Попала! Ошибка истинного (СИ) - Минц Мария - Страница 2

– Если продолжишь вырываться, будет только хуже, – прошипела мне на ухо Ханна, – ещё никто не мог выбраться из пространства Междумирья!

Краем сознания я была вынуждена признать, что резон в её словах был, да и Междумирье звучало жутко.

На секунду я с тоской вспомнила нашу первую встречу с Иштваном и моё первое знакомство с порталом. Глаза защипало. Вроде бы, всё было почти так же… и, в то же время, совсем по-другому.

Я бы всё отдала, чтобы вернуться сейчас к Иштвану. Чтобы вновь почувствовать его руки на своих плечах. Ощутить прикосновение губ…

Резкий рывок грубо выдернул меня из этих волшебных воспоминаний. Но они придали мне сил, и мне даже удалось взять себя в руки.

Нас с Ханной выбросило в пустоту, и мы приземлились на нечто, похожее на каменный пол. Она устояла, а я, не выдержав, потеряла равновесие, и упала, больно стукнувшись локтем.

– Ай! – вскрикнула я и тут же закашлялась: там, куда мы попали, было очень сыро и так сильно пахло затхлостью, что в горле немедленно запершило.

– Добро пожаловать, – прозвучал над головой низкий мужской голос, и я невольно вздрогнула: он был похож на завывание ветра во время яростной бури.

Неуклюже поднялась на здоровом локте и задрала голову.

Я лежала, прижимая к себе плюшевую крысу, на полу в каком-то странном каменном зале, у которого не было крыши. Вместо неё над головой простиралось звёздное небо, а в воздухе плавали белёсые шары светильников. По каменным стенам раскинулись пышные заросли плюща, а где-то неподалёку что-то попискивало.

Стены частично тонули во тьме, и всё же в ней я разглядела несколько зловещих чёрных силуэтов.

Ноги тут же заныли: ужасно захотелось вскочить и кинуться прочь отсюда, куда глаза глядят.

– Добро пожаловать, – повторил всё тот же голос, и надо мной склонился говорящий.

Я посмотрела на него, и моё желание сбежать отсюда увеличилось примерно в тысячу раз.

Это был молодой мужчина с хищным волчьим лицом и густыми рыжими волосами, собранными в низкий хвост. От него волнами исходила опасность, а весь его вид громко кричал: «спасайся, Василиса, я злодей!»

– Здрасьти, – невпопад пробормотала я и закашлялась: от страха горло сдавило, – а вы кто? И куда меня притащили?

Мужчина хмыкнул, присел рядом со мной на корточки и, протянув руку, властно дёрнул мой подбородок вверх. Его длинные пальцы больно впились мне в кожу, как клещи.

–Эй! – протестующе возмутилась я и попыталась вырваться. Только ничего не вышло: с таким же успехом я могла бы выдираться из стальных тисков, – отпустите немедленно! Вы что себе позволяете?!

– Тихо, тихо, – вкрадчиво проговорил незнакомец, без каких-то усилий поворачивая моё лицо то влево, то вправо. Я только мычала от боли, безуспешно выдираясь.

– Алдериан положил глаз на красивую малышку, – хмыкнул незнакомец, и я оцепенела, услышав упоминание Иштвана, – как жаль, что он её больше не увидит.

– Что? – севшим от ужаса голосом переспросила я.

Ярко-зелёные глаза уставились прямо на меня, и я вздрогнула всем телом. Ничего человеческого в них не было.

Да кто это такой?!

– Меня зовут Феликс Батори, – с ироничной торжественностью представился незнакомец, словно прочитав мои мысли, – я новый глава Дахемского ковена. И я рад приветствовать здесь, в нашей скромной лесной обители ту, которой уготована великая честь стать невестой великого лесного бога Гоножа.

Я забыла, как дышать. Тот, кто назвался Феликсом, прищурился им не сводя с меня глаз, припечатала:

– То есть, тебя.

– Чего-чего? – насторожилась я. Слова этого Феликса мне ой, как не понравились, – какого ещё бога? Какой ещё невестой? Ну уж нет! Я на такое не подписывалась.

Этот рыжий гад ничего не ответил. Только выпрямился, иронически фыркнул и заявил:

– Почему ты решила, что твоё мнение будет учитываться? Ты наша пленница, и, как ни старайся, твой дракон тебя не найдёт.

У меня голова пошла кругом. Я сразу поняла, о ком идёт речь, но с каких это пор Иштван стал моим?!

Феликс кивнул кому-то за моей спиной. Не успела я опомниться, как ко мне молча подлетели две молчаливые фигуры, с ног до головы закутанные в какие-то тёмные балахоны, и рывком подняли мне с пола, подхватив под локти.

– Эй, аккуратнее! – возмутилась я и скривилась от боли. Едва успела подхватить Тивадая и прижать к груди, – больно же, блин!

На мой возглас никто не обратил внимания. Меня встряхнули и поставили на ноги. Я невольно отметила, что хватка у этих ребят была совершенно стальной: сожми они пальцы ещё немного, и легко сломали бы мне руки.

– Отведите её в Зелёный шатёр, – распорядился Феликс, казалось, уже потерявший ко мне всякий интерес, – выставьте надёжную охрану и не сводите с девчонки глаз! Начните готовить её к обряду, он начнётся в новолуние!

Сочетание слов «обряд» и «новолуние» мне очень не понравились. Уж больно сильно от них веяло чем-то нехорошим и зловещим. А ещё я как будто почувствовала уж больно знакомые нотки передач про всякую мистическую чертовщину, и напряглась ещё больше.

– Эй, – с подозрением осведомилась я, – это про какой обряд вы говорите? Эй! Вы куда?

Феликс не удостоил меня ответом и просто повернулся спиной и… исчез. Причём, в самом буквальном смысле – сделал шаг и растворился в воздухе.

– А… – начала я, но договорить мне не дали. Лихо подхватили под белы рученьки и потащили прочь, прямо к тёмному проёму, виднеющемуся в противоположной стене.

Ни одна из оставшихся фигур не шелохнулась, и я невольно задалась вопросом, не манекены ли это. Сразу вспомнилось первое занятие у командора Альвареса, когда меня поставили перед всеми и велели оживить деревянную чушку.

Не ожидая от моих похитителей ничего хорошего, я начала брыкаться, упираться и выдираться, но на них это не произвело никакого впечатления. Меня втащили в проём и, бросив прощальный взгляд на зал, куда я упала, я вдруг задалась резонным вопросом:

Куда делась Ханна?

***

Зелёный шатёр оказался больше похожим на хижину из намертво переплетённых длинных ветвей, вроде ивовых. Сверху шатёр венчала зеленая крыша, похожая на цветок колокольчика.

Меня втолкнули в эту хижину и молча захлопнули дверь. Снаружи послышалось нехорошее звяканье.

– Эй, выпустите меня! – кинулась я к ней, но тщетно. Снаружи не донеслось ни звука.

– Это бесполезно, – вдруг услышала я в голове знакомый голос, и едва не запрыгала от радости.

«Тивадай!»

– Ну, а кто же ещё, – проворчала крыса. Она провернулась у меня в руках и повертела головой по сторонам.

– М-да… – резюмировала крыса.

Я тоже осмотрелась. Внутреннее убранство шатра было более, чем аскетичным. Грубо сколоченная из необструганных досок кровать, на которую вместо матраса высыпали груду сухих листьев. Щербатый кувшин, стоящий на земляном полу. Огромное окно напротив двери, около которой я стояла, с подозрительно чистым стеклом…

Я не выдержала, подошла к нему и потыкала пальцем в стекло. От моего прикосновения оно прогнулось, словно было сделано из плотного желе.

– Это что за фигня? – с подозрением спросила я, тыча пальцем вновь и вновь.

Тивадай сунулся ближе к стеклу, едва не вывалившись из моих рук. Повёл носом, словно принюхиваясь, и констатировал:

– Не знаю, что такое «фигня», но готов снять шляпу перед ковеном.

«Почему это?», – возмутилась я.

– Они сумели сгустить воздух так, что он стал похож на стекло, – словоохотливо пояснил Тивадай и вновь сунулся к окну. Протянул плюшевые лапки, пытаясь достать до «стекла» и скомандовал:

– Поднеси меня поближе. Интересно, какое заклятие они использовали? Может, какую-то незнакомую мне формулу?..

Пока он бормотал и ощупывал стекло, я с непрекращающейся тревогой разглядывала то, что было за ним. Хижину обступали гигантские деревья, уносящиеся вверх так, что их кроны можно было увидеть, только задрав голову. Меж деревьев царил сине-зелёный полумрак, в котором летали ярко-золотистые пятна светлячков. Это было и красиво, и жутковато. Вдобавок, я совершенно не понимала, день ли здесь сейчас или уже близится ночь.