Книжный бойфренд 2 (ЛП) - Джей Дана - Страница 15

Вместо этого я делаю шаг вперед. Затем еще один. Расстояние тает, будто он уже давно без слов притянул меня к себе. А может, я просто бегу от хаоса в собственной голове.

Оказавшись перед ним, я поднимаю стакан, словно щит.

— Жуткий костюм, — говорю я с напускным равнодушием. Алкоголь растекается по венам, и я пытаюсь убедить себя, что это ничего не значит.

Он смеется, звук приглушен пластиком, но проникает прямо под кожу. Затем он медленно поднимает маску. Не торопливо и не хвастливо, а с расчетливой размеренностью, которая придает каждому его движению осознанность. Его лицо открывается.

Люсьен.

На миг меня пронзает разочарование. Это не та опасность, на которую я надеялась, не тот ответ, которого ждала. Я сглатываю и выдавливаю нейтральное подобие улыбки.

— Ты тоже здесь?

— Не мог пропустить это представление. — Его голос спокойный, сдержанный, почти чересчур безмятежный.

— Тебе весело? — спрашивает он взглядом, который говорит, что он уже знает ответ.

— Не особо, — я пожимаю плечами. — Мила считала, это пойдет мне на пользу.

— По твоему голосу не скажешь, что ты в восторге.

— Я и не в восторге.

Мимолетная улыбка скользит по его лицу.

— Ее великий план заключается в том, чтобы снова вытащить меня в люди, — поясняю я, делая глоток.

— А как насчет тебя?

Его взгляд скользит по моему лицу, словно вычерчивает каждую линию, а потом устремляется поверх моей головы, туда, где резвится толпа.

— Зависит от того, что еще принесет этот вечер.

Я пытаюсь понять, что так приковывает его внимание, но не вижу ничего примечательного. Что-то держит его здесь, но это явно не наш разговор. Я ставлю стакан и ощущаю, как внутри все еще пульсирует алкоголь.

— Мне нужно немного свежего воздуха, — говорю я и отхожу.

— Пойти с тобой? — спрашивает он, когда я уже разворачиваюсь, но я лишь отмахиваюсь.

Мне требуется несколько секунд наедине с собой.

На улице холодный воздух бьет по лицу подобно пощечине. Я делаю несколько шагов во двор, где музыка ощущается лишь как вибрация в груди. Где-то курит человек, огонек сигареты танцует в такт ветру. Я прислоняюсь к кирпичной стене и закрываю глаза, будто на мгновение могу исчезнуть.

Алкоголь растекается по телу, равновесие плывет, ноги подкашиваются. На секунду вновь прикрываю глаза, чтобы унять головокружение, заставляя себя дышать медленно и глубоко. Снова открываю их, собираюсь вернуться внутрь, и вновь вижу его.

В нескольких метрах стоит Люсьен в маске. Он неподвижен, лишь слегка склонил голову. Не знаю, то ли алкоголь, то ли внутреннее тепло заставляет меня улыбнуться. Он делает шаг ближе, протягивая руку в перчатке в мою сторону. Это приглашение не требует слов. Словно притянутая магнитом, я двигаюсь к нему. Холодное прикосновение черного кожаного материала к моим пальцам посылает дрожь.

Чего он хочет?

Сегодня ночью мне все равно.

Сегодня я отпускаю всякую осторожность.

Мягким движением он притягивает меня к себе, маска касается моего лба. Через черный ход он ведет меня обратно в здание, мимо толпы. Узкая лестница вьется вверх, обрамленная целующимися парами, клубами дыма и сладковатым запахом марихуаны. Но мой взгляд прикован только к нему.

Наверху Люсьен открывает одну из множества дверей и проводит меня в заброшенный офис.

Стены хранят следы былой жизни: пожелтевшие газетные вырезки, граффити, размазанными цифрами телефонов и просьбами перезвонить. Комната похожа на осколок иной эпохи.

Люсьен не отпускает мою руку, напротив, сжимает крепче, лишь когда я оказываюсь в центре комнаты. На миг мне кажется, что сквозь маску сверкают его темные глаза.

Он поднимает палец, касается моей щеки, затем проводит им по губам. Я дышу едва слышно, поверхностно. Мой бешеный пульс громом отдается в ушах, заглушая все остальное.

Мы молчим, глядя друг на друга. Есть только он, настолько властный, что стены словно сдвигаются ближе. Затем, без предупреждения, неожиданно, его рука скользит в карман. Он медленно вынимает шелковый платок. Тот мерцает, словно полированное эбеновое дерево. Меня охватывает головокружение. Он берет меня за руку и без слов подводит к стулу.

Я сажусь, ощущая натяжение между нами. Когда я тянусь к его маске, он перехватывает мою руку и опускает ее на колени в молчаливом приказе. Хорошо. Он хочет вести — и я даю ему это право.

Затем он встает за моей спиной, так близко, что я чувствую его дыхание в своих волосах. Платок тихонько шуршит, прежде чем он завязывает его у меня на глазах. Тьма наступает мгновенно. Сердце бьется чаще, дыхание становится поверхностным. Я нервничаю. Сильно нервничаю… и все же это волнующе.

Ослепленная, я лишь чувствую, как он кладет что-то мне на колени. Осторожно ощупываю предмет, пальцы скользят по контурам. Это его маска. Дыхание замирает, когда я осознаю, что он больше не не носит.

Я ощущаю его присутствие каждой клеточкой кожи. Его дыхание касается моей шеи, теплый вздох, от которого я застываю на месте. Сердце колотится, а в глубине сознания зарождаются шепоты воспоминаний. Старые имена, старые образы.

Что-то меняется.

Между нами больше нет никакой преграды. Его лоб касается моего, и в этом прикосновении пылает огонь желания. Я снова протягиваю руки, осторожно ощупываю его скулы, линию подбородка, теплый изгиб губ. И вот он. Он.

На миг я верю.

Хочу в это верить.

Мои пальцы дрожат, будто любое движение может раскрыть его тайну. Вэйл. Мое сердце произносит его имя, хотя губы остаются недвижны. Я отдаю себе отчет: это немыслимо. Знаю наверняка — он мертв. Но каждое прикосновение вопит об обратном. Все ощущается так, словно это он. Как тень духа. Как сон, от которого мне так и не удалось пробудиться.

Он не произносит ни слова. Касается меня, направляет, и я позволяю этому случиться.

Потому что сейчас мне неважно, кто он на самом деле, — важно только то, кем он может стать для меня. Его пальцы мягко, почти благоговейно скользят по моей коже. Я чувствую, как его губы касаются шеи, а дыхание легонько бьет о ключицу. Каждый сантиметр моего тела горит от неудержимого желания, мне отчаянно хочется почувствовать его губы на своих.

Он поднимает меня и прижимает к стене; его руки уверенно ложатся на мои бедра. Он точно знает, что нужно делать, безошибочно угадывая мои предпочтения.

В тот миг, когда наши тела почти сливаются воедино, он шепчет мне прямо в ухо:

— Моя королева.

Сердце замирает.

Неужели я вправду это услышала? Или алкоголь просто играет со мной злые шутки? На мгновение меня сковывает шок. Но прежде чем я успеваю отреагировать, его губы обрушиваются на мои, яростно, неумолимо, будто пути к отступлению уже нет.

Когда он наконец отстраняется, я застываю без движения, повязка по-прежнему плотно облегает голову. Он пересекает комнату. Его шаги гулко разносятся в пространстве, вслед за ними раздается глухой удар. Потом его руки, словно стальные тиски, смыкаются на моих предплечьях. Он разворачивает меня, прижимает спиной к своей груди и ведет к столу.

Край столешницы резко упирается в бедро, и он одним плавным движением сметает все со стола. Звон падающих предметов раскатывается в тишине, подобно ударам грома. С мягкой, но непреклонной силой он наклоняет меня над прохладной поверхностью. Его пальцы находят пояс моих шорт и с профессиональной ловкостью его расстегивают. Ткань бесшумно опускается на пол. За мной тихо скрипит стул, когда он на него садится. Я чувствую, как воздух касается обнаженной кожи; каждая клеточка тела напряжена до предела в предвкушении.

Затем следует жгучий, резкий удар по ягодице. Меня пронзает дрожь, но не от боли, а от мощи этого мгновения, бьющего, словно молния. Он приподнимает мое бедро и укладывает его на край стола. Его хватка на моей талии не ослабевает, и я слышу треск, а следом — тихий шорох, будто что-то протягивают по поверхности.

Недвусмысленный запах латекса мгновенно вызывает в воображении образ презерватива. В голове вспыхивает картинка, но я не знаю, соответствует ли она реальности. Что-то прохладное касается меня между ног и осторожно скользит вдоль половых губ. Потом он слегка надавливает на центр, и кончик исчезает внутри. Я дышу поверхностно, пытаясь осознать происходящее, и одновременно чувствую, как его палец обводит мой задний проход — легко, почти игриво, но с холодной уверенностью, будто он знает каждую мою реакцию наизусть.