Пленница жестокого лорда - Лахман Надя - Страница 9

Когда раздались новые удары, я испуганно забилась в дальний угол сеней, с ужасом глядя на дверь. Сейчас это точно был не ветер!

Неужели лорд и его волкодав мертвы, и теперь чудовище пришло за мной?!

Нет! Пожалуйста, нет!

Вскрикнув, я была уже готова бежать в комнату, чтобы там забаррикадироваться, но вспомнила о лошади.

– Пошли, мальчик!

Жеребец громко ржал, но идти в низкую дверь отказывался. Я смертельно боялась его передних копыт, но и оставить тут не могла – неизвестно, сколько ещё дерево выдержит.

– Ну же, давай! Пожалуйста!

Дверь задрожала под новыми тяжёлыми ударами.

– Дейра, открывай!

Лорд Шторм?..

Я не знаю, как не разрыдалась от облегчения. Не помнила, как рванулась вперёд, откидывая тяжёлый засов.

В дверном проёме, полностью закрывая его собой, возвышался дракон в чёрных кожаных доспехах. Он весь был в снегу, кольчуга влажно блестела, и кое-где на ней тёмными пятнами проступала...

Это что, кровь?!

– Вы ранены! – я бросилась к нему, прежде чем поняла сама, что делаю.

Руки привычными движениями уже ощупывали грудь, плечи, бока в поисках источника боли, пока я судорожно соображала, какие ингредиенты нужны, чтобы сделать кровоостанавливающий компресс. Сейчас я меньше всего думала о приличиях и о том, как это может выглядеть со стороны.

Всё это время лорд смотрел на меня сверху вниз нечитаемым взглядом и оставался неподвижным. Мимо нас в дверь протиснулся Гром, подняв целый вихрь мокрых брызг, но, кажется, ни он, ни я, не обратили на это внимания.

– Это не моя кровь, – наконец, бесстрастно произнёс Астер.

– Хорошо.

Что?

Что-оо?!

Я быстро отскочила, чувствуя, как предательская краска заливает лицо. Молодец, Дейра! Сегодня ты просто переплюнула сама себя. Что он теперь подумает обо мне?

– А...

– Там больше никого нет, – лорд продолжал рассматривать меня своими золотыми глазами, будто подсвеченными изнутри. – И не будет этой ночью.

Он спокойно прошёл внутрь, стянул доспехи и лёг на кровать, поставив меч так, чтобы в любой миг дотянуться до него. Словно бы ничего особенного не случилось.

– Спасибо...

Ответа не последовало, так что мне ничего не оставалось, как бесшумно проскользнуть следом.

Спать совершенно не хотелось, поэтому я осталась сидеть на лавке у окна, подтянув колени к подбородку и закутавшись в шкуру. Внутри всё ещё клокотали эмоции, выворачивая душу наизнанку.

Почему варг пришёл к избушке? Просто почуял еду в лесу, или?..

И что-то мне подсказывало, что «или» – это единственный правильный вариант.

Постепенно снежная буря стихла, уступив место тишине зимней ночи. Сквозь стекло, покрытое морозными узорами, я рассматривала мерцающий снег на заснеженных лапах елей. Над кромкой леса переливались ленты света – зелёные, красные, фиолетовые, будто неведомый художник рисовал их прямо на небе.

Местные верили, что под Ледяным Пламенем* (*Северным Сиянием) нельзя давать пустых обещаний и врать самим себе – в эту ночь нас слышат и видят боги.

Задремала я лишь на рассвете. Просто на миг прикрыла глаза, а когда открыла, не сразу поняла, где нахожусь. Избушку заливал мягкий, рассеянный свет, лившийся сквозь крохотные оконца. Всё тело болело и ломило, мышцы затекли от долгого сидения на жёсткой лавке.

Дрова в печи, которые подкинула с вечера, почти прогорели, отчего в помещении стало ощутимо прохладнее. Натянув на себя шкуру, которой укрывалась, я подкинула парочку новых и, лишь убедившись, что они занялись огнём, оглянулась.

Дракона заметила сразу – он лежал на кровати и внимательно наблюдал за мной. Молча. Как давно он уже не спит?

Я чувствовала, что что-то не так. Слишком уж напряжённым был мужской взгляд, следовавший за мной по пятам.

Что происходит?

Невольно подняла руки к лицу, и сердце ухнуло вниз. Отёка больше не было, а, значит, не было и синевы.

Моя маскировка спала.

Глава 12. Возвращение в замок

Три дня спустя я развешивала на заднем дворе Штормхолда повязки, прокипячённые в целебном составе. Мороз пощипывал щёки и пальцы, так что действовать приходилось быстро, но я всё равно нет-нет, да любовалась красными, похожими на румяные яблочки птицами, сидевшими на ближайших деревьях.

Раны старого лорда были очищены, вытягивающее яд зелье он пил теперь строго по часам. Оставалось ждать и наблюдать – самое мучительное в работе целителя.

Я ловила себя на том, что снова и снова тянусь к своему плетёному сундучку с травами – будто там могло появиться новое решение, если открыть его ещё раз. Что, если усилить отвар сереброплодником? Он редко использовался, зато прекрасно укреплял организм. Или добавить ягоды сумеречника – они могли бы подстегнуть магические потоки, если теория Рены верна…

Проблема была в том, что никогда прежде ни ей, ни мне не доводилось лечить драконов.

Зоран Шторм мне нравился – даже несмотря на свою резкость, вспышки раздражения и тяжёлый характер, обострившийся из-за болезни. Общаясь с ним, я то и дело ловила себя на мысли, что старый дракон напоминает мне отца, которого так не хватало в последние годы.

Силой духа, упрямством и железной волей – иначе бы он не продержался эти месяцы. А ещё способностью ровно общаться с людьми, невзирая на их статус.

Мы много разговаривали, пока я лечила его. Лорда интересовало, как я жила в лесу, чему меня научила Рена.

Иногда он рассказывал мне о столице Хельдара* (*название страны, где происходит действие книги) – Айсвелле, о короле и порядках при дворе. Хельдарийцами правили драконы, но среди мелких аристократов были и люди – как мой отец, например.

Смущало только одно... Его фраза этим утром, когда я почти закончила перевязку:

– Люди слишком слабы и подвержены страстям. Но иногда среди них рождаются настоящие самородки, те, кто стоит целого рода.

Дракон, прищурившись, внимательно разглядывал мою «новую внешность», а потом неожиданно добавил:

– У тебя очень редкий цвет волос, девочка... Лишь однажды в своей жизни я встречал женщину с подобными им.

Я ничего на это не ответила. Поспешила собрать сундучок с мазями, чистой ветошью и всем прочим, сослалась на срочные дела и ушла.

Надеялась, что этим его интерес и закончится, но червячок сомнений всё равно грыз меня изнутри. Потому что, как и лорд, никогда не встречала женщин с моим цветом волос. У северян они были либо светлые, почти белые, либо, наоборот, чёрные, как ночь.

Получается, женщина, о которой он говорил, была моей матерью? Значит ли это, что лорд Зоран уже догадался, кто я?

На миг в груди кольнуло – болезненно, остро. Я представила, как вновь обретаю свою настоящую фамилию. Возвращаюсь туда, где родилась и прошли мои самые счастливые годы, где похоронены родители.

А потом резко выдохнула. Это иллюзия!

Вернуться в Норвиль – значит снова оказаться в руках Октавии и Эйрика, который теперь глава рода и имеет полное право распоряжаться моей судьбой. В лучшем случае они выдадут меня замуж за какого-нибудь богатого старика. В худшем – тихо сгноят в стенах замка, и никто мне не поможет.

Нет, я была не настолько глупа, чтобы возвращаться туда.

А что меня ждало в замке Астера Шторма? Я старалась не думать об утре после той страшной ночи, но память настойчиво подкидывала мне всё новые воспоминания.

Обратно по заснеженному, похожему на сказку лесу, мы ехали в полном молчании. Если ночью между нами было какое-то подобие доверия, то утром оно бесследно исчезло вместе с действием чернолистника на моё лицо. Тяжёлый взгляд всю дорогу ощутимо буравил затылок, будто лорд решал, что со мной делать дальше.

Я буквально кожей чувствовала исходящее от него напряжение и опасность. Одной рукой он уверенно правил своим жеребцом, другой крепко держал меня, прижимая к себе.

Мужская рука покоилась на моём животе, ощущаясь там раскалённым клеймом – так, что я боялась даже вдохнуть поглубже. Внутри что-то скручивалось и вздрагивало от этой навязанной близости, щёки пылали.