Замуж за дракона, или Укрощение свекровью! - Романова Ирина - Страница 4

— Довольна? Да я счастлива! Если она так сильно хочет замуж за моего сына, то у меня будет нескучный месяц! А воспоминаний хватит до конца жизни, — воодушевленно заявила я.

Сердце билось учащенно, а улыбка не сходила с лица.

— Всегда можно заполнить ее другими воспоминаниями, — намекнул Буркхат на что-то, загадочно понизив голос. — Да и жизнь продлить…

— О чем вы? — непонимающе уставилась на него, чувствуя, как внутри зарождается тревога. — Человеческая жизнь и так коротка!

Буркхат обольстительно улыбнулся, но уже в следующий миг на его лицо легла непроницаемая маска.

— Не всегда, — сказал он уверенным голосом, от которого по моей спине пробежал холодок.

Эти слова прозвучали как предупреждение.

Не успела я задать ему вопрос, как в покои ворвалась служанка. От быстрого бега девушка покраснела и запыхалась, но в то же время она выглядела напуганной. Служанка поставила на кровать переносной столик, на который перенесла поднос с чаем, две чашки и тарелку с аппетитными сладостями.

— Что там? — холодно спросила я, не отрывая от нее взгляда.

Я знала, что мне все расскажут. Прислуга уважала меня, боялась потерять мое доверие, и не зря — я была справедлива и щедра. Мои слуги жили в довольстве, их семьи не бедствовали. Они покидали поместье только в старости, получая при этом пожизненное содержание. А девушек, которые выходили замуж, я не обижала приданым, чтобы они могли обеспечить будущее своим детям.

Я была уверена в преданности служанки, но сейчас в ее глазах читался страх.

— Лорд Виллет расстроен, леди плачет… — выпалила она, едва отдышавшись.

— Иди. Обедать буду у себя. Принеси мне ту книгу, что лежит на столе. Почитаешь мне, — сказала я раздраженно.

— Может, пора заняться своей судьбой? — снова заговорил Буркхат. Его голос был тихим, но в нем чувствовалась странная сила.

— Глупости! Мне надо думать о сыне и его будущем. Виллету нужна милая девушка из благородной семьи, а не эта… профурсетка! — фыркнула я, отвернувшись.

Слова Буркхата задели меня сильнее, чем я думала. Что он имел в виду? Да и почему вообще решил начать этот разговор?

Буркхат отпил чаю с невозмутимым видом, но я заметила недовольство в его взгляде. Вскоре мужчина вежливо попрощался и оставил меня в гордом одиночестве.

Служанка помогла мне переодеться в домашнее платье, не стесняющее движений. Она принесла книгу и, усевшись рядом, начала увлеченно читать. С каждой страницей я все больше погружалась в захватывающую историю императрицы из соседнего мира. Она была не просто жесткой и властной женщиной — настоящим лидером, который из руин создал целый мир. Ее сила и решимость вызывали восхищение и вдохновляли меня. Я представляла себя на ее месте, воображала, как бы управляла своим миром, как бы преодолевала трудности и добивалась целей.

Внезапно меня охватила грусть. Я ведь до сих пор не бывала нигде, кроме столицы и минеральных вод… Моя жизнь показалась мне такой скучной и однообразной по сравнению с приключениями императрицы, что сердце заныло от тоски.

И тут я вспомнила: у меня же появилось развлечение!

Глава 6

К ужину я спустилась в гостиную. Шла нарочито медленно, опираясь на двух служанок, которые держали меня под руки. Подрисовала тени под глазами — они добавили моему лицу усталости и печали.

— Мама, зачем же вы встали? Нужно было лежать и отдыхать! — воскликнул сын, вскочив со своего места, и быстро подошел ко мне.

Рыжая нахалка уже сидела рядом… Не теряя ни секунды, Виллет взял меня под локоть и провел к столу.

— Я хочу быть с вами, — прошептала я, стараясь не выдать своих истинных чувств, но голос предательски дрогнул. — Я все время одна, совсем тебя не вижу!

Боязливо переглянувшись, слуги начали накрывать на стол. Я демонстративно не обращала внимания на Элизабет, которая опустила глаза и нервно теребила юбку своего платья. Я ожидала от нее хоть каких-то извинений, хоть какого-то знака, что она осознает свою вину…

Но девушка молчала. Молчала, словно ничего не произошло. Виллет тоже не спешил вмешиваться. Горечь разочарования тут же наполнила меня. В гостиной повисла странная тишина, которая казалась почти осязаемой.

— Мама, Элизабет хотела тебе кое-что сказать… — как можно спокойнее произнес мой сын, однако я видела, что он нервничает.

Искоса глянула на девицу — Виллет буквально вынудил ее встать. Его рука крепко держала ее за локоть, словно Виллет боялся, что Элизабет попытается убежать.

Девушка гордо подняла голову, и я заметила в ее глазах вызов. Она слегка подалась ко мне, но тут же замерла, будто не зная, с чего начать.

— Элизабет… — Виллет снова напомнил о том, что надо что-то сказать.

Я посмотрела на девушку в ожидании, и сердце сжалось от неприятного чувства. Элизабет была бледной, как полотно, ее губы дрожали, словно она собиралась заплакать. Она явно чувствовала себя неловко, как будто боялась показать нам свое истинное лицо. За что мне ее жалеть? Зачем она так повела себя утром? Да и почему раскрылась раньше времени?..

— Леди Маргарет, я хочу извиниться за сегодняшний инцидент, — неохотно выдавила Элизабет.

Она упорно избегала моего взгляда. Это могло означать только одно: девица не сожалела, ни капли!

Я хотела открыть рот, чтобы задать все тот же вопрос, но сын опередил меня.

— Мама, я прошу вас не спрашивать Элизабет о ее прошлом и семье. Она расскажет об этом позже, сама. Ее горе сейчас слишком велико, и память об этом причиняет ей невыносимую боль, — отчеканил Виллет, с тревогой поглядывая на присмиревшую девицу.

Я удивленно подняла брови, но не стала спорить. Конечно, я постараюсь не задавать слишком личных вопросов… Но это будет моим ключиком к ней. К ее нервам. Рано или поздно она сама захочет поделиться секретами, либо я вынужу ее сделать это.

Мы приступили к ужину. После перекуса в своих апартаментах я не хотела есть и вяло ковыряла блюда, делая вид, что плохой аппетит у меня из-за самочувствия. Но от чашечки чая не отказалась. Повар приготовил мой любимый десерт: нежнейший бисквит с прослойкой из персикового джема и взбитыми сливками. Так увлеклась, что не сразу придала значения словам этой стервы…

— В вашем возрасте не стоит налегать на сладкое и жирное, особенно на ночь… — ехидно протянула она.

Я подавилась и закашлялась. Слезы брызнули из глаз. Отпила чаю, смахнула их с лица и посмотрела на сына. Надеялась, что он заступится за меня, но Виллет не притронулся к десерту — виновато отодвинул его от себя.

Швырнув салфетку на стол, я перевела взгляд на Элизабет. Она скривила губы в вежливой улыбочке, будто не имела в виду ничего плохого.

— Вы всегда ходите весь день в одном платье? Хотя о чем я… — кивнула сама себе. — По нему же видно.

Наклонившись, увидела поношенные ботинки, торчащие из-под ее платья. Хотела, чтобы она заметила мой интерес, но Элизабет тут же спрятала их под юбкой.

Девица вызывающе выгнула бровь, но ничего не ответила. Атмосфера в гостиной стала напряженной, гнетущей. Теперь здесь даже было трудно дышать.

— Знаете, Элизабет, — начала я, пытаясь усмирить бурлящие эмоции, — я всегда считала, что вежливость — это умение слушать, а не только говорить. Но, похоже, я ошибалась.

Нахалка прищурилась, словно хотела прочитать мои мысли. В ее внимательных глазах мелькнуло сомнение, но она быстро спрятала его за маской безразличия. Я перевела взгляд на сына, который сидел, опустив голову, словно чувствовал себя виновным в происходящем.

— Мама, портной прибудет завтра. Обещал привезти уже несколько готовых платьев и пар обуви. — Будто желая защитить девицу, Виллет накрыл ее кулачок своей ладонью. — Остальное доставят по готовности. Мы были у него. Элизабет… ее обокрали по дороге в столицу.

— Судя по платью, сомневаюсь, что там было, что красть, — раздраженно фыркнула я и вновь посмотрела на девушку. Мы еще одевать ее будем за свой счет?