Призыв к оружию (СИ) - Богуцкий Дмитрий - Страница 5

Тёмная Богиня, кстати, сдержала своё слово. Больше в снах не показывалась. Ну, и не нужно. Ну и хорошо. Ну и пожалуйста. Больно надо!

А на вторые сутки, как мы выяснили, приплыли военные на небольшом парусном пароходе — первом паровом военном судне, не принадлежавшем шерданам.

И пришли с нами пообщаться в момент, когда мы с Дашей меньше всего хотели кого-то видеть.

В двери постучались.

— Никого нет дома! — ответили мы.

— Сиятельные небожители, простите нерадивого правителя, — послышался голос Тита. — Господин центурион… К нам явился говорить господин центурион Максимус Терциум, предводитель тридцать третьей центурии легиона морского охранения Островной Провинции…

— Скажи, что мы заняты.

— Они… они не верят мне, — чуть ли не прошептал Тит.

Ах, они не верят! Вот в чём дело.

Я сперва поднялся на второй этаж и посмотрел на корабль в бухте.

Фасон был странный — вместо брони корабли украшали плитки из мрамора, вместо пушек виднелось что-то вроде требушетов, а нос украшала, конечно же, статуя Кибелы.

— Что, ты выйдешь, или я? — спросила Даша.

— Тебе одеваться надо, — поморщился я.

— Да мне всего-то скафандр по телу растянуть!

— Не. Просто я не хочу, чтобы ты одевалась, — улыбнулся я.

В общем, вышел посмотреть на них я — как был, в халате, но и этого хватило. Как-никак, по росту я был выше среднего на полторы головы, да и внешность с цветом кожи у меня сильно отличались.

Какие-то люди в сверкающей броне на дальнем конце площади тут же попадали ниц.

— А где Кибела? — спросила маленькая девочка, стоявшая рядом с Титом.

— Госпожа Кибела занята. А это — что это у нас за гаврики? — спросил было я, но слово «гаврики» переводчик у меня не осилил.

А из гавриков, похоже, кто-то не разглядел моей фигуры из-за близорукости. Либо счёл, что протокол церемонии встречи прибывшего гарнизона куда важнее, чем заявления странной внешности человека, ещё недавно разметавшего пятнадцать кораблей шерданов. И принялся своего предводителя представлять писклявым голосочком.

— Господин центурион Максимус Терций! Его превосходительство! Предводитель тридцать третьей центурии! Легиона морского охранения!..

— Центурион⁈ — перебил его я. — Я не ослышался? После всего того, что мы тут сделали — нас встречает какой-то сраный центурион?

Надеюсь, слово «сраный» наш внутренний экран перевёл верным образом.

— Простите, сиятельные небожители! Простите нас! — принялся умолять Тит. — Корабли сии плыли в помощь нам, но я уже сказал им, и показал им, что опоздали они, и все деяния, коими славен будет наш край поныне…

— Свалите! — несколько резко сообщил я. — Меньше чем с легатом разговаривать не намерен.

И для демонстрации намерения вышел вперёд и кинул силовую волну через всю площадь. Колокол тут же зазвонил, пыль полетела в глаза центурии.

А потом поднял голову вверх и вызвал Первозванный Свет над городом, на миг превративший сумерки в яркий солнечный день.

Ну, и они свалили. Быстро свалили. Буквально в корабли попрыгали, задний дали — и в океан.

Через сутки мы вышли из дома — нас встречали, конечно, цветами, дуделками и прочими атрибутами, кои должны соответствовать торжественному выходу божественных сущностей к спасённым ими людям.

А дальше дни пошли своим чередом, один за другим.

Предаться простому тихому отдыху я не мог — сразу же решил провести этот незапланированный отпуск активно. По утрам мы ходили с местными восстанавливать Большое Рыбачье. Я, как самый крепкий, тягал строительные блоки и бруски. Пошёл плавать с рыбаками вдоль острова и по бухтам. Даша принялась практиковаться в кулинарии вместе с местными.

Большие корабли Великой Ромейской Республики первую неделю к нам не заглядывали. Зато через пять дней приплыл Кир, тот самый паренёк-торговец из города Янина.

— Хочешь ли ты познать силу Звёзд, юноша? — спросил я его.

— Почту за честь, сиятельнейший!

Очень кстати — мне как раз не на ком было тренировать свой учительский талант. А то ведь разучусь вдали от Иоланты с Вовой!

Ну, и дальше — по классике. Медитации. Инструкции по использованию Силы. Пока у парня удавалась только Ударная Волна, в самом его слабом и отдалённом ключе, но потенциал точно был.

Меня же паренёк в ответ учил языку. Я старался не подглядывать в переводчик и учить местные слова сам по себе. Примерно тем же занималась и Даша, общаясь со жрицей и её дочерьми.

Слово о написании мемуаров я, всё-таки, сдержал. Надо же чем-то заняться, тем более, что и бумага, и писчие принадлежности обнаружились в Большом Рыбачьем. Не вполне, конечно мемуары это были — скорее, систематизация некоторых военно-тактических знаний, которые могли бы пригодиться после.

Правда, заниматься этим было не очень просто, потому что Брюмер в первый же день тайком сгрыз весь черновик первой главы, видимо, посчитав его не самым удачным. Ну да ладно — сел и переписал по новой.

Признаться, я поймал себя на мысли, что мечтал о тихом домике на берегу моря, где мы бы жгли черепушки мертвякам один за другим. Я бы рыбачил, а Даша — чинила разного рода проржавевшие древние танки.

— Ого! Какая огромная рыбина! — говорила она по-вечерам, когда я приносил свой улов. — Что, сейчас снова сядешь писать мемуары?

Шелестят ветвями огромные пальмы, веет покоем и негой. Я смотрю в её каштановые кудри, развевающиеся под потоками ветра. В тот день она собрала сотню ракушек.

— О, какие красивые! Где ты их нашла?

— У броненосца в гнезде, — ответила она, и я не сразу понял, что за эвфемизм она имеет в виду. — Когда мы уже отсюда свалим, Саша?

И тут я понял, что — да. Что-то я засиделся. И не заметил, как даже и Даша уже устала от этого всего. И что пора уже плотнее заниматься нашим вызволением из уютного, всепоглащающего комфорта тихого райского острова.

Посчитал и ужаснулся — три недели прошло!

Благо, за нами достаточно скоро всё-таки пришли.

Но сперва Тёмная Богиня снова нарушила свой запрет.

Тёмная Богиня приснилась мне на этот раз в новом в обличии.

— Пакет нужен? — спросила она, пробивая на кассе типичного супермаркета времён Пантеона мой кефир, батон «Столичный», докторскую колбасу, пельмени из кисубака категории «В», килограмм силайских яблок…

Не знаю, почему силайских.

— Нет, у меня свой, — машинально ответил я, тут же продемонстрировав скомканный старый пакет.

— Я вот одного не пойму, Саша, — продолжила она, пикая сканером. — Разве тебе не интересно? Почему ты ничего не спрашиваешь?

— Что? — спросил я, потихоньку начиная соображать, где нахожусь, и что мне это всё снится. — А. Спросить. Так я тебе потом за это должен буду.

— Да нет! Почему! Спрашивай! — покачала она головой. — Я тебе скажу, если ты вдруг задашь… скажем так, платный вопрос. Представь, что мне просто грустно и одинокого, и я пришла поговорить с тобой…

И такая ведь покладистая, даже милая была — простая провинциальная девушка-кассир.

— Ты думаешь, что я тебе когда-то смогу доверять?

— Конечно, можешь! Неужели до сих пор думаешь, что я тебя обманываю? Ну я же доказала, что могу помочь. Доказала — скинула тебе твоего самого любимого броненосца…

— Почему, кстати, Брюмера? — спросил я, и осёкся.

Всё-таки, спросил. Ну да ладно.

— Да? Я думал, что это самый главный. Потёмкин, или как его. Ну, слушай, я какого поймала — того и перекинула. Кстати, не хочешь узнать, почему именно эта планета? Ведь это я подсказала тебе координаты. В тот момент, когда ты совершил бросок.

— Ты⁈ Как ты это могла? И какого…

Да, опять задаю вопросы. Всё-таки это был сон, а не «официальное посещение Тёмной Богини».

— О, гипербросок — такая сложная многоступенчатая вещь. Особенно когда происходит в кризисной ситуации, особенно в момент передачи уровня от убитого практика, первого в иерархии наследования… Так хочешь узнать, почему именно сюда?