Хищники. В паутине страсти (СИ) - Мэк Элис - Страница 19

Я послушно кивнула. Это я уже и так поняла.

– Отсюда вытекает второе правило, самое строгое, за нарушение которого следует немедленное отчисление, – он сделал паузу, глядя мне прямо в глаза. – На территории академии, в корпусах, в общежитиях, в парке – оборачиваться в зверя категорически запрещено.

– Запрещено? — удивлённо переспросила я. – Но почему? Мы же все оборотни. Нам вроде бы не от кого здесь скрывать свою истинную суть.

– Именно поэтому, – терпеливо объяснил Дан. – Представь, что здесь будет твориться, если сотни молодых, горячих и полных сил оборотней начнут выяснять отношения в звериной ипостаси. Неконтролируемая агрессия, драки за территорию, за самок… Это привело бы к хаосу и травмам. Академия – место для учёбы, для развития разума, а не для потакания звериным инстинктам. Мы должны учиться контролировать зверя внутри, а не подчиняться ему.

Его слова имели смысл. Я вспомнила свою собственную панику во время первой трансформации, то, как животные инстинкты едва не захлестнули меня.

– Но как же тогда быть? Ведь оборот – это наша естественная потребность. Иногда зверь просто требует выпустить его наружу. Неужели совсем нельзя оборачиваться? – спросила я.

– Можно, – уголки губ Дана тронула лёгкая улыбка. – Для этого есть лес. Видишь? – он кивнул в сторону окна. За пределами ухоженных газонов начиналась густая, тёмная стена деревьев, окружавшая академию со всех сторон. – Лес огромен. Это наша территория свободы. Там ты можешь бегать в звериной ипостаси сколько душе угодно, охотиться, быть собой. Но как только ты пересекаешь границу леса и ступаешь в академию – ты снова человек. Это закон.

– Понятно. А как быть насчёт других рас оборотней. Медведи, волки, например. Мы ведь все учимся вместе, параллельно друг с другом. А в лесу, во время оборота…

– Хороший вопрос, Лея, – довольно улыбнулся Дан. – Не все первокурсники в самом начале задумываются над этим и во время прогулки в лесу могут нарваться на неприятности. Территория в лесу поделена на секторы. У каждой расы свой сектор. Заходить на чужую территорию можно, но… чревато последствиями. Там в лесу действуют свои законы, звериные. Не все оборотни любят, когда на их территорию заглядывают чужаки. Понимаешь о чём я?

Я кивнула, задумчиво уставившись на свои сомкнутые в замок пальцы. Вопросов в голове крутилась ещё целая куча. Но я решила для начала спросит то, что интересовало меня больше всего.

– Слушай, Дан, а что ты можешь рассказать про… ночь Альфариона, – немного смущённо спросила я, собравшись с духом. – Я много слышала об этом и… У всех такие разные мнения, неоднозначные. Может ты расскажешь, как это будет проходить? Ведь ты наверняка уже не раз участвовал в ней.

На мгновение мне показалось, что на лице парня промелькнуло замешательство, но он быстро взял себя в руки. Улыбнувшись уголком губ Дан, уже открыл было рот, чтобы ответить, но в этот момент на наш стол упала зловещая тень. Точнее… две тени.

Я подняла голову и замерла.

Рядом с нашим столиком, стояли близнецы Феррети. Они возвышались над нами, как две тёмные скалы, мгновенно меняя атмосферу вокруг. Спокойная и безмятежная аура вокруг нас испарилась в мгновение ока, сменившись густым, наэлектризованным напряжением.

Их появление было настолько неожиданным и шокирующим, что на мгновение мне даже показалось, будто это галлюцинация. Но нет, они были реальны. Реальны до дрожи в коленках.

Антонио скрестил руки на мощной груди, его янтарные глаза сверлили меня тяжёлым, нечитаемым взглядом. А Александр стоял чуть позади, засунув руки в карманы джинсов, и на его губах играла не просто улыбка, а хищный оскал.

Ох, и почему мне совсем не нравится выражение их лиц?

Чёрт! Кажется сейчас что-то будет…

– Что вам нужно? – невозмутимо спросил Дан, глядя на близнецов.

Алекс и Антонио даже не удостоили его взглядом – они смотрели только на меня. Пристально и хищно, буквально пожирая меня взглядом.

Я сглотнула образовавшийся в горле сухой ком, чувствуя, как напряжение между нами неумолимо начинает нарастать.

– Эм… Простите, но мы заняты, – ещё более настойчиво произнёс Дан.

Антонио наконец оторвал от меня свой взгляд и перевёл его на Дана. Посмотрел на моего куратора так, словно тот был неприятным насекомым, надоедливо жужжащим у него над ухом.

– Свали отсюда, – скривившись рыкнул Антонио.

– Это ещё почему? Я куратор Леи Альварес и…, – попытался было возмутиться Дан. Но Антонио его грубо прервал, опасно сверкнув вдруг обнажившимися клыками и буквально зарычал:

– Ты что не понял, Морес, исчезни! Ты не будешь её куратором. Мы займём твоё место, – Это была не просто просьба, это был приказ, произнесённый ледяным, не терпящим возражений тоном.

Дан растерянно моргнул, его интеллигентное лицо напряглось. Он непонимающе посмотрел на меня, потом снова на близнецов, и в его глазах я увидела смесь недоумения и зарождающегося гнева. Видимо Дан совсем не ожидал такого настойчивого и наглого вторжения.

– Прошу прощения, но это неприемлемо, – твёрдо сказал он, поправляя на носу очки. – Я официальный куратор Леи, назначенный ректором академии. Вы не можете по собственному желанию делать подобные заявления.

Алек усмехнулся. Это была ленивая и очень опасная усмешка, от которой у меня по спине пробежал холодок. Он обошёл стол и, отодвинув стул, с наглой уверенностью сел по правую руку от меня, так близко, что я почувствовала жар, исходящий от его тела. Антонио остался стоять, нависая над Даном. Его челюсти сжались от напряжения, а янтарные глаза потемнели, превратившись в два раскаленных угля.

– Ты что совсем не догоняешь, Морес? Настолько глупый? Или бесстрашный? – оскалился Алекс. В его низком, обманчиво-спокойном голосе было столько неприкрытой угрозы, что даже я, сидя на стуле, инстинктивно вжалась в него.

Но Дан, видимо не понял опасных намёков, и к моему ужасу и восхищению, проявил невероятное упорство.

– Вы не имеете права…

– Пошёл на хрен, Морес! – рявкнул Антонио так, что несколько студентов за соседними столами испуганно вздрогнули и тут же суетливо собрали книги и поспешили прочь из зала. Голос Феррети был подобен рыку ягуара, защищающего свою территорию. Громкий, яростный и абсолютно первобытный.

Лицо Дана вспыхнуло, а потом стало мертвенно-бледным. Видимо он впервые был в подобной ситуации и совсем не знал, что ему делать. Он был не из тех, кто привык к дракам и открытой агрессии. Он был интеллигентом. И против этой дикой, необузданной силы был просто бессилен.

Пришлось мне как-то спасать ситуацию, ну и Дана заодно. Не могу же я допустить, чтобы из-за меня близнецы его покалечили. А они уже были на грани своего терпения. Я это прямо чувствовала каким-то интуитивным чутьём.

– Слушай, Дан, давай мы с тобой в другой раз поговорим. Хорошо?

Он бросил на меня быстрый взгляд, недовольно поджал губы, молча собрал свои вещи и, не сказав больше ни слова, почти бегом покинул зал.

Я облегчённо выдохнула. Кажется, мордобоя удалось избежать. Это хорошо.

А что же теперь?

Я посмотрела на Алекса, потом на Антонио и сердито нахмурившись спросила:

– И что это было? Зачем вы так с ним? Дан всего лишь мой куратор.

Антонио с довольным видом сел на освободившийся стул слева от меня. Теперь я была зажата между ними, словно в тисках. Их близость была волнующей, опасной и кружащей голову, лишая меня способности трезво мыслить. Потому что теперь всё внимание близнецов было направлено на меня.

– Малышка, мы не допустим, чтобы какой-то другой самец находился возле тебя так близко. И уж тем более был твоим куратором, – тихо, но твёрдо произнёс Антонио. Его взгляд был тяжёлым и собственническим, но агрессии в нём больше не было.

– Мы будем твоими кураторами, Лея, – бескомпромиссно заявил Александр. Он протянул руку и убрал прядь волос с моего лица. На долю секунды его пальцы задержались на моей щеке, посылая по коже волны обжигающего тепла. – Этот вопрос даже не обсуждается. Мы научим тебя всему, что нужно, – его голос стал мягким, вкрадчивым как у хитрого кота. – И даже больше…