Вой и реликвии (ЛП) - Карсак Мелани - Страница 7

— Это не имеет значения, — сказала я, кивнув лорду Кэбеллу. — Мы здесь для работы.

— Вот видишь, — подхватила леди Шарлотта. — Для них это не важно. К сожалению, вы пропустили ужин, но мы попросим поваров приготовить вам что-нибудь перекусить. Сэндвичи подойдут?

Смерть от тысячи мелких уколов? Ну уж нет. С каждой минутой леди Шарлотта становилась всё комичнее.

— Подойдет что угодно, — ответила Харпер.

— Найлз, проследи, чтобы миссис Кэрролл занялась этим, — велела лакею леди Шарлотта.

— Разумеется, миледи, — поклонился он ей, а затем повернулся к нам: — Агенты, прошу за мной.

Мы вышли из гостиной, лакей закрыл за нами дверь. До меня донеслись голоса лорда Кэбелла и леди Шарлотты. Слова «женщины» и «глаз» отчетливо прозвучали на фоне остальных приглушенных фраз.

— Ну, это было… поучительно, — прошептала Харпер, пока мы шли по коридору вслед за лакеем.

— Во многих смыслах.

— Интересно, заметила ли ты ту улыбочку при упоминании агента Хантера?

— Заметила.

— Не переживай, Лувель. У тебя там всё схвачено.

— Думаешь?

— Я была удивлена, вернувшись, узнать, что вы еще не помолвлены.

Я шумно выдохнула.

— Слишком много дел. — И небольшая проблема с Львиным Сердцем. Но это не важно. Его нет. Трудно сказать, вернется ли он вообще. Трудно о чем-то судить, когда его нет. И когда он вернется?

— Ну, теперь я здесь, напарница. С чего начнем, помимо малой библиотеки? — с усмешкой спросила Харпер.

— Я бы сказала — с еще одного бокала. Найлз, подсобишь?

Лакей оглянулся на нас через плечо и ухмыльнулся.

— Конечно, агенты. А раз вы задержитесь, я, пожалуй, принесу сразу целую бутылку.

Остаток вечера мы с Харпер провели, зарывшись в бумаги, которые привезли из Агентства: карты поместья и те немногие записи из гроссбухов, что удалось найти по поводу ковена и проклятия. Заодно мы прикончили наши сэндвичи. В семейных архивах о проклятии почти ничего не говорилось. До того как лорд Бран совершил свой акт неслыханной жестокости, встречались лишь краткие заметки о налогах, собиравшихся с деревни дважды в год — в основном скотом и товарами. Ни имен, ни подробностей. Что бы ни произошло здесь давным-давно, со временем это почти полностью превратилось в местный фольклор.

Ближе к ночи горничная проводила нас с Харпер в тихую комнату в уединенном крыле дома. Это была скромно обставленная спальня, подходящая для рабочего сословия — не совсем каморка для прислуги, но уж точно не те покои, в которых поселили бы лорда или леди.

— Уютненько, — сказала агент Харпер, зевая и устраиваясь в постели. Она пару раз взбила подушку и легла.

Я подошла к окну и выглянула наружу. Луна была почти полной — осложнение, которое сулило проблемы, если в округе бродит стая оборотней. Тот скудный лунный свет, что пробивался сквозь облака, превращал ландшафт в нагромождение темных теней, скрытых синеватым туманом.

Я прикрыла свой здоровый глаз и окинула горизонт взглядом лунного глаза. Я не видела ни черта. Но я чувствовала… что-то.

— Ну? — спросила Харпер.

— Что «ну»?

— Что думаешь?

— Там в темноте кто-то есть.

— Я так и знала. У меня тоже искры по коже.

— И луна почти полная.

— Я тоже заметила.

— Если здесь стая, они будут дикими, не подчиняющимися альфе королевства.

— Дикие и шерстистые. Будет весело. Кстати, об альфах: не слышно, когда вернется Львиное Сердце?

В животе завязался тугой узел.

— Нет.

— Он уехал аж в Святую землю?

— Так мне сказали.

— Я удивлена.

— Почему это?

— Удивлена, что он так тяжело это воспринял. Бриони Пакстон была милой, яркой и очень доброй, мне было искренне жаль узнать о случившемся, но они с Львиным Сердцем просто не подходили друг другу.

— А. Ну… кто знает?

А с кем же он тогда сочетается?

Я отошла от окна и присела на кровать.

— Как думаешь, что мы найдем там завтра? — спросила Харпер.

— Не уверена, но одно знаю точно.

— М?

— Это не будут мумии.

— Спасибо, Лувель. Теперь мне точно обеспечены кошмары, — со смехом отозвалась Харпер.

— Извини. — Я легла и закрыла глаза. В мыслях снова возник Ричард. Я видела его в памяти совершенно отчетливо: он смотрел на меня из-под упавшей на лоб пряди волос, а на лице была мешанина из чувств за миг до того, как он меня поцеловал. Я вздохнула. Может, я и подкинула Харпер тему для снов, но её слова заразили и мои собственные мысли.

Ричард, возвращайся.

Я проснулась среди ночи, вырванная из мертвенно-глубокого сна. Мне снилось, будто я стою на холме Гластонбери-Тор, который раньше видела только на картинках. Земля вокруг холма была укутана плотным туманом. Откуда-то из дымки голос звал меня по имени.

Я содрогнулась от страха — не самого голоса, а того, что я могу там найти.

— Не бойся. Я здесь, — прошептал кто-то, вложив свою руку в мою.

Я с облегчением выдохнула, чувствуя, как успокаиваются нервы. Оглянувшись, увидела Львиное Сердце; его рубиново-красные глаза мерцали.

Сон так встряхнул меня, что я резко села в постели.

— Ричард, — прошептала я в ночную тишину.

И тут я услышала это.

Снаружи раздался протяжный, низкий вой. Я едва расслышала его за храпом Харпер.

Стряхнув остатки сна, я выскользнула из кровати и потрясла Харпер за плечо.

— Проснись, — прошептала я. — Элейн, просыпайся.

Харпер громко фыркнула носом и окончательно проснулась. Глаза её медленно открылись.

— Клемени? Что случилось?

— Слушай, — я подняла палец.

Мы замерли, и мгновение спустя вой повторился.

— Плохо дело, — сказала Харпер, выбираясь из постели. Я схватила халат, очки, нож и пистолеты. Натянув сапоги, бросилась по коридору к главной лестнице, Харпер не отставала ни на шаг.

В холле стояли напольные часы. Я заметила время, когда мы пробегали мимо: три часа ночи.

— Час ведьм, — бросила я Харпер.

Мы поспешили вниз по ступеням и замерли в вестибюле, прислушиваясь.

Снова вой.

— С тыльной стороны дома, — определила Харпер.

Я огляделась, пытаясь сообразить, какой коридор ведет в задний сад.

— Агенты! — окликнул нас лорд Кэбелл, сбегая по лестнице. Вид у него был помятый, волосы всклокочены, на плечи наброшен бархатный халат. Я заметила, как он покосился на наше оружие, но ничего не сказал. — Сюда, — добавил он, призывая следовать за ним.

Мы промчались по заднему коридору. Лорд Кэбелл распахнул двойные двери. За ними оказался бальный зал.

Зал был празднично украшен: пучки кукурузных стеблей, тыквы-светильники, осенние цветы, пугала и вороны из папье-маше. С потолка свисали ведьмовские колпаки. Я мысленно поаплодировала изобретательности леди Шарлотты. Место выглядело по-настоящему зловеще.

Лорд Кэбелл подвел нас к широким дверям сбоку зала, которые вели на террасу, выходящую в сад.

Мы втроем стояли, всматриваясь в туман. Статуи ангелов, чьи мраморные головы тускло освещала луна, замерли как безмолвные солдаты, безучастно взирая на сад.

Всё было пугающе тихо.

Я обшаривала горизонт, ища малейшее движение.

— Клемени? — прошептала Харпер.

Я снова закрыла здоровый глаз, выискивая в темноте хоть какой-то силуэт.

Раздался вой. На этот раз ближе к дому.

— Чертов туман, — прошептала я, натягивая очки ночного видения. — Оставайся с лордом Кэбеллом, — велела я Харпер и спустилась по ступеням в террасный сад.

Не прошла я и десяти футов, как туман поглотил меня. Ночная оптика прорезала темноту лучше человеческого глаза, усиливая зрение моего лунного глаза.

Держа пистолет перед собой, а нож в руке, я медленно спускалась по ступеням. Миновав крылатого ангела, я вышла к декоративному пруду. Я оглядывалась по сторонам, ища хоть какой-то признак… чего-либо.