Монстр моего сердца - Белова Дарья - Страница 6

— Хорошо, мы успели перехватить парней, — включается Монстр, и я быстро вскидываю на него широко распахнутые глаза.

Шутит?... Одно его слово — и все вскроется. Борзов прекрасно осведомлен, что в этом деле нет никакого Решетняка. Есть две безмозглые девицы!

— Спасибо, Рафаэль. Теперь я убежден, что поступил правильно, обратившись к вам. Как бы это сложно для человека моего уровня ни было.

Закатываю глаза. Папа гордый. На моей памяти он ни к кому и никогда не ходил что-то просить. И сейчас слышать, как отец искренне благодарит чудовище, мне хочется кричать во все горло.

Да и вообще есть некая обида, что папа не допустил и мысли о том, что побег — наших рук дело. Будто бы нам не хватило смелости, ума и сил. Он же учил нас всему лет с шести!

— Парней предлагаю ликвидировать. Нужно показать Решетняку, что не стоит с нами играть. Как считаете? — Монстр говорит отцу, глядя на меня. — Это послужит хорошим уроком. Я хоть и молод, но такого отношения к своей семье не потерплю и буду действовать решительно. Марго же теперь Борзова? Остались формальности.

Меня бьет мелкой дрожью.

Смотрю Рафу в глаза в надежде увидеть хоть каплю человечности. Парни же не при чем! Но человечности нет. Ни тени, ни крошки. Пустые, безжизненные глаза убийцы, не знающего о прощении.

— Как считаешь, Марго? — приближается, обдавая парами никотина от только что выкуренной сигареты.

На меня неукротимо надвигается ледяная волна. Хватаю воздух ртом, и внутрь заползает страшный холод, не дающий двигаться и говорить… Думать!

Я парализована.

Никто не догадывается, что быть под крылом Борзова, — это совсем не про безопасность. Это про ловушку, где у него свой интерес, а ты нетипичная жертва, которую ввели в заблуждение.

Печальное и отвратительное положение. Внутренности от варящегося под кожей непринятия сворачиваются, как кровь в кипятке.

Ненавижу его. Ненавижу всей душой!

— Жаль, конечно, ребят… — ровным голосом говорит моя сестра. Уголки ее губ наигранно ползут вниз, аккуратные две слезинки спадают по бледным щекам. Надеюсь, ей все же стыдно. — Но я хочу скорее вернуться в отель и забыть этот кошмар, — и равнодушно дергает плечом.

Мари… Ловлю ее взгляд, она осторожно приподнимает брови и поджимает губы.

Меня сажают в машину, куда через пару минут садится Борзов. Я подвигаюсь ближе к окну, но даже так чувствую Монстра невыносимо близко. Он точно везде: в воздухе, на моей коже, в моих легких… Чудовище снова курило.

— Я так понимаю, свадьба не отменяется? — спрашиваю очень тихо и зло.

— Я обещал твоему отцу — это раз, — медленно говорит с ленью в голосе. — Нас в отеле ждут триста человек, заставлять их терять свое время нехорошо — это два. Ну и три — ты для меня неплохая сделка, Марго Рерих.

— Бизнес и ничего личного, — констатирую, сглатывая чувство несправедливости. Приходится заглушать острый укол где-то под сердцем.

Укутаться хочется сильнее. Мне девятнадцать, в глубине души я в ожидании любви и классного парня. Видимо, не в этой жизни.

— Будешь вести себя хорошо, через год, максимум полтора, освободишься. Я тоже дурной девке в няньки не нанимался.

Фыркаю. Ноги поджимаю под себя и слышу характерный треск платья на спине. Нитки, сшивающие огрызки тканей, разорвались.

— Освобожусь, говоришь? Убьешь, что ли? — поворачиваю голову. Раф делает то же самое.

Вдруг замечаю, что когда монстр расслаблен, его губы выглядят пухлее, и… соблазнительнее. Этот мудак наверняка неплохо целуется.

В носу есть дырочка от пирсинга, но нет сережки. Любопытно, какая она и как Монстр выглядит с ней. Хотелось бы, чтобы ужасно, но, скорее, все наоборот.

Опускаю взгляд к его шее. Мощная. Ее никто не в силах переломить или задушить толстой веревкой. Один глубокий вдох, и веревка порвется, как синтетическая ниточка, которой Мари сшивала мой корсет.

— Убью или нет — зависит от тебя, Марго.

— Я бы с удовольствием тебя убила, — наклоняюсь, шипя точно змея перед нападением.

Не подумала, что так расстояние между нами сокращается. Мой корсет едва удерживается на груди, и взгляд Рафа ныряет в мою ложбинку.

— Ты сбежать-то не можешь, — он… смеется надо мной?

— Кстати, как ты нас нашел? — подтягиваюсь еще теснее.

— Это останется моим секретом. И да, поговори со своей чокнутой сестрицей, чтобы больше такие финты не выкидывала.

— Иначе?

— Иначе будет, если ты не уговоришь ее или она не послушается. Не люблю свидетелей. Мы приехали, — кивает на окно за моей спиной.

Меня раздирают эмоции настолько, что я готова расплакаться. Мне по-прежнему невыносима мысль о скором замужестве. Страх где-то крутится за ребрами и в животе, делая тот твердым, как камень.

Открываю дверь (кто я такая, чтобы открывать ее для меня, да?) и босой наступаю на ковровую дорожку, застеленную до входа в отель. Рукой поддерживаю развалившийся корсет. Порыв ветра подбрасывает рыжую прядь мне в лицо, заслоняя Монстра, который встал передо мной, подавляя своей удушающей аурой.

— Я правда могу тебя убить, Марго Рерих. И мне не составит труда свалить все на Решетняка. Подумай в следующий раз, когда решишь сбежать и лезть туда, куда не следует. Я к тебе ничего не испытываю, чтобы жалеть. И уж точно не сочувствую твоему положению.

Я тоже могу выстрелить. В спину. Но остаюсь стоять и молчать об этом. Жаль будет его убивать. Монстр хоть и ужасный, но довольно симпатичный… Он мог бы мне понравиться.

Глава 8. Раф

Итак, семья Рерих…

Абрам — хороший наемник, поднявшийся на том, что может убить врага чуть ли не одним резким выдохом. Бьет четко, сразу насмерть. В его подчинении десятки лучших кадров. И это не только те, кто пускают пулю в лоб за бешеные деньги. Это охрана важных людей, в частности. Поэтому объединиться с Рерихом —отличный вариант перейти на следующую ступень.

Так что, Ржаваяправа, — бизнес, и ничего личного.

— Спасибо, что не рассказал все отцу. Это бы его очень расстроило, — в ожидании сбежавшей невесты, опираюсь о стену и слушаю ее лепет. — И что принес запасное платье, — кричит. Видать, полоумная помогает ей одеться.

— Я был бы рад, если бы он тебя выпорол как следует, — шепчу, переваливая вес с одной ноги на другую.

Уже три часа, как празднуется наша свадьба. Официальную часть мы пропустили, документы оформили без нас, пока я следил за Ржавой, ехал за ней и доставлял обратно.

Мог бы плюнуть, но перспектива расширить свой бизнес за счет кадров Рериха как мерцающий желанный огонек перед глазами. Манит, согревает, дает свет.

В конце концов, этот театр продлится недолго, а Решетняк, угрожающий жизни Ржавой, не сунется ко мне. В отличие от Рериха мне делить с ним нечего, и я, не задумываясь, пальну в него из своего любимого оружия, если тот задумает прийти на мою территорию не с миром.

Ржавая выходит в сопровождении полоумной. Последняя не испытывает и капли вины за содеянное. Еще одна избалованная дура. Даже не спросила о парнях. Я, конечно же, убивать никого не стал. Они жертвы, а я не убиваю слабых и обманутых.

— Что дальше? — Рерих старшая спрашивает с грубостью. Недовольно поправляет корсет. В этом будет не так удобно, как в том, разорванном.

Веду взгляд от ее светлых глаз к пухлым губам и ниже. Грудная клетка соблазнительно усеяна веснушками. Мой подаренный кулон теряется в ложбинке ее груди. И да, несмотря на рост и комплекцию, сиськи у нее имеются вполне себе. Ржавая прекрасно это знает и пользуется.

От талии тянется юбка в пол с глубоким разрезом на бедре. Босоножки на высоком каблуке делают ее ноги еще длиннее.

Марго Рерих. Таких точно сжигали на кострах, и я бы с удовольствием подкидывал поленья в этот праведный огонь.

— Целоваться умеешь? — спрашиваю ровно.

— Прошу прощения?... — Ставит руки по бокам и наклоняет голову ко мне. До носа долетает аромат ее духов и еще чего-то сладкого, кофейного. Бодрящего.