, я же этой банкой человеку голову разбил.

— И зелени никакой нет, — сказала она. — А как мы без зелени?

Да, это же Америка, и она американка. Тут положено во все подряд салат класть, даже в жутко вредные гамбургеры. Это я могу картошкой или гречкой с тушенкой питаться, главное туда лук положить — в картошку кольцами, в гречку мелко нарезанный. И нормально.

— У тебя вторая машина стоит, — сказала Роуз. — Я бы могла съездить в магазин, раз у меня теперь есть права. Но у меня денег нет.

Сказала и покраснела. Я подумал и решил, что почему бы и нет. «Шеветт» в действительности стоит, и если ей хочется на нем проехаться хотя бы до «Ральфс», то пусть едет. Надо будет только объяснить ей, как его заводить.

Ну либо она, раз у нее теперь есть права, хочет взять у меня денег и свалить на моей старой машине. В общем-то оба варианта меня устраивают, потому что эта развалюха стоит на моем пороге только потому, что я не знаю, что с ней делать. Продать? Так ее больше чем за двести долларов никто не возьмет, а так вроде есть не просит. Ну и история у нас какая-никакая была.

— Хорошо, — кивнул я.

В тайник, где лежали основные деньги, лезть не стал, вытащил из кармана бумажник и выудил из него пять двадцаток, которые положил на стол.

— Сейчас поедим, и объясню тебе, как ее завести, — сказал я. — Только учти, машинка с характером. Хотя стоп, мне сперва надо собаку покормить.

— А я уже покормила, — сказала она. — Как только встала.

Мне оставалось только хмыкнуть.

Еще я подумал, что мы начали общаться нормально — не так, как когда я ее только подобрал. Тогда-то я говорил с ней формально, как с потерпевшей, стараясь сохранять профессиональную субординацию. Ну и она меня еще боялась. Из-за этого мне все время казалось, что мы общаемся на «вы», хотя в английском языке вообще не было такой концепции, здесь ведь и «ты» и «вы» — это «you». Но привычка думать на русском все равно интерпретирует это «you» по-разному в зависимости от контекста. Вряд ли я смогу от этого когда-нибудь отвыкнуть. Вот и сейчас мне казалось, что мы наконец перешли на «ты».

В итоге мы сели за стол, поели молча, после чего я нашел ключи от «Шеветта» — пришлось покопаться, я не запомнил, куда их положил. Показал ей ритуал некромантии с замком зажигания. Она поняла и смогла повторить с первого раза. Я даже удивился, а она сказала, что ей отец на семнадцатилетие купил старенький пикапчик «Форд Бронко», и у него была такая же проблема. Надо же, не мне одному не повезло с машиной.

— Вечером вернусь, — сказал я. — Если поедешь в магазин — будь осторожнее. Запасные ключи от трейлера лежат под цветочным горшком. Как вернешься — поиграй с собакой, вам обоим это будет полезно.