Сага о Слиянии душ. Книга 1. Всадник дракона - Матару Таран - Страница 1

Dragon Rider

Copyright © Taran Matharu Ltd. 2024.

All rights reserved.

© Перевод: Касмынина М., 2026

© Художественное оформление:

Фролова М., 2026

© Оформление: ООО «Феникс», 2026

© В оформлении книги использованы иллюстрации по лицензии Shutterstock.com

Перед началом сражения раздавали сладости. Мужчины на поле битвы обливались потом под доспехами, а королевские особы Сабинской империи разглядывали их, тыча пальцами с помоста, и отправляли в рот засахаренные вишни.

У Джая заурчало в животе от приторно-сладкого аромата, растекавшегося по павильону. Помост, на котором стоял их открытый шатер, был так высок, что даже на коленях Джай видел весь выстроившийся внизу сабинский легион и скопление врагов на невысоком, поросшем травой горном хребте на горизонте.

Джай отвел взгляд от войск и снова принялся растирать ноги старого императора – человека, убившего его отца. Иссохшее тело некогда великого правителя было завернуто в шелка и кашемир. Этот человек основал династию сабинян и империю, простиравшуюся от Серебряных морей до Великой степи.

Леонид Великий. Настоящий лев сабинян. Много лет назад он передал правление своему сыну, ибо сам, будучи старцем, почти ослеп и впал в маразм. Леонид сидел здесь, в стороне от своих потомков, как второстепенная фигура, которую взяли с собой на битву из чувства долга. Его потомки были обязаны ему всем, но относились у нему как к обломку истории. Если бы Джай не ненавидел Леонида так сильно, то пожалел бы старика.

– Джай!

Юноша поднял голову и увидел искривленные пальцы. Он опустил морщинистые ступни в чашу с ароматной водой и склонил голову, встав у самого низкого из трех тронов. Леонид, сидевший на этом троне, смотрел перед собой невидящими глазами. Некогда могучие руки были так скрючены артритом, что с трудом могли смахнуть пряди длинных старческих волос с испещренного глубокими морщинами лица.

– Расскажи, что видят твои юные глаза, – попросил Леонид каркающим голосом, который Джай так хорошо знал.

Именно этим карканьем Леонид давал указания, когда Джай мыл спину старика. Упрекал, когда тот медлил. Бубнил без умолку, рассказывая о былой славе… Семнадцатилетний Джай был постоянным спутником Леонида на протяжении почти десяти лет.

– Они готовятся, – прошептал Джай, глядя за пределы выстроившегося легиона. – Им некуда бежать.

Старик издал хриплый возглас согласия, который перешел в сиплый кашель. Джай быстро присел на корточки и стал растирать спину Леонида, ощущая под мягкой кашемировой мантией хрупкие позвонки.

Очень скоро старик отправится в мир иной. А до тех пор Джай будет послушным слугой. Вариантов у него не было.

– Эти варвары просто глупцы, что не сдались, – вздохнул Леонид, усевшись поудобнее. – Сегодня мы выставили против них лишь один из наших восьми легионов, и все равно у них нет шансов.

– А какой у них был выбор? – спросил Джай, тщательно подбирая каждое слово. – Потерять земли своих предков и стать подданными чужой империи?

Он задал этот вопрос не дерзко, а как предпочитал Леонид: как ученик поинтересовался бы у своего учителя.

– Жить, – ответил Леонид. – И жить свободно. А теперь…

Звук рога эхом прокатился по огромному шатру, заглушив голоса императора и его сына, которые болтали, сидя на своих высоких тронах.

Это пропел вражеский рог на склоне хребта. Последние из худдитов…

День был довольно ясным, и даже с расстояния нескольких лиг Джай разглядел их, спешно готовившихся к битве. Дети цеплялись за ноги родителей, даже когда их оттесняли назад в руки пожилых и немощных людей. Молодые мужчины и женщины собрались в первых рядах, сжимая в руках оружие. Клинков хватало, но кое-кто держал дубинки или даже вилы с косами – орудия труда фермеров. Ни на одном из них не было брони. Это была не армия, а остатки цивилизации. Той, что изгнали из родных земель на самый край Серебряных морей, воды которых плескались прямо за хребтом. Армия худдитов была разбита в бою всего месяц назад, а выжившие были взяты в плен, как того требовал обычай.

Теперь остались лишь мирные жители. Те, кто отказался подчиняться Сабинской империи, предпочтя переселиться, чем склониться под ее игом. Но сабиняне были ненасытны и не позволили им сбежать.

Это была последняя битва худдитов, которая положит конец их культуре и образу жизни. В их отказе признать поражение было нечто мужественное. Мужественное, но совершенно глупое – ведь любой, кто поднимал оружие против сабинян, становился легкой добычей.

Глупцы, как и отец Джая.

– Говори, – прохрипел Леонид.

– Они собираются для атаки, – прошептал Джай. – Их много. Больше, чем в пятитысячном легионе. Раз в десять больше.

Леонид отмахнулся от слов Джая рукой, испещренной синими венами.

– Ни одной армии не победить легион сабинян, тем более этому необученному сброду.

Джай сдержался и не возразил, что армии его отца однажды это удалось. Вместо этого юноша перевел взгляд на членов королевской семьи, которые подались вперед, предвкушая предстоящую потеху. Они безмятежно восседали на своих тронах в окружении слуг, обмахивались веерами и потирали украшенные драгоценностями пальцы. Для них эта битва была не более чем развлечением. Как травля пещерного медведя или песни барда.

Затем раздался рев атаки и топот ног. Джай не хотел смотреть, но Леонид ждал его комментариев, поэтому он обратил взгляд на битву.

Легион сабинян, казалось, особо не двигался. Темная, разрозненная волна худдитов обрушилась на оплот сверкающей передовой линии. Даже с расстояния почти в милю Джай слышал лязг стали, вопли боли и ярости. С порывами ветра звуки становились то громче, то тише, но не смолкали.

За передовой линией Джай практически ничего не видел. Он мог лишь догадываться, что там происходило, судя по дневникам Леонида или услышанному от пьяных солдат, когда заканчивалось их хвастовство и начинались причитания по потерянным товарищам.

В шатре было непривычно тихо. Прошла целая минута, пока все прислушивались к грохоту сражения, прежде чем снова зазвучали голоса членов королевской семьи и знати. Все это время Джай мысленно призывал худдитов прорвать оборону.

Наконец старик нетерпеливо дернул рукой.

– Ну?

– Они сражаются, – только и произнес Джай. – Первый легион стоит крепко.

– Плохая тактика, – проворчал Леонид. – Где окружение? Почему нет кавалерии? Мой сын совсем расслабился.

Он наклонился вперед, будто это помогло бы его пораженным катарактой глазам что-то разглядеть.

– Хорошо сражаются?

Джай замешкался с ответом. Его взгляд был прикован к другому. Огромная тень накрыла выстроившийся легион, и тысячи людей замерли как один, обратив глаза к небу.

И тут раздался глубокий и гортанный рев, эхом отдавшийся в животе Джая. Юношу охватил страх. Сердце бешено заколотилось, приказывая бежать отсюда со всех ног.

Однако старик Леонид почему-то не проявлял страха. Вместо этого он заговорил мягко, едва слышно из-за возбужденных криков обитателей шатра:

– А-а. Моя будущая внучка пожаловала…

Он приземлился у входа в шатер не с грохотом, а с таким изяществом, что Джай почти ничего не услышал – лишь ощутил порыв ветра, когда огромные крылья всколыхнули полог, подняв облако пыли.

Он впервые увидел дракона; впрочем, вряд ли этих существ довелось раньше видеть кому-то из сабинян, даже самому Леониду.

Сначала Джай разглядел лишь очертания животного, окруженного облаком пыли, которое само же и подняло. Затем змеевидную шею и мягкие крылья, складывавшиеся за спиной, словно плащ. Ну и хвост, изгибавшийся в тесном пространстве между задними рядами легиона и помостом шатра. Дракон от носа до хвоста был размером с трех боевых коней.